Страница 6 из 13
Глава третья
Нет, она, конечно, ведьма, кто бы спорил, и даже весьма опытная, но когда на тебя несется вот такое — растеряется кто угодно. Ведьмы, как оказалось, не исключение. Единственное, на что ее хвалило, это тоненько пискнуть и запустить мужику в лоб тем, что оказалось в руках. А оказалась там внушительная черная свеча, которую она как раз примеривалась поставить в середину пентаграммы. Но поставила, и весьма метко, в лоб этому внезапному борцу с нечестью. От души так приложила, с перепугу-то. Тот закатил глаза и рухнул прямиком к ее ногам. Без чувств. Аннете для чего-то проверила, что до рисунка он не добрался и линии не испортил, и лишь потом выругалась. От души.
Как она могла упустить из виду этого чертова целителя?! А? Ведь вообще о нем не подумала, хотя должна была! Расслабилась в том спокойном мире под полной личиной, которая даже имя свое позволяла забыть, не говоря уже про все остальное. Найти под такой маской невозможно — сколько не ищи, потому что это, по сути, уже другой человек, но… Навыки, как выяснилось, теряются. Полезные в том числе…
Несвоевременные размышления опять прервал скрип дверцы и протяжный, тоскливый стон прямо с порога:
— Итить вашу! На полчаса одних оставить нельзя. Ну, и чего не поделили?
— Чердак? — предположила Анетте.
— Мир, — кашлянул уже слегка очухавшийся мужик — как плюнул. — Таким как ты в нем делать нечего. Твое место в аду!
— Ага, мое в аду, а твое на небесах. Так чего не торопишься? Чего здесь зацепился? Или, может, помочь?
Тибс прищелкнул языком, укоризненно на нее глянул и опустился на колени возле не совсем еще оклемавшегося целителя:
— Тш-ш-ш, мастер, тихо. Вам нельзя так. Вы лучше отдохните чуток… совсем немножко…
Анетте сдвинулась в сторону, чтобы исчезнуть из поля зрения Сарневарда и не мешать ученику его успокаивать. А тот осторожно положил пальцы на виски притихшего наставника и сосредоточено прикрыл глаза. Через пару секунд по виску у парня поползла капелька пота, руки начали чуть дрожать, зато и мэтр в итоге тоже глаза закрыл и задышал реже и глубже.
— Он тебя потом за такое не прибьет? — негромко поинтересовалась ведьма, убедившись, что целитель заснул.
— Может и врежет пару раз, — дернул плечом Тибо, — но вообще он отходчивый.
— Смотрю, опыт у тебя богатый? Я про то, как ты его… успокоил.
— А как же, тренируемся, считай, каждый день, — ответил парень ей в тон, но потом резко посерьезнел. — Он по другому не спит. Не может.
— Ясно, — откликнулась та, хотя ясного тут было мало. — Сколько он так лежать будет?
— Часа два обычно, — привычно поскреб в затылке Тибс. — Хватит, чтобы ритуал провести?
— Ну… вообще-то, хватит. Только что с этим праведным телом делать?
— Разве мешает? Спящий то?
— А ты как думаешь? Мне тут и одного светлого уже через край, а если два…
— Совсем вниз его, конечно, не спустишь, — задумался парень, — но за дверь оттащить можно. Перед лестницей закуток есть, должен вроде поместится. Там мешать не будет?
— Если из поля зрения убрать — не должен. Но надо глянуть сначала.
Она приоткрыла дверь, оценила действительно узкий предбанничек и кивнула:
— Впритык, но ляжет. Главное, чтобы вниз со ступеней не навернулся.
— Не, он когда такой, то тихий совсем, даже не ворочается.
— Тогда да, можно и вытащить.
— Ага. Только я ему подстелю сначала.
И парень подскочил к тючку в углу, про который Анетте чуть раньше подумала, что это постель. Постелью оно и оказалось.
— Твое? — без особого любопытства поинтересовалась она.
— Ага, — откликнулся тот, выволакивая сверток за дверь и расстилая там. — Я ж нормальный, мне долго спать положено. Вот за этим, он меня сюда и отправляет.
— А сам внизу всю ночь страницами шелестит?
— И пузырьками громыхает... Все, готово, можно нести.
