Страница 7 из 12
Все её тело ныло от нескольких часов в неудобной позе, пальцы ног онемели в неудобных туфлях, и пробуждение вышло куда более некомфортным, чем хотелось бы. Грейнджер повела головой, из груди вырвался стон легкой боли, каждая мышца кричала о том, что ей не стоило так засыпать.
Только спустя секунд пятнадцать Гермиона осознала, что на её плечах покоится мантия темного зеленого цвета. Она придержала ту, когда выпрямлялась, чтобы она не упала. Капюшон был расшит серебристыми нитями. Девушка нахмурилась, озираясь по сторонам в поисках любого чужого присутствия.
— Гоменум Ревелио, — она взмахнула палочкой, но ответом ей служили лишь тишина и покой. Напряжение внутри чуть спало, и Гермиона посмотрела на стол, на котором лежала свернутая в несколько раз записка.
С интересом она развернула её особенно аккуратно. Вряд ли тот, кто укрыл её мантией стал бы накладывать какое-нибудь заклинание на бумагу, правда? Странный был бы жест заботы. На идеальном белом листе сначала была лишь пустота, но чернила проступили через несколько секунд, образовывая буквы.
Если каждый элемент ритуала заменить противоположным, его действие можно нейтрализовать.
— НУ КОНЕЧНО! — Грейнджер не смогла сдержать восторженного выкрика, тут же откладывая от себя все те книги, которые читала до этого ночью. Она не потрудилась посмотреть на время или хотя бы выяснить, сколько она спала. Это было столь же неважно, как и все остальное.
Гермиона вскочила со своего места, тут же нашла на полках среди словарей книгу по латыни, затем по рунам, следом за ней отправились и её предыдущие записки по ритуалу, который она показала Лорду.
Каждую деталь…
Девушка начала с самой сложной части — перевода заклинания. К каждому слову нужно было найти прямой антоним, чтобы всё сработало. Какое красивое аккуратное преступление. Предать Лорда Гермиона могла лишь таким изящным методом, даже с Орденом связываться было не нужно.
Если она помимо нейтрализации действия магического ритуала еще и обернет волшебство против Волен-де-Морта, она сможет кардинально изменить всё. У Гермионы перехватило дыхание. Она с особым трепетом выбирала слова и записывала те на листе, периодически накладывая защитное заклинание.
Затем руны на полу, самое простое. Всего семь, и то довольно известных. Противоположное расположение свечей. Грейнджер нарисовала на пергаменте даже точную копию того круга, который должна была изобразить на поверхности. Все лучи звезды были направлены внутрь.
И когда работа была закончена, а солнце стояло так высоко, что его свет опалял руки теплом, Гермиона наконец смогла выдохнуть. У нее осталось всего два пункта, чтобы совершить задуманное.
Выяснить, где и когда будет проходить ритуал, а затем его совершить.
А ну еще остаться в живых при этом, что, пожалуй, было… почти не выполнимо.
Она свернула все свои заметки и убрала их за тонкую полоску кружева на бедре, где хранила и волшебную палочку. После чего убрала книги и вылетела из библиотеки, движимая одним лишь желанием разузнать следующие шаги Лорда.
И Гермиона знала у кого спросить.
*
— Тебе-то какая разница, Грейнджер? — Драко выглядел так, как и выглядел всегда. Казалось, что он и не в курсе, что совсем скоро ему грозит. Вот только он определенно знал. А потому сейчас разворачивался от Гермионы, чтобы уйти.
Она грубо схватила его за запястье, останавливая, и почти сквозь зубы прорычала: — Скажи мне дату и место.
— Отвяжись, — Малфой выдернул руку. — Тебе надо, иди и спроси у своего великого Лорда.
— Пожалуйста, — взмолилась девушка. — Мне очень нужно знать.
Он прищурился, вглядываясь ей в глаза, будто размышляя, стоит ли этого вообще. Какое-то подозрение закралось в его голову от её настойчивости, но даже если он разгадает её мотивы и причины, Гермионе уже было все равно. Он может хоть ненавидеть её до конца жизни, зато она попробует спасти его.
— Зачем тебе? — самый страшный вопрос прозвучал с его стороны, и Грейнджер перестала дышать.
— Мне…
— Я хочу четкий ответ, и тогда я скажу время и место, — оборвал её Драко на полуслове. Его тон не терпел возражений, и Гермиона выдохнула, понимая, что другого выхода у нее нет. Она толкнула его внутрь ближайшей комнаты и огляделась, надеясь, что она пустая.
