Страница 5 из 24
– А ты?
– А я брат.
– Какой брат? – не понял Миша.
– Родной.
– Кому?
– Директору фирмы, – сказал шофёр и посмотрел на Брусникина с сочувствием. – Поэтому тебя назначат виноватым.
– А вот дудки! – озлобился Миша. – Я докажу …
– Вот я тебя и спрашивал про адвоката, – мягко произнёс водитель. – Ведь будет суд …
– Какой суд?
– Через суд с тебя за ущерб будут взыскивать. По полной, так сказать, программе. И тут очень важно, чтобы был хороший адвокат. Если неопытный какой – тогда пиши пропало.
– Что пропало?
– Всё, – сказал водила бестрепетно. – Квартира, дача, машина. Всё, что у тебя есть.
– Не понял, – дрогнул Миша.
– У нас ведь юристы хорошие. Напишут столько, что мало не покажется. Типа «Лада» эта была эксклюзивной сборки. Свечи платиновые. Поршни золотые. Электропроводка вся из серебра. В оптике сплошь хрусталь да брильянты. Сто тыщ евро, не меньше.
– А экспертиза? – спросил Брусникин мрачно.
– Экспертиза будет, а как же! – с готовностью подтвердил собеседник. – Без экспертизы судья решение не вынесет. А так – пожалуйста! Удовлетворит иск, дело-то обычное. Спор двух хозяйствующих субъектов, никакой политики. Главное – чтобы денег у тебя хватило, я же говорю.
– Я найму адвоката! – определился наконец Миша.
– Вот! – сказал водила с чувством. – Молодец! Я же с этого и начал! Чтобы всё по закону, в общем, чтобы никакой судебной ошибки и чтоб по справедливости, значит! Молодец!
Он похлопал Мишу по плечу. Тут Миша словно очнулся. Будто прежде он находился под гипнозом, а теперь снова стал самим собой.
– Да пошёл ты к чёрту! – возмутился Брусникин. – Какой суд, что за чепуха! Ты виноват, ты и отвечай! Я с тобой ещё разберусь! – пригрозил он и развернулся, чтобы уйти.
Но уже шёл в их сторону, похлопывая себя по штанине резиновой палкой, давно присматривавшийся к происходящему милиционер.
– Ст-сж-пш! – невразумительно представился он, небрежно отдавая честь. – Что происходит? Документики предъявляем по очереди!
И бедный Миша Брусникин никуда уже не уходил, а вовсе даже обездвижел, потому как документов у него и не было – увёз их на своём «Мерседесе» проклятый душегуб. Мишин испуг был тотчас обнаружен многоопытным милиционером, и в милицейском голосе угрожающе звякнул металл:
– Документы, я сказал! Что непонятно?
– А-а … М-м, – замычал Брусникин.
– Нет документов, – догадался милиционер и обратился по рации к кому-то невидимому. – Подъедь ко мне, у меня тут клиент без документов какой-то невразумительный.
А у Миши после пробежек за уезжающим автомобилем и после общения с душегубом, оборвавшим половину пуговиц на жениховском наряде Брусникина, вид был действительно еще тот.
– Понимаете … – жалобно заканючил Миша.
– Понимаю! – безжалостно отрезал милиционер, всем своим видом давая понять Брусникину, что неприятности у того ещё только начинаются, а то, что было до сих пор – это тьфу, пустяк, плюнуть, растереть и забыть.
– Товарищ старший сержант! – елейным голосом проговорил-пропел молчавший до сих пор водитель. – Я вам сейчас всё расскажу подробненько! Мы немножко тут не могли завестись, и я попросил молодого человека немножечко меня подтолкнуть, он подтолкнул …
– И немножечко въехал в «Мерседес», – закончил хмуро милиционер.
– Охо-хо! Наша милиция всё видит и всё знает! – подобострастно захихикал водитель. – Но всё уже улажено, ни у кого ни к кому никаких претензий …
– Кроме того, что он удрать хотел! – ткнул палкой в направлении Брусникина милиционер. – Платить не хочет, да? С места происшествия скрывается?
Он вдруг отчего-то так озлобился, что в одно мгновение откуда-то в его руках оказались наручники.
– Я хочу! И даже очень! Платить, в смысле! – поспешно сообщил Брусникин, вдруг обнаруживший, что свадьба его может сегодня вовсе не состояться. – Я ж со всей душой! Я хоть сейчас! Я ж как раз за деньгами шёл! Вот, думаю, расплачусь и с чистой совестью, так сказать, под венец!
