Страница 3 из 45
Глава 1
Как же я устала! Хорошо, что рабочая смена подошла к концу. Предвкушая тихий вечер в компании телевизора с любимым сериалом и пирога, который собиралась по дороге купить в ближайшей кулинарии, я поднесла к губам стаканчик с ванильным капучино из автомата. Не лучшего сорта, слишком сладкий, но лучше всё-таки выпить, иначе вырублюсь ещё в пути и просплю свою остановку. Такое уже бывало.
Тяжело работать врачом, но всё же я гордилась тем, что им стала. Поступила в медицинский, несмотря на протесты старшей сестры, которая видела меня юристом или сотрудницей банка. Закончила учёбу, выдержав все бессонные ночи над учебниками, и устроилась в одну из лучших городских клиник. О чём ещё можно мечтать? Разве что о том, чтобы встретился кто-то, кто бы разделил со мной моё одиночество, но пока не клеилось, коллектив был в основном женским, да и меня в настоящее время куда больше занимала работа и возможность проявить себя на должности врача-неонатолога. С замужеством я не торопилась. Мне всего двадцать пять, вся жизнь впереди.
Родители мои стали одной семьёй уже после тридцати, хотя знакомы были едва ли не с детства. Пара получилась на загляденье, все вокруг завидовали. Вот только судьба отмерила им не так много времени. Они разбились на машине, когда моей сестре Ане было восемнадцать, а мне всего пять лет. После этого нам пришлось непросто, поскольку родственники не горели желанием нам помогать и даже предлагали отправить меня в детский дом, чтобы обузой не была. Аня никуда забрать меня не позволила, решила перевестись на заочное отделение и устроилась на работу. Так она стала моей второй матерью, несмотря на свой ещё совсем юный возраст, вырастила меня и воспитала.
Несколько лет назад я сделала сестре сюрприз — зарегистрировала её на сайте знакомств с иностранцами, ведь, будучи переводчиком, она с лёгкостью могла бы с ними пообщаться. Поначалу Аня противилась, но затем у неё завязалась переписка с импозантным французом по имени Шарль. Ведь ей уже давно нравилось всё французское — фильмы, музыка, кухня. Она даже меня называла чаще всего не Леной, а Элен, на французский манер. Со временем и мои подруги от неё это перехватили и тоже стали звать меня так, а я привыкла и отзывалась.
Переписка, которая начиналась просто как дружеская, оказалась довольно удачной. Вскоре француз приехал знакомиться лично, потом пригласил Аню к себе в гости, и она наконец-то увидела Париж, Эйфелеву башню, Елисейские Поля. Всё, о чём так долго мечтала. А позже состоялась их с Шарлем свадьба. Медовый месяц молодожёны провели в Провансе, среди лавандовых полей, затем поселились в уютном пригороде Парижа, а я продолжила жить одна в оставшейся от родителей трёхкомнатной квартире.
Сестра предлагала мне тоже переехать во Францию, но я колебалась. Там ведь всё совершенно по-другому. Едва ли у меня получилось бы найти работу по специальности, а устраиваться кем-то другим не хотелось. Зря я, что ли, училась? Так что я сказала, что буду приезжать в гости и принимать их у себя, но менять место жительства пока не готова. Аня приняла моё решение. Недавно она стала мамой, и я даже смогла выкроить время, чтобы ненадолго слетать к ним и повидать племянницу. Французский я тоже учила, пусть и не на таком хорошем уровне, как сестра, так что познакомилась и даже сходила в ресторан с детским врачом, посещавшим на дому малышку Софи. Он оказался довольным приятным молодым человеком, но в груди ничего не ёкнуло, и домой я возвращалась с лёгким сердцем, так и не влюбившись в обаятельного парижанина.
Допив кофе, я выбросила стаканчик, обвела взглядом пустую ординаторскую и уставилась в окно, за которым сгущались майские сумерки. Пора было идти, чтобы не упустить не так часто ходивший автобус. Ещё и погода испортилась — зарядил холодный дождь. Я вспомнила, что не взяла зонтик, и задалась вопросом, не вызвать ли такси. Нет, надо экономить, добегу до остановки как-нибудь.
Я развернулась к двери и вскрикнула от неожиданности, едва не врезавшись лбом в грудь высокого мужчины, которого ещё минуту назад тут не было!
Незнакомец выглядел… странно. Я бы сказала, что он словно явился прямиком со съёмочной площадки какого-то исторического сериала про девятнадцатый век. Сложно представить, чтобы в нашем времени носили сюртуки, жилеты и шейные платки. Однако мужчине этот маскарадный наряд удивительным образом подходил. Ведь такое нужно ещё и уметь носить. Помнится, я как-то примеряла платье с кринолином и выглядела в нём смешно и неуклюже. А на красивом брюнете, который неизвестно как очутился передо мной, старинный костюм смотрелся так органично, словно он всегда только так и одевался.
Поморгав, я заметила ещё одну странность. За окном шёл дождь, но волосы и ткань сюртука незнакомца были совершенно сухими. Выходит, он пришёл не с улицы? Но откуда? Муж одной из пациенток роддома? Но приёмные часы давно окончены. И как его вообще пропустили в ординаторскую?
— Кто вы? — спросила я, ощущая смутную тревогу. — Что вы здесь делаете? Сюда нельзя… посторонним.
— Я пришёл за тобой, — откликнулся мужчина. Его голос оказался столь же приятным, что и внешность, но вот язык… Он говорил на другом языке! Похожим на французский, но немного всё же отличавшимся. А самое поразительное, что я его каким-то непостижимым образом понимала!
— За мной? Откуда? Зачем?
— Моему племяннику нужна помощь. Он едва родился и может умереть. Его мать отравили.
— О чём вы? — нахмурилась я, выслушав сказанное. — Ребёнок умирает? Но почему вы не принесли его сюда?
— Ты пойдёшь со мной, — безапелляционно заявил странный человек. — Пойдёшь и вылечишь его. Яд мог попасть в его тело от матери?
— Разумеется, мог! Если она родила уже после отравления… Господи! — Я схватилась за голову. — Что я, по-вашему, сделаю одна? Тут нужен врач-токсиколог, антидот, сложное медицинское оборудование, причём срочно! И не факт, что…
— Нет времени! — Незнакомец коснулся моего плеча. — Возьми всё необходимое и следуй за мной!
— Вы меня понимаете? Хоть слышите, что я вам говорю? Скажите, где мать и ребёнок, я отправлю к ним скорую!
— Они в Альверине.
— Где?
— В другом мире. Поторопись, девушка, иначе мне придётся тащить тебя силой! А мне бы очень не хотелось тебе навредить, ты всё-таки лекарь…
— В каком ещё другом мире?! — воскликнула я, почти окончательно уверившись, что мой собеседник в итоге окажется сбежавшим из психиатрической больницы чудиком. Считать так было легче, чем думать, что он говорит правду, и что где-то действительно рискует погибнуть новорождённый ребёнок. — И я уже объяснила, что одна я с этим не справлюсь!