Страница 22 из 45
Сам Саддам и его сподвижники в первые же минуты открытия суда 19 октября 2005 г. заявили, что не признают компетенции трибунала. С тех пор каждое заседание суда они используют для разоблачения преступлений оккупантов и их марионеток. К концу 2006 г. состоялось около 10 заседаний трибунала. Слушания велись лишь по первому из семи обвинений, а именно о расстреле 148 иракских шиитов, пытавшихся в 1982 г. совершить убийство Саддама. Тогда иракский суд рассмотрел дела 680 подозреваемых и приговорил к высшей мере наказания 148 из них. Более года трибунал пытался доказать личную причастность Саддама к этому расстрелу.
Вот сцена первого заседания, которая транслировалась 19 октября 2005 г. Первое, что увидели миллионы мусульман: Саддама судят в Зеленой зоне! То есть в квартале Багдада с глубоко эшелонированной обороной, там, где расположены американское посольство, правительство Ирака и парламент. Около здания трибунала были видны бронетранспортеры и тяжелый танк. Далее мусульмане увидели: Саддам вошел в зал с Кораном в левой руке. Он намеренно размахивал правой, чтобы охранники держались подальше.
Всем своим видом иракский президент выражал пренебрежение и неповиновение. Это резко контрастировало со съемками его захвата. Саддам срывал заданный сценарий. Слепить из него образ трусливого тирана, трепещущего перед благородными судьями, не удалось.
“Назовите себя”, — обратился к нему главный судья. В ответ Саддам начал форменный допрос судей.
“Кто вы такие? Что хочет этот суд?”, — спросил Саддам. “Вы наймиты оккупантов, вы предатели, изменники родины”, — утверждал он, зная, что за ним следят арабы во всех странах. Суд явно проигрывал. Был объявлен перерыв. Саддам встал, широко улыбаясь. Когда охранники попытались взять его за руки, он отбросил их. Они набросились на него вновь, повалили, борьба длилась не менее минуты. Миллионы мусульман видели эту безобразную сцену, слышали грязную брань охранников. Саддам взял верх, ему позволили удалиться независимо, два стража шли вслед за ним. Посовещавшись, судьи отложили следующее заседание на 40 дней, до 28 ноября 2005 года.
На следующих заседаниях суд все более превращался в фарс. Американские юристы, которые дирижировали за кулисами, решили заменить главного судью Амина, назначив более резкого и решительного Рауфа Абдель Рахмана. Иракцы вскоре узнали, что двое из адвокатов и один из судей были убиты. Когда в январе 2006 года судья Рахман велел вывести из зала одного из защитников, зал покинули все адвокаты подсудимых. Тогда суд назначил им своих юристов, несмотря на то, что обвиняемые отказались от их услуг. Миллионы телезрителей с нетерпением ждали новых заседаний в предвкушении новых гневных реплик Саддама и его министров. Почти каждое заседание начиналось с возгласа Саддама: “Долой Буша!”. Его брат Ибрагим, бывший шеф саддамовской разведки, усаживался в клетке на пол спиной к судьям, многих из обвиняемых затаскивали в зал силой. Многих свидетелей, в том числе из обвиняемых по другим статьям, заставляли насильно давать показания.
Саддам — в тех случаях, когда он соглашался отвечать, — не вставал, как положено в суде. Когда Рахман напоминал ему об уважении к суду, Саддам отвечал: “Я не делаю этого перед человеком, который не уважает закон”. “Мы судим по тем законам, которые были приняты, когда вы были президентом”, — пытался парировать Рахман. Однако когда один из свидетелей обвинения назвал Саддама “президентом”, судья вскипел: “Обращайтесь — обвиняемый”. Саддам хохотал и говорил: “Он не ошибся, я президент Ирака, выбранный всем иракским народом”.
Что касается дела о казни 148 шиитов, то за год оно не продвинулось. Суд хотел найти доказательства прямого участия Саддама. Среди 18 тонн архива нашли единственный документ, где Саддаму сообщалось, что двое из приговоренных избежали наказания по ошибке. Рукой Саддама наложена следующая резолюция: “Мы не можем позволить, чтобы удача была более сострадательна, чем мы, несмотря на то, что в данном случае сострадание и незаслуженно”. Если перевести эту по-восточному цветистую фразу на сухой язык юриспруденции, то получится, что Саддам осужденных помиловал. Он следовал традиции: сорвавшегося из петли на виселице второй раз не вешают, а отпускают на волю.