– Под какой такой венец? – мрачно глянул страж закона.
– А у него свадьба сегодня! – сообщил водитель голосом таким медовым, что хоть на хлеб его намазывай.
При этих словах водитель вдруг зачем-то пожал руку старшему сержанту, и Миша Брусникин только в последний момент узрел в милицейской руке стодолларовую бумажку, которую старший сержант незамедлительно спрятал в карман.
– Так это другое дело – если свадьба! – убеждённо сказал служивый. – Тут я просто не имею права, как говорится, воспрепятствовать и вовсе даже счастья вам желаю, – козырнул, развернулся и пошёл прочь, оставляя на свободе не на шутку перетрусившего Мишу.
Водитель покровительственно похлопал Мишу по плечу и сказал деловито:
– Я ему пятьсот баксов отвалил, чтобы тебя отмазать. Потом отдашь.
Миша, который видел, что долларов на самом дело было всего лишь сто, вскипел от подобной наглости, но выпустить пар не успел, потому что водила был начеку и всю Мишину ярость погасил всего одним вопросом, озвученным им с видом озабоченно-деловитым:
– Мы не опаздываем?
А они уже действительно опаздывали. И Миша безропотно сел в покорёженную «Ладу», оставив на потом разбирательство со своим не в меру ушлым собеседником. Брусникин уже пребывал в состоянии лёгкой невменяемости. Он даже ещё не доехал до своей невесты, а с ним столько всякого разного уже случилось, и ещё он всем вокруг был должен кучу денег, только не хотелось сейчас об этом думать.
* * *
В подробности сценария предстоящего розыгрыша невеста Клава была нами посвящена в самых общих чертах, поэтому и для неё появление Миши Брусникина в столь плачевном состоянии оказалось настоящим сюрпризом, и изумление Клавы было очень естественным, такое не сыграешь.
– Эт-то ш-ш-тооо?!! – округлила глаза нарядная невеста, обозревая костюм помятого и приобретшего бомжеватый вид незадачливого женишка.
– Клава! – нервно сказал Брусникин. – Не время сейчас! Мы опаздываем! Надо ехать! Где все?
– Уже уехали! Ждут в загсе! – соврала Клава, как мы её учили.
Мы намеренно вывели из игры многочисленных родственников и друзей брачующихся, чтобы оставить молодожёнов один на один с созданными нами для них проблемами.
Увидев побитый свадебный автомобиль с чумазой куклой на капоте, Клава не выдержала и расхохоталась, оценив, по-видимому, комичность нашей задумки, но со стороны это выглядело как истерика изнервничавшейся невесты, и бедный Миша даже стал успокаивать свою ненаглядную Клаву. Ему было нелегко сейчас, ведь он ещё носил в себе эту ужасную тайну про отобранные деньги, приготовленные для оплаты ресторана, но все эти ужасы он откладывал на потом, предпочитая разбираться с неприятностями по мере их поступления.
У здания загса Мишу Брусникина поджидал очередной неприятный сюрприз. Хотя правильнее будет сказать, что до загса молодожёны даже не доехали. Их туда просто не пустили. Гаишник тормознул машину метров за двести до вожделенных дверей. И вообще прорваться к загсу не было совершенно никакой возможности, потому что, кроме гаишника, доступ к зданию преграждала цепочка милицейского оцепления.
– У нас свадьба! – нервно крикнул в открытое окошко Миша Брусникин и выразительно показал на часы.
– Мне хоть свадьба, хоть похороны, – сказал равнодушно инспектор. – Не положено!
– Да как же не положено! – всё ещё не осознавал размеров надвигавшейся катастрофы Брусникин. – Нам назначено! Можете даже в загсе спросить!
– Щас! – равнодушно сказал служивый и отвернулся.
– Вы не имеете права! – взвился Миша. – Где ваш начальник?
Вот говорят: не буди лихо, пока оно тихо. Зачем про начальника упомянул? Только ещё хуже получилось.
Из-за милицейского оцепления вдруг смерчем вылетел неприметного вида человечек в штатском и с рацией в руке, и его появление тотчас превратило гаишника в статую, да и все служивые вокруг тоже как-то подобрались.
– Что за шум?!! – прошипел человек в штатском с таким страшным выражением лица, что им можно было бы пугать не только маленьких детей, но и трудновоспитуемых подростков.