Страница 3 из 53
Он держится на лошади уверенно и прямо, правя одной рукой. Один из спутников что-то говорит ему, рыцарь усмехается уголком рта, а я вдруг думаю, что никогда в жизни не видела улыбки прекрасней.
Что-то внутри шевельнулось… узнавание? Глупости, откуда я могу его знать? Сердце застучало часто-часто. Смотрела на него заворожённо, забыв обо всём, когда услышала грустный вздох Алисии:
— У нас с тобой всегда разнились вкусы на мужчин.
Я вздрогнула, услышав знакомую фразу. Сестра продолжала:
— Вижу, ничего не изменилось, — затем добавила со скрытой злостью, — и даже потеряв память, ты помнишь ЕГО.
Время ускорилось, сделалось жарко, во рту вдруг пересохло, но я спросила хрипло:
— Кого?
— Его Светлость герцога Даркнайта Блэка, твоего мужа.
От услышанного перехватило дыхание. В этот же миг мужчина резко вскинул голову. Наши взгляды встретились, и меня словно ударило в грудь холодной тьмой. Отшатнулась прочь от окна, позабыв про кровать за спиной, больно ударилась о её изножье, нелепо взмахнула руками, ловя равновесие, и упала на мягкое одеяло. Вслед за мной вверх взметнулась и упала на грудь копна золотистых волос. Пропустила несколько локонов сквозь пальцы. Мамочки, у меня никогда не было такого богатства! А после лечения у меня и вовсе не было волос!
Последний пазл мозаики встал на место. Мэрион, Алисия, их светлости и высочества! Звучит, словно бред какой-то, но я в книжке! В книжке «Чёрный свет», которую читала!
В коридоре послышался шум. Алисия помогла мне сесть в кровати, поправила одеяло и горячо зашептала:
— Не говори ему ничего, ты поняла? Никому нельзя верить!
— Даже собственному мужу? — удивилась я.
Сестра горько усмехнулась:
— Ему в первую очередь, потом объясню!
— Хорошо.
Мы обе вздрогнули от громкого стука, затем дверь распахнулась, и порог переступил тот, кто в скором будущем истребит всё живое на тысячи миль вокруг. Кто поведёт на людей зло из Чёрной пещеры. Кто перейдёт на сторону мрака и перестанет быть человеком. Мой муж герцог Даркнайт Блэк.
Мужчина шагнул в комнату, и у меня перехватило дыхание. Вблизи он казался ещё выше и шире в плечах, чем когда я видела его из окна. И дело не только в массивных рыцарских доспехах, которые он нёс легко, словно они ничего не весят. Невероятная сила шла от каждого его движения. Его правая рука сжимала рукоятку меча, и я вдруг подумала, что он мог бы без труда переломить меня ею.
Он моментально заполнил собой всё пространство. Я думала, что с ума сойду, когда он на меня посмотрит. Наверное, я многое пойму по его глазам, как это обычно бывает у любящих друг друга людей! Но пронизывающий взгляд тёмных глаз скользнул по мне безо всякого интереса. Мужчина чуть склонил голову:
— Миледи, рад был узнать, что вам лучше.
Надо что-то ответить, что-то сказать, но вместо слов благодарности изо рта вырвался странный хрип.
Алисия тут же обошла кровать и встала между нами, загородив меня спиной от мужчины. Я услышала её ледяной голос:
— Мэрион ещё слишком слаба, ей нужен отдых и покой.
— Алисия, — низкий голос тут же заиграл обволакивающими бархатными интонациями, от которых неприятно кольнуло в груди. — Ваша забота о сестре восхищает. Теперь, когда ей лучше, вы порадуете нас своим присутствием за ужином?
Я вытянула шею, рискуя свалиться с кровати в попытке разглядеть лицо говорившего из-за спины Алисии, но мне совсем не понравилось то, что я увидела! Герцог Блэк смотрел на мою сестру совсем иначе! Внимательно, с интересом и каким-то скрытым предвкушением. Это что же получается? Ну, конечно, как я могла забыть — Даркнайт влюблён в Алисию с детства, а меня едва терпит. Ужин, значит? И, прежде чем сестра успела ответить, я громко сказала:
— Порадует! Мы вместе порадуем!
Две пары глаз посмотрели на меня, Алисии — испуганно, Даркнайта — недовольно. Я подумала секунду, затем добавила:
— Если, конечно, вы не возражаете, Ваша Светлость.
