Страница 40 из 149
Глава 13
Шагая по заснеженному полю, Макс в очередной раз поминал недобрым словом тот момент, когда решил срезать путь. Сказано же было — два с половиной, максимум три часа по дороге и он доберётся до нужного хутора. Но юный колдун, поглядев на карту, решил срезать через лес. Рассуждал он тогда следующим образом — через лес дороги максимум на час, а сугробы и глубокий снег не страшны колдуну третьего ранга, одним из направлений развития которого являлась стихия воздуха. Что же, как показала суровая реальность — резерв даже такого талантливого одарённого как он отнюдь не бесконечен, а оттого проделать весь путь по воздуху не стоило даже надеяться.
Периодически проваливающийся по шею, а иногда и вовсе с головой уходящий под слой белого покрывала, покрывшего землю, колдун был неимоверно зол. Не добавляло настроения и нескрываемое злорадство его спутника — трёх с половиной метровый оборотень в зимнем лесу не испытывал никаких неудобств. Так, где Макс уходил под снег с головой, монстр максимум проваливался по пояс. Да и то подобное случилось лишь дважды, в самом начале пути, ибо здоровенный обитатель диких земель быстро приноровился определять глубокие места.
— Ну давай ты впереди пойдёшь, а? — устало предложил молодой путник. — Мы так вечность добираться будем. Не думаю, что тебе охота со мной по лесам таскаться — ни жратвы, ни питья, да и холод собачий... Ну чего тебе стоит, зверюга ты злобная?!
— Нет, — коротко ответил оборотень хриплым, низким голосом. И в это короткое слово существо умудрилось вложить всю степень испытываемого им презрения и насмешки по отношению к своему куда менее рослому спутнику. — Сам выбрал дорого — сам веди. Сусанин х-херов...
— Так ты разговариваешь! — аж остановился от удивления юный колдун. — Какого хрена? Я думал, вы так только в человеческой форме можете!
На это его мохнатый спутник лишь раздраженно фыркнул и, сделав шаг вперёд, как бы случайно задел парня боком, отчего тот улетел в ближайший сугроб.
С проклятиями и матом парень, в очередной раз использовав воздушную ступень — заклинание третьего ранга, уплотняющее воздух под ногами заклинателя — принялся выбираться. Он бы с радостью прошагал весь путь, используя эту магию, однако крепко помнил наставления всех, кто провожал его на первое самостоятельное задание — в пути нельзя тратить больше трети сил, ведь в случае боя сил отбиться может банально не хватить. Об этом говорил его наставник, это же ему повторил узнавший о планах его учителя Юрий Михайлович во время последнего их занятия по пирокинезу, говорила Анжела, говорил Никита Сердюков, один из учеников мэра города, что стал ему неплохим приятелем после памятного поединка в центре города... В общем, все те, к чьему мнению он прислушивался в один голос твердили — тратить ману, если ты не в полностью защищенном городе или ином убежище, можно лишь в крайнем случае, ведь даже здесь, на внутренних территориях вокруг Михайловки, даже у крупных отрядов всегда был риск нарваться на монстров. А уж у одиночных спутников вроде него и его спутника этот риск превращался почти в гарантию.
Однако пока им не встретилось ни единого врага, но несмотря на это парень потратил уже почти треть своего резерва, четыре часа блуждая по лесу. И единственное, в чем он был уверен, так это в том, что окончательно заблудился. И ни карта, по которой он ориентировался, ни компас не могли помочь юному колдуну, а оборотень, посланный учителем вместе с ним в качестве простого наблюдателя и помощника на самый крайний случай, если его жизнь окажется в опасности, помогать парню не собирался. Макс не знал, какие именно инструкции получил монстр, что за всё это ещё ни разу не принимал на его глазах человеческой формы, но в них явно не было ни слова о том, что бы помогать непутёвому ученику его хозяина.
Выбравшись из под снега, парень со злостью поглядел на своего раздражающего спутника. Оборотень стоял поодаль, умудряясь всем своим видом излучать насмешку над слабым и беспомощным по его мнению человечком.
— Однажды я пущу твою шкуру на коврик для ног, жопа ты волосатая, — пригрозил существу юный колдун и, плюнув на все, сосредоточился на изучении карты.
Потратив на это занятие минут пятнадцать, он, с трудом припомнив пройденный путь и сверившись с ориентирами, примерно представил, где находится. Сейчас, в середине марта, в постапокалиптической России ещё стояла зима — не сказать, что глубокая, но раньше середины апреля снег сходить точно не начнет.
Плюнув на все, он активировал заклинание поступи ветра — магия была усиливающего типа, значительно облегчающая вес и увеличивающая скорость движений пользователя. Она хорошо подходила для краткосрочного боя, но в активном режиме могла продержаться лишь минут пятнадцать, так как имела немалый расход маны. Половины общего резерва парня как раз хватило бы на эти пятнадцать минут, а дальше у него осталась бы лишь четверть. В случае, если за это время он не доберётся до пункта назначения, то юный колдун планировал провести ночь в лесу. А утром, восстановив силы и ману, продолжил бы свой путь — на задание ему было дано пять дней, и сегодня шёл только первый.
Его спутник-надзиратель, встав на четыре лапы, помчался за ним, ничуть не отставая. И даже тот факт, что на спине монстра находился внушительных размеров баул, в котором хранилось неизвестно что, не мешал тому легко поспевать за несущимся на пределе возможностей Максом.
Четверть часа пролетели быстро, но за это время парочка преодолела двадцать километров. Почувствовавший, как опасно пуст его резерв, юный колдун на бегу взглянул на часы и поняв, что отведенное им самому себе время вышло, остановился. От парня буквально поднимался пар — несмотря на всю магию, бег по заснеженному лесу отнимал огромное количество физических сил.
Оглядевшись, парень увидел вдалеке темные силуэты домов. К этому моменту он уже добрался до опушки леса, и виднеющиеся впереди силуэты жилья внушали ему оптимизм. Куда бы он не вышел, здесь жили люди, а значит, можно спросить дорогу!
Присев прямо там, где стоял, Макс перевел дух. Лежащий неподалёку оборотень, выглядящий ничуть не уставшим, глядел на парня, ощерив пасть и хитро сощурив огромные янтарные глазища.
— Если есть, что сказать, то говори уже, коврик, — фыркнул воодушевлённый признаками человеческого жилья парень. — Молчишь? Вот и держи пасть закрытой, чучело...