Но судьи, назначенные американцами, оказались не столь милосердными, как “кровавый диктатор”. Они охотно воспользовались самооговором Саддама, решившего выручить своих соратников. Он заявил: “Я лично приказал судить участников заговора, всех, кто покушался на жизнь президента страны, которая находилась в состоянии войны с Ираном в тяжелейшей военной обстановке. Суд проходил по законам того военного времени!”
На этом-то — весьма шатком в юридическом плане — Саддама приговорили к позорной казни через повешение.
Дочь Саддама сказала по телевидению: “Мой отец правильно ведет себя с судьей… Моему отцу нечего терять. Он был вождем Ирака 35 лет, он не дорожит жизнью, не боится смерти”*.
Суд сделал из Саддама героя всей арабской нации, число его сторонников растёт от заседания к заседанию. Одновременно растет ненависть ко всему Западу, пропасть между Востоком и Западом все расширяется. Что за таинственные маги-геополитики исподволь реализуют сценарий столкновения цивилизаций?
Администрация Буша приурочила приговор Саддаму к 7 ноября 2006 г. в надежде, что он поможет республиканцам выиграть выборы в конгресс. Не помог! Теперь эта администрация ломает голову, как поступить с Саддамом? Повесить? Заменить казнь пожизненным заключением? Тогда где его содержать? Наверняка будут попытки его освободить. В хаотической обстановке Ирака они могут увенчаться успехом.
Суд над Саддамом был задуман как средство устрашения, как демонстрация силы Вашингтона, его способности и намерения навязывать другим народам и их государствам свою волю, свои законы, свои правила игры, а при нарушении их — сурово наказывать. Инсценировка проваливается, цель не достигнута. На сайте Международного центра действий сформулирована такая программа борьбы с международным беззаконием: “Надо требовать вернуть войска в США. Надо прекратить весь этот жестокий и бесперспективный процесс реколонизации. Это будет означать разрыв всех контрактов корпораций США, которые они спешно поназаключали для приватизации и расхищения ресурсов Ирака. Это потребует закрытия сотен военных баз США, тысяч американских постов, отмены всевозможных секретных операций под названием “найти и уничтожить”, закрытия всех секретных тюрем, где содержат, пытают и издеваются над десятками тысяч иракских и прочих заключенных”**.
Николай Рыжков АГОНИЯ ВЛАСТИ
Вместо заключения
В сентябре 1991 года V внеочередной Съезд народных депутатов СССР принял решения о реформировании государственной власти, которые положили начало реальному разрушению всей системы жизнедеятельности единого государства — Советского Союза. Наступление на Центр приобрело открытый характер. Республики бесцеремонно пренебрегали решениями союзного руководства, структуры, выполнявшие функции управления государством, становились практически недееспособными, президент М. Горбачев с каждым днем терял власть и свой авторитет.
В стране происходило то, к чему её настойчиво вели деструктивные силы в течение последних двух-трех лет. Нельзя сказать, что все это возникло спонтанно и неожиданно. В частности, и моя отставка в конце 1990 года была неизбежным следствием создавшегося тогда положения, того курса политических и экономических реформ, который окончательно выбрали временно “породнившиеся” Горбачев и Ельцин.
Предвидя пагубность и трагические последствия происходившего в стране, 19 декабря 1990 года, менее чем за месяц до своего ухода с поста Председателя Совета Министров СССР, я выступил на IV Съезде народных депутатов СССР, прекрасно понимая, что это мое последнее официальное выступление в качестве одного из руководителей государства. Я решил высказать все, о чем постоянно думал в тревоге за будущее страны и народа. Это было выстраданное выступление, оно стало, можно сказать, моим политическим завещанием. Учитывая, что в нем выражена моя гражданская позиция, я позволю себе привести здесь его текст с некоторыми сокращениями.