Страница 11 из 92
— А с гравитацией вообще теперь не получается! — Продолжал частить ликс. И еще мне очень больно. Это не такая боль, как если меня ранят… я не знаю, как объяснить. Тиана, мне страшно! Я одновременно боюсь, мне больно, и в то же время я очень хочу добраться до того светящегося огонька. И от этого еще страшнее.
— Не боись, — Герман явно старался, чтобы его голос звучал бодро и уверенно, но Тиана слышала, что он тоже растерян. — Главное, что ты, наконец, говорить можешь. Сопротивляйся, как можешь, а уж мы с Тианой тебя не бросим. Куда мы денемся с подводной лодки?
— Что такое подводная лодка? — жалобно спросил Кусто. — И почему ты говоришь, что ты на ней?
Тиана чуть не рассмеялась. Как бы плохо ни было ее ликсу, он по-прежнему сохранил свое вечно неуместное любопытство.
Герман тем временем перешёл к следующему щупальцу, и принялся рубить его.
— Ай! Опять стало еще больнее! — снова начал жаловаться Кусто. — боль почему-то усиливается. А голоса говорят, что я не должен сопротивляться, и что мне не будет больно, если я перестану.
— Дружище, вспомни про Бога Императора, — не отрываясь от своего занятия, предложил напарник. — Он заперт в мертвом теле, но продолжает тысячелетиями бороться со всякой гадостью. Вот и тебе придется некоторое время побыть как он.
— Да! Я справлюсь! Но как же больно! И Богу Императору приносят жертвы.
— Больно потому что Герман срезает с тебя присосавшиеся щупальца, — объяснила Тиана. — Потерпи, пожалуйста. И старайся не дергаться — я боюсь, что ты сбросишь нас в космос.
Это было действительно странно. Сейчас девушка отчетливо видела, щупальца, оплетающие ликса и самих медуз вокруг, насколько хватает взгляда. А ведь будучи в сопряжении, ничего этого она заметить так и не смогла. Как и сам ликс.
— Ой! — взвизгнул Кусто, когда очередное щупальце отвалилось. — Я снова себя чувствую!
— Так улетай нахрен отсюда! — обрадовался Герман.
— Не могу, — тяжело вздохнул Кусто. — Я, кажется, только внутренним пространством могу управлять. Ой, и в боку тоже болит. Ох! Понял! Герман, ты что, вырезал во мне дырку?!
— А что, по-твоему, я должен был делать?! — возмутился напарник. — Ждать, когда тебя сожрут?
— Нет-нет, все правильно, — запротестовал Кусто. — Я просто не подумал.
Тиана еще раз оглядела окружающее пространство. Кусто весь был облеплен щупальцами. Даже если они с Германом отсекут все — к ним уже приближаются другие медузы. Двигаются они очень медленно, но направление все равно очевидно.
— Кусто, ты теперь сможешь открывать внутренние двери? И трюм?
— Смогу, — уверенно ответил Кусто. — Теперь точно смогу.
— Тогда я пойду за истребителем, — решила Тиана. — Вручную мы не справимся.
— Хорошая идея, — согласился Герман.
— Какая идея? — не понял Кусто.
Девушка решила не пояснять ликсу, что она задумала, чтобы не расстраивать заранее. Она добралась до прохода, прорезанного Германом, и нырнула внутрь. Осторожно пробираясь по проходу, разведчица поймала себя на мысли, что ей страшно. Сейчас Кусто снова потеряет управление, дернется, и раздавит ее. Случайно, или, может быть, медуза сможет добраться до управления.
Герман вдруг застонал и начал материться.
— Что? Что случилось?!
— Ай, черт, как больно-то. Ты не отвлекайся, Тиана. Я еще одну дрянь отрубил, и она дёрнулась в мою сторону. Прошла сквозь меня. Короче, это очень больно, я понимаю теперь, почему Кусто так орет. Еще и тело все онемело!
— Я сейчас! — пообещала девушка. — Я быстро! — и со всей возможной скоростью направилась к машине, слыша в наушниках методичные выдохи Германа, и жалобные стоны Кусто.
Как же хорошо, что она, еще будучи в содружестве, немного потренировалась в пилотировании истребителя! Если бы сейчас еще пришлось разбираться с управлением, было бы совсем плохо. Она уселась в кресло, дала команду на взлет, и опять чуть не зависла. Отлетев на расстояние пары километров, она смогла оценить картину полностью. Щупалец, пронзавших плоть тихохода, было больше сорока штук, и, очевидно, вот-вот должны были добавиться новые. Уже от другой медузы. Как и их морские собратья, эти твари передвигаются очень медленно, но очень целеустремленно. Вокруг них уже собралось пять штук. Тиана неожиданно для себя сообразила, что это за теплое свечение, к которому они летели, оказавшись в потоке. Скопление медуз. Там их тысячи, они занимают пространство, объемом в целую звёздную систему! Да нет, они уже на краю этого пространства, и их продолжает затягивать.
«Нет. Герман один не справится. Тебе придется это сделать», — сказала себе разведчица. Герман, пока она разворачивалась, уже перешёл к седьмому щупальцу. Несколько раз он случайно коснулся наполовину призрачной плоти, и теперь едва мог передвигаться — все тело онемело. И скафандр не помог.
— Кусто. Прости меня, но иначе мы все умрем, — сказала Тиана, и вдавила гашетку, одним плазменным шаром снося сразу шесть нитей. Вопль, который издал тихоход, чуть не разорвал барабанные перепонки. Похоже, это действительно было слишком больно. Но девушка не позволила себе расслабиться. Стрелять приходилось непосредственно в Кусто — только там, где нити касались поверхности, они становились материальными.
— И еще раз! — снова выстрел. Три щупальца оторвались и бессильно повисли.
— Кусто! Хватит причитать! — пробился через вопли тихохода голос Германа. — Ты подумай, как Тиане твои вопли слушать! Да и я не бесчувственный, между прочим.
— Тиана, сделай это быстрее! Не слушай моих криков! — ликс с трудом говорил членораздельно. — Я перетерплю, правда! Они больше не говорят, что мне будет хорошо, они говорят, что я буду умирать очень медленно и мучительно!
— Так это хорошо! — обрадовался Герман. — Значит, нам удалось их разозлить. А ты, вместо того, чтобы кричать, отвлекись на что-нибудь. Петь там попробуй, я не знаю.
Через десять минут все щупальца были разрушены, а шкура Кусто покрылась болезненными опалинами. Тиана так торопилась, что один раз чуть не расстреляла Германа, но он не стал ругаться — похоже, даже не заметил опасности, настолько увлеченно рубил очередную ленту.
Надежда, что стоит последнему щупальцу отцепиться, и Кусто начнет двигаться самостоятельно, не оправдалась.
— Мне больше не больно! — обрадовано сообщил тихоход, как только последнее щупальце отлетело подальше. — Но я все равно плохо себя чувствую, и не могу лететь.
Пришлось исполнять план Германа, который он успел предложить, пока она вызволяла Кусто.