Страница 60 из 64
Сидевшие тут же операционисты отвлеклись от своих занятий и начали прислушиваться.
- Во-первых, это не запрещено законом, а во-вторых, на момент поступления в Хогвартс он ещё не знал своего родства и пользовался тем именем, которое дали ему в детском доме, где он и воспитывался. Получив знания о своём родстве, он посчитал излишним предавать это огласке. Однако сейчас он должен быть призван в качестве свидетеля на заседании суда Визенгамота и как законопослушный гражданин обязан раскрыть своё настоящее имя.
Амелия посмотрела на меня и хмыкнула.
- Ладно, но готовьтесь, что журналисты вас сожрут.
- Не достанут.
Дальнейшее было уже долгой, нудной, выматывающей рутиной. Не понимаю, как это может нравиться людям настолько, что они превратили это в свою профессию, однако вот вам, пожалуйста, есть и адвокат и прокурор и судьи. Они занимаются подобным ежедневно и не устают.
В зал ввели сильно осунувшегося Бэгмэна и двоих его подельников, и тягомотина продолжилась.
- К ответу призывается свидетель… - клерк глянул в свои пергаменты, которые лежали у него и произнёс, - граф Джон Лейнстер.
Народ, присутствующий на заседании, конечно, удивился смене моего имени, а особенно удивился этому Дамблдор, но именно на самом заседании никто ничего не сказал. Всё же это официальное разбирательство, и начинать тут разборки непозволительно никому.
Внёс свою лепту ответов на вопросы и я. Мы не стали ничего рассказывать. Нам и не понадобилось. Адвокат заранее запасся у меня моими воспоминаниями и прихватил с собой интересный артефакт. Вроде как и думосброс, которые я умел делать, но с некоторыми изменениями. Он проецировал трёхмерную голограмму происходящего в большом формате, так, чтобы видели все в зале.
- Господа, господин председатель. Вот добровольно данные и опечатанные по всем правилам воспоминания, касательно данного вопроса…
Тут уж… и не добавил и не убавил. Показания опечатаны и подтверждены как являющиеся правдивыми, мастером-менталистом. Печать проверили, вскрыли при свидетелях, ну в общем, всё по-взрослому. Да и подготовились мы. Не зря же я адвоката нанял. Я в этом вообще ни бум-бум, а потому лучше взять профессионала.
К нам у суда никаких претензий не было. Только подивились, как это я так без палочки всё делал, но я сказал, что, если бы за палочкой потянулся, меня бы так и оглушили. Я бы эту палочку и вытащить не успел.
Опросили также и самого Бэгмэна, и его помощников. Ну, с помощниками всё ясно. Они валили всё на начальство. Мол, нам приказали, мы и исполнили. Мы думали, он обо всём заранее договорился и с родителями, и с самими участниками, а то, что им запретили о чём-то рассказывать, так ведь секретность, нельзя, чтобы чемпионы турнира о чём-то догадались.
Людо решили допросить последним, однако он долго запинался, увиливал от дачи показаний и пытался не отвечать на поставленные вопросы. Вот тогда-то и решили напоить его зельем правды. Протестовал один только Дамблдор, но так как он больше не был верховным судьёй, он остался в меньшинстве.
Как только Людо споили зелье правды, ситуация тут же изменилась. Данные полились из него потоком. Вот только ничего уж ТАКОГО запредельного в этом деле и не было. Всё банально. Людо оказался должен гоблинам. Он взял у них большую сумму и, чтобы вернуть её, пытался заработать на всём. И на ставках на Турнире Трёх Волшебников, и до этого, на мировом чемпионате по квиддичу, который его отдел организовывал, и на откатах от продажи билетов. В общем, много на чём. Та хрень с привлечением заложