Удельный князь

— Дядька смотри какие вои пожаловали, в колпаках из уклада, аки пугала огородные! — Вторак озорно рассмеялся. — А вона смотри ещё! Мужики в понёвах!!! Ох…..ть, эй Новосильцы! Пошто баб на бой взяли да в брони одели?! Али мужиков не хватило? Так ведите их сюды, мы их тута приласкаем! По всей стене раздался смех, молодые вои подтрунивали над необычным видом противника и азартно переругивались. А вот Василию было не до шуток, только и буркнул напарнику.

— Енти бабы, все как один саженного роста, каждый поперек себя шире. Гляди как бы они тя самого не оприходовали.

— Шапками закидаем.

— Уймись, дурень! Не мельтеши попусту. Вишь стрельники изготовились.

— А луки, то а луки каковы. Аки игрушки детские крутят, — не унимался первогодка, воспринимая войну, как веселое приключение.

— Сие не луки, остолопень. Самострелы франкские. Вона вишь какие болты толстые, из уклада кованы, — договорить Взломень не успел. Услышав знакомый звук, хищный свист множества стрел, инстинктивно бросился вниз, а следом за ним свалился Вторак… с остекленевшим взглядом. Толстый болт навылет прошил и кольчугу, и стеганку парня, выйдя со стороны спины. — Вот тебе и бабы…

Стрелы шли стеною, словно ливень и не давая голову поднять. И перебежать меж городнями не выходило. — Да что же они так лупят то! Взломень и ещё несколько уцелевших старожил на пузе ползли к угловой башне. Немного не успели. Земля под ним разверзлась, ноги взлетели над головою вместе брёвнами, а после наступила темнота…

***

Высадка пошла как по маслу. В этот раз я не стремился сходу взять ворота и давал защитникам время среагировать. Если есть хоть один вариант мирного решения, надо пробовать. Кровь пролить всегда успеется. Окружили десяток воев около плотов, повязали, а к своему хозяйству отправил ревизоров, оценить масштабы хищений.

Костромской кремль стоял в устье реки Сула и спускался к Волге длинным языком, таких монументальных стен как в Переславле здесь и близко не стояло. Оно и понятно, хоть княжество и обширное народу тут живёт не так уж и много. Неспешно подойдя к пологому сектору стены, всадники и мушкетеры сконцентрировали огонь, заставив попрятаться защитников. Когда девять десятков стрел и болтов каждые тридцать секунд прилетает на малейшее шевеление, такое к обороне не располагает. Подтянули пару зарядов к стене и далее повторилось то, что произошло в Белёве и Переяславе, но в меньших масштабах, вследствие хлипкости самих стен, что и до пяти метров недотягивали.

Сейчас на меня работает такой фактор как взрыв. Век назад при штурме русских городов монголы использовали камнеметы, запускающие огромные валуны, и жители городов видя причиняемые разрушения просто опускали руки, сдавались, подавленные технической мощью, которой ничего нельзя было противопоставить. Поэтому города, даже укрепленные брали быстро за три, пять дней, а вот с тем же Козельском, куда осадные машины банально не успели, Бату копался три недели и лишь, когда подошли тумены Кадана и Бури со «спецтехникой» злой город пал. А от динамитных шашек эффект по круче будет, чем от камней. Естественно, через какое-то время страх притупится, но сейчас психический фактор работает, и хорошо.

Бабах, и целый сектор стены красиво влетает куда-то в перекрестья улиц. Скилл растёт потихонечку, динамита меньше, а эффект лучше. Опыта набираюсь, к тому же в Переяславе с базы перед отплытием ещё три центнера порохов привезли и Горына встретили. В задержке свои плюсы нашлись.

В этот раз в пролом никто не ринулся. Демонстративно перегородили и остановились. А как пыль осела, к воротам выдвинулись горнисты и протрубили сигнал, привлекая внимание. Глашатай с рупором пригласил руководство города на переговоры с подробным описанием того, что случится если они моё вежливое обращение проигнорируют. И пару фосфорных стрел отправили, для острастки и демонстрации намерений, что бояр подстегнуло не меньше, чем снесенный напрочь кусок Кремля. Они ведь их по привычки начали тушить, водой, а оно как плюнет во все стороны.

К полудню боярская верхушка в полном составе была в моих шатрах на другом берегу, вместе с городовым священником и малолетним князем. Столы, стулья и богатая закуска наличествовала.Сам же встречал гостей, сидя на троне в окружении рынд. Не переломятся, переживут.

— Здрав буде, Андрей Фёдорович! — князю едва стукнуло двенадцать лет и похоже парень не очень-то понимал, что происходило. Но смотрел грозно, хорохорился. — И вам, бояре, не хворать. Добавил, обратившись к остальной делегации.

— Калита тебе сие с рук не спустит! — сходу начал качать права дородный боярин в высокой шапке из чернобурки с серебряной жилой и богатой шубе.

— Московский боярин Дмитрий Лукинич, — зашептал на ухо тиун. — Он тута всем заправляет, а прочие бояре и служилые ему в рот смотрят.

— Аки тать напал, стену городскую порушил и воёв ешо добрых побил! Сила ныне за тобою, но знай, гонцов в Москву ужо отослали!

Я покивал головой, соглашаясь с его доводами и, взяв бокал, пригубил сок, а после ответил:

— И скоро ли твои гонцы в Москве будут? — встал и, подойдя ближе, посмотрел на боярина сверху вниз, в глаза, он считай на голову ниже. — Али думаешь, Калита ваших воев обратно отправит, порушив обещание Узбеку-царю?

Лукинич что-то хотел ответить, но стушевался.

— В ногах правды нет, — жестом приглашаю всех к столу. — Присаживайтесь, угощайтесь чем бог послал. Разговор нам долгий предстоит.

После чего демонстративно сел за стол, а вскоре и остальные присоединились. Повара постарались и помимо перепелов, осетра и стоялого мёда, хватало новин — стейков, шашлыка и всякого рода овощных и рыбных котлет с пряными соусами. А стеклянные фужеры и полированная серебряная и бронзовая посуда с массой непонятных для местного бомонда столовых приборов, окончательно порвало шаблон. Клевали в общем, но без фанатизма с опаской поглядывая на московского боярина, который демонстративно не ел, даже за стол не сел. Раздражает он меня что-то и игру портит, делаю знак и рынды, прихватив боярина под руки-ноги, выносят тушку из шатра.

— Тихо! — прервал я поднявшийся гвалт, ударив для острастки кулаком по столу. — Не трону его, пусть покуда посидит в холодной, вежеству поучится. Вы, как я погляжу, мужи степенные, жизнью битые, раз до седых волос дожили. Верно знаете, кто я таков, да и весть про Переяслав дошла. Сказывайте, кто вас надоумил мой товар зорить, а хлопов в полон брать? На что рассчитывали то?! Я ведь к вам с подарками шёл, по добру по здорову хотел вопросы решить и выгодное дело предложить. А вы что? Аки тати себя ведёте!