Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 29

Девушка стояла на пустынной дороге и ветер трепал светлые длинные волосы, пронося над ее головой желтые листья. Это была не осень, просто листья вдруг пожелтели и стали сыпаться с веток вместе с пушистыми хлопьями снега. Падали на зеленую траву, засыпая лесные цветы. На Ханне было оранжевое платье из легкой ткани, ноги босые. Ветер дул холодный, пронзительный, несмотря на яркое солнце. Ему неожиданно захотелось согреть девушку, но он никак не мог приблизиться к ней, шел, но все время оставался на одном месте. Ворон протянул ей руку в надежде, что Ханна сама преодолеет расстояние, разделяющее их, но она не сдвинулась с места. И вдруг за ее спиной появился странный человек, в сером плаще прихрамывающий на одну ногу. Он подошел к девушке совсем близко и, распахнув плащ, укутал ее. Новый порыв ветра поднял вверх все опавшие листья, и они словно омут поглотили их, кружась по кругу. Зеленели на глазах чудесным образом и обратно возвращались на ветви деревьев. А странный человек и Ханна стояли на дороге, медленно тая, словно утренний туман под лучами солнца. И вдруг понял проводник, что не человек то был, а сама Зона явилась ему в подобном образе.

Ворон открыл глаза и долго смотрел на сумеречный туман окутывающий черные силуэты елей. Как только забрезжил рассвет, он поднялся, умылся прохладной водой и разжег костер. В утреннем тумане огонь не так заметен. Набрав в котелок воды, в более чистом не подернутым ряской, месте, подвесил его над огнем, бросив в жидкость горсточку сухого чая и щепотку Жабьей травы. Оставив рюкзак у костра, проводник взял с собой автомат и пистолет с глушителем, и отправился на охоту. Обычно у воды полно всякой дичи, и побродив с полчаса по болоту, ему посчастливилось подстрелить дикую утку. Стая птиц резвилась в проточной воде, где в болото впадал ручей. В утренней тишине выстрел прозвучал глухо, но его все равно могли услышать.

Вернувшись к костру, Ворон снял котелок с кипящим чаем, и подбросил хворост в огонь. Общипав наскоро утку, распотрошил ее и, проткнув шампуром, подвесил над огнем.

Со стороны болота раздался выстрел, потом еще один и еще…

– С добрым утром, Аспид, – проговорил проводник, поворачивая тушку птицы другим боком к огню.

Стреляли из винтовок, значит охотились. Видимо ночью мутанты прошли мимо болота. Опасное соседство, в любую минуту можно нарваться на стаю.

Он достал из пачки сигарету и закурил, глядя на поджаристый бочок утки, с которого капал жир в огонь. Повернув тушку на другой бок, затянулся, выпустил облако дыма и, потянувшись к рюкзаку, достал кружку. Зачерпнув из котла горячую жидкость, сделал глоток. Ворон не любил Жабью траву, и не стал бы ее пить никогда, не будь она столь полезна для организма. Он собрал ее у болота на территории Джетта, именуемой теперь – территорией Гантэра. Ворон был не в курсе, куда внезапно исчез лидер той группировки, но теперь там заправлял всем зять старого Гленна. Да ему было плевать на все эти пертурбации. Он – одиночка, и ходит там, где хочет.

«Вот только какого черта я сейчас делаю здесь?», – мрачно подумал он.

На Водопаде Ворон никогда не был и сейчас был уверен, что Аспид ведет группу именно туда.

«Нахрена ему это надо? Что они забыли в том Богом забытом месте?».

Подумав о Боге, проводник усмехнулся. В Зоне не было Бога. А для него самого, Богом была именно Зона, создавшая его таким, каким он появился на свет – мутантом.

«Ладно бы если туристы наняли, а то нет же, сами прутся туда, по собственному желанию».

Ворон знал, что Вожак со своей группой водил туристов к Водопаду пару лет назад. В тоже время и Аспид был в тех местах. Слышал так же, что Лерой потеряв группу, ушел на Черную землю, вернулся оттуда не так давно.

Ну ладно Водопад, но тащиться к Черной земле у Ворона не было никакого желания. Мало кто бывал в тех местах, возвращались единицы, вот они то и рассказывали ужасные истории о мутантах, о ядовитых растениях, о чудовищах, живущих в озерах. Он был уверен, что рассказы приукрашены ровно на половину, но даже если это так, то ничего хорошего все равно там нет.