Прищурилась, тут же заметив — возражает! Похоже, прекрасно обходился без жены, пока та болела, и не прочь продолжать в том же духе! Но вслух герцог ничего подобного не сказал, лишь кивнул с холодной учтивостью:
— Как вам будет угодно, миледи.
— Прекрасно! — тут же ответила я, вскинув подбородок.
Мужчина странно посмотрел на меня, затем кивнул:
— В таком случае, до вечера. Миледи, — равнодушно кивнул мне, затем повернулся к сестре, и выражение его лица мигом изменилось, в глазах заплясали чёртики, губы растянулись в чувственной улыбке. — Ваше Высочество.
Поджав губы, сестра холодно кивнула ему в ответ:
— Ваша Светлость.
Герцог Блэк развернулся, взмахнув плащом, и вышел прочь. Мы снова остались одни. Алисия подлетела ко мне, вцепилась в руку и зашептала:
— Ты с ума сошла? Зачем ты это сделала?
— Хочу посмотреть на всех, попытаться вспомнить.
— Но ты ещё слишком слаба, сердце моё! Лучше тебе оставаться в постели!
— Нет, Алисия, я была в постели слишком долго, поверь, мне хватило! Хочу поскорее вернуться к нормальной жизни, поэтому не мешай мне, а лучше помоги!
Сестра нахмурилась, затем задумчиво посмотрела в сторону и осторожно кивнула:
— Ну, хорошо. Это даже удобно, ведь на ужине будут все, и я смогу рассказать тебе про каждого. А вдруг, это и вправду поможет тебе вспомнить? Знаешь, у меня такое странное чувство, — задумчиво продолжила она, глядя в потолок. — Будто это ты и не ты одновременно.
Я задержала дыхание. Что, так заметно? Чем я себя выдала? Алисия сказала:
— Накануне болезни ты была странной, я даже начала опасаться, что ты можешь что-то с собой сделать!
— Я не помню тех дней.
— И не нужно, — сестра улыбнулась тепло, коснулась пальчиком моего носа и смешно скорчила свой. — Не знаю, болезнь ли тому виной, или потеря памяти, или и то, и другое, но сейчас ты мне нравишься даже больше! В тебе словно зажёгся огонь, веришь?
— Я люблю тебя, — сказала просто, хлопнув ресницами.
— И я тебя люблю, моё сердце.
Почувствовала, как сестра коснулась губами моего лба и встала с кровати:
— Отдохни часок, пока я напишу Эйдану. Он так переживал, что я просто обязана немедленно сообщить ему о твоём чудесном исцелении! А потом я распоряжусь по поводу ванны, и помогу тебе подготовиться к ужину. Знаю, что тебе не терпится принарядиться для герцога.
И столько было в её глазах тепла, сочувствия и любви.
Покраснела, натягивая одеяло до самых глаз: она всё знает. Конечно, как же иначе? Старшая сестра знает про глупую безответную влюблённость младшей в мрачного супруга. Как, вероятно, знает и то, что Мэрион никогда не дождётся взаимности, потому что сердце Даркнайта давно принадлежит ей, Алисии. Знает и искренне сочувствует, но ничего не может изменить.
Хлопнула входная дверь, и я осталась одна. Тут же соскочила с кровати и подошла к туалетному столику у стены. Провела кончиками пальцев по шкатулке с украшениями, развернула к себе большое зеркало. Боже, Мэрион, ведь ты красавица! Почему никогда не верила в себя? Покорно принимала вторые и третьи роли? Почему всегда отступала, жила будто во сне?
Наклонилась вплотную к зеркалу, знакомясь с собой новой, запоминая черты лица. Затем улыбнулась отражению и тихо прошептала:
— Хватит спать! Пришло время проснуться!
3. Первый ужин
Мэрион.
Тёмный коридор замка тускло освещён факелами. Здесь прохладно и сквозит. Расправила плечи и разгладила юбку из лимонного шёлка. На сестре закрытое платье из плотной алой ткани. Её губы сомкнуты, подбородок поднят: сестра не в восторге от предстоящего ужина. За нами следуют наши фрейлины, о которых я уже успела узнать кое-что благодаря Алисии.
Леди Дарина Стоун, широкоплечая угрюмая женщина с грубыми чертами лица, дальняя родственница Блэков, сирота, воспитанница покойной матери Даркнайта. Ничего интересного, как сказала Алисия. Живёт молитвами, безобидна, но доверять ей или рассчитывать на дружбу особо не приходится: продаст герцогу за две копейки. Вот кому она действительно верна.