— В смысле? Это я, что ли, должна его нести?! — удивлению Анетте не было предела.
— Ну так ты ж вырубила? Вот теперь за собой и разгребай.
— Кто вырубил — это вопрос спорный…
— Слушай, Анетте, я один его точно не подниму. Помогай, а?
— Можно Анет, — буркнула та, понимая, что парень все-таки прав и примеряясь, где лучше ухватить. — Раз уж мы все равно на «ты»…
Перенести целителя оказалось делом нелегким — несмотря на худобу весил мэтр изрядно, но они все-таки справились. После чего ученик метнулся вниз и принес брошенную на полдороге к чердаку торбу, в которой угадывались углы чего-то твердого. Ее он сразу отдал Анетте, а сам подхватил лежащий на ступенях плащ и тут же накинул на спящего вместо одеяла.
— Это ж для меня плащик был, да? — спросила та недовольно, не переставая ощупывать сквозь ткань торбы ее содержимое.
— Почему был? — поинтересовались в ответ точно таким же тоном. — Заберешь потом, что с ним станется?
— Вши наползут? — изогнула она бровь.
— Что ж ты злая такая, а? — обиделся за наставника парень. — Чистый он! Моется.
Анет принюхалась и, убедившись, что и правда моется, пожала плечами:
— Ведьма я. Нам положено. А с руками у него что? Убил уже кого? И съел?
— Точно ведьма!
— А если по делу? — и не подумала разозлиться на правду Анет, — Откуда у него эта кровь на пальцах?
— Ел он, — искоса зыркнул Тибс. — Все правильно ты сказала. Печенку.
— Готовил, в смысле? — не сразу сообразила та.
— Ел, говорю.
— Сырую?! — вспомнила она темные разводы на тянущихся к ней руках.
— Помогает ему, — буркнул тот в ответ. — Сырая, да. Меленько порезать, присолить, лучком приправить…
Анет передернуло:
— Хватит! В смысле, поняла уже. Раз гематогенчика тут не найти, ну… можно и так. Анемия?
— И точно, хватит, — парень приоткрыл дверь, явно намекая, что стоит вернуться на чердак. — Хорош материться, дело ждет.
— Подождет, — в дверь она тем не менее шагнула и пошла к пентаграмме — еще раз убедиться, что все готово и все в порядке. — Мне немного твоей крови нужно.
— Для ритуала? — опасливо поинтересовался тот. — Не слышал я, чтобы оно требовалось.
— Нет, не для ритуала. Для клятвы, которую ты мне сейчас дашь.
— Не дам! — полуобморочный вид парня вновь напомнил о начале их знакомства, хорошо хоть охранный знак не сделал.
— Чего не дашь? — искоса глянула она на него. — Кровь? Или обещание?
— Ничего! Мы так не договаривались!
— Как раз так мы и договаривались. Я помогаю тебе, ты мне.
— И помогу! Без всякой клятвы.
— С клятвой, юноша. Только с ней. По другому никак. Людям, а тем более светлым, я давно не верю — работа такая.
Знак он все-таки отмахнул, не удержался:
— Ты во что меня втравить собираешься? А?!
— Я?! Издеваешься? Кто меня сюда вытащил?
И глядя на посмурневшего лекарского ученика, припечатала:
— Короче, ты вот прям сейчас и реши: нужен тебе тот ритуал или нет. Если нет — разойдемся миром и все. Если нужен — готовь пальчик. И не тяни особо, время-то идет.
И приоткрыв крышку шкатулки, что он ей принес, вытащила оттуда самую обыкновенную булавку. По крайней мере, с виду обыкновенную.
Момент сейчас был очень тонкий. На самом деле ей мальчишка был гораздо нужнее, чем она ему. Гораздо. Потому и клятва понадобилась — чтобы держать его, когда тот это сообразит и попробует улизнуть. А сообразит обязательно, оно лишь вопрос времени, причем совсем недолго — не дурак же, это видно. Именно потому ей и нужен. Да помощник из него выйдет идеальный, хоть парень и светлый. Даже лучше, что светлый…
Додумать мысль ей не дали:
— Хорошо, — решился-таки Тибс, протягивая ей руку. — Надеюсь, палец ты не целиком оттяпаешь?