Туман стал спадать, и солнечные лучи подползли к нему словно ласковые котята, несмело прикоснулись к его уже три дня небритому лицу. Потрогав щетину рукой, он нахмурил брови, и решил перенести процедуру бритья до следующего водоема.

В этот миг где-то неподалеку хлюпнула вода, и сквозь тающий туман Ворон увидел трех вооруженных мужчин. Они вышли из леса и, не заметив его, двинулись по болоту. Впереди шел проводник. Что-то знакомое показалось Ворону в его силуэте, но разглядеть мужчину ему не удалось.

«Проводник и двое туристов», – вспомнил он слова молодого светловолосого бармена из поселка.

* * *

Ханну разбудили выстрелы, испуганно открыв глаза, она нащупала рукой автомат и приподнялась, намереваясь вскочить. Увидев у костра Снайпера, спокойно перебирающего хворост, поняла, что на их лагерь никто не нападает.

– Это наши уток стреляют, – пояснил Киаран, увидев, что девушка проснулась.

– Где Лерой?





– Не знаю. С ними, наверное, – пробурчал нигер.

Ханна нехотя встала, достала из рюкзака полотенце, мыло и зубную пасту. Подойдя к краю болота, брезгливо посмотрела на воду подернутую ряской. Нагнулась ниже и, приглядевшись, увидела плавающих головастиков. Желание умываться пропало сразу. Но пересилив себя, все же намочила лицо, но зубы прополоскала водой из бутылки.

– Ты где воду для чая набирал? Здесь из болота?

– Нет, мать твою, в Лесной поселок бегал, – огрызнулся нигер.

– Что с тобой? – удивилась Ханна. Снайпер никогда ей не грубил до этой минуты.

Киаран не ответил, отойдя от нее подальше, сел у воды и достав сигарету из пачки, закурил. Он с самого утра чувствовал раздражение, точнее сказать даже с вечера. Сначала в его голову лезли всякие мысли и воспоминания, от которых стало тошно на душе. Потом не отпускало ощущение, что они никогда уже не увидятся с братом. За себя Снайпер не волновался, с ним ничего не могло случиться, а вот как там Джамей без него? И, в конце концов, что-то нашло на него такое, от чего он выбросил в болотную жижу все запасы сушеных грибов Дьявольских ушей и галлюциногенный мох Эльфийских крыльев. Проснувшись же утром в паршивом настроении, он сразу вспомнил об утрате и никак не мог понять, что же заставило его поступить таким образом?

– Снайпер! – окликнула Ханна.

Киаран оглянулся и увидел троих мужчин приближающихся к их лагерю. Одного взгляда хватило, чтобы определить, что один из них проводник, другие двое – туристы. Проводнику на вид было лет тридцать пять, выше среднего роста, черноволосый, глаза карие. В левом ухе серебряная серьга виде кольца. Турист постарше выглядел обычно – лет пятьдесят, среднего роста, редкие волосы в проседь, на глазах очки. Второй – молодой, лет двадцати пяти, светловолосый, глаза голубые. Взгляд наглый, самоуверенный.

– Не думал, что встретим здесь кого-нибудь, – сказал проводник. – Меня зовут Кочевник. Эти – со мной.

– Дейл, – представился турист постарше. – А это мой сын – Алекс.

– Зовите меня – Шустрый, – добавил молодой.

– Снайпер, – ответил Киаран, бросив насмешливый взгляд на молодого туриста, и спросил. – Куда путь держите?

– К Черной земле.

– По пути значит.

– О, вы тоже идете туда? – обрадовался Дейл. – Приятная новость.

Ханна не встревала в разговор, хотя заметила, что Снайпер ее не представил даже. Впервые она задумалась, почему у нее нет другого имени? Даже у Кейт есть прозвище – Пантера. С этим срочно надо было что-то делать. Она отошла от мужчин в сторонку и подумала:

«Какое бы имя выбрать? И вообще, как его выбирают?».

Но мысли ее были прерваны появлением Дакоты и француза, те возвращаясь с охоты, несли в руках по нескольку птиц каждый. Взгляды охотников были устремлены на незнакомцев.

– Ханна, ощипай уток, – сказал Дакота и бросил убитых птиц к ее ногам. Туда же положил свою добычу и Француз.

– Арман! – окликнула она последнего, и когда тот оглянулся, спросила. – Какое бы прозвище мне подошло?