После чего максимально тихо, приблизившись к Малфою, сказала: — Я хочу провернуть кое-что, что может помочь тебе и остальным. Для этого мне нужно время и место. И я не скажу тебе ни слова больше и не принимаю отказа в виде «мне не нужна помощь».
Его дыхание вспыхнуло у нее на губах, и только сейчас Гермиона поняла, насколько же близко они стояли, её ладонь все еще лежала у него на груди, чувствуя каждое биение неспокойного сердца.
— Грейнджер…
Она мотнула головой, слезы снова подступили к горлу от мысли, что, если у нее ничего не выйдет, это будет их последний подобный разговор.
— Я знаю, что это была твоя идея, — добавил он и все внутри резко оборвалось. Гермиона всхлипнула, уставившись куда-то ему на ключицы, не в силах произнести ни слова. Рядом с ним хотелось спрятаться от всего на свете. От Драко веяло безопасностью и теплом, несмотря на легкий привкус темноты.
Она ждала, что он будет злиться, оттолкнет её, закричит, сделает хоть что-нибудь.
Малфой обвил свою руку вокруг её талии и прижал к себе, когда слезы все-таки вырвались наружу. Грейнджер зарылась носом в его шею, обхватывая руками всё его тело. Драко погладил её по голове нежно, и спокойствие передалось ей. Она не понимала, почему он так реагировал на неё, почему позволял заливать своими слезами белоснежную рубашку, но от этого ей стало чуточку легче.
Гермиона все еще ждала подвоха. Чего-то вроде «ты предательница, Грейнджер, не хочу иметь с тобой ничего общего». Но едва эта мысль родилась в голове, Драко оставил легкий поцелуй у нее на макушке и обнял крепче. Ей так этого не хватало…
— Я не виню тебя, — его шепот проник ей под самую кожу. — Пожалуйста, не пытайся. Мы оба знаем, что это убьет тебя.
— Тебе не стоит беспокоиться о моей жизни, — проговорила она ему в кожу. Усмешку Драко она распознает за километр.
— Не стоит. А тебе не надо пытаться спасать меня.
— Вдруг я это не для тебя делаю? — привычная язвительность снова вернулась. Малфой тихо рассмеялся, прежде чем ответить.
— Ну да. С нетерпением жду, когда ты мне расскажешь историю, почему решила спасти отца Пэнси и пожирателя, имя которого я даже не знаю.
Гермиона сквозь слезы повторила его смех, все еще прижимаясь к парню всем своим телом.
— Поместье Забини, восемь вечера завтра. Ты дашь мне обещание, что не рискнешь собой? — Драко отстранил её от себя, чтобы посмотреть в глаза. Большим пальцем он стер мокрую дорожку с правой щеки. Она отрицательно покачала головой.
— Я рискнула, задумав это.
— Ты дура, Грейнджер.
— Я знаю, — улыбнувшись, девушка аккуратно отстранилась от него.
— Увидимся завтра?
— Ни за что, — успела бросить Гермиона, прежде чем отпустить его ладонь, и убежать из комнаты вовсе. Ей нельзя было терять ни минуты времени.
Чуть больше суток на то, чтобы все подготовить, не попасться, и при этом не ошибиться. Мерлин ей помоги.
*
Идти снова по улицам Лондона было как минимум странно. Гермиона нацепила на себя простенький свитер и джинсы с кроссовками, завязала волосы в высокий хвост на затылке, чтобы не привлекать особо внимания. Людям, которые бежали куда-то по своим делам, было все равно и на неё, и на всё происходящее в её жизни.
Хотелось бы ей быть столь же беззаботной и переживать только о том, что в этом месяце зарплата задерживается, а ребенок получил двойку за домашнее задание. И не нужно было бы думать о смертях, о войнах. Гермиона чертовски хотела думать только о таких проблемах.
Она заглянула в небольшой магазинчик с красками на Фаррингтон Роуд, потом в магазинчик со всем для дома за свечами и спичками. И ни у кого не возникло ни единого вопроса к ней. Так ведь поступают девушки в простом сером свитере — обустраивают свою новую квартиру. Может быть, Гермиона даже была похожа на художницу, которая готовится раскрасить белую стену в гостиной. Она бы нарисовала там пейзаж леса Дин, где так любила проводить время с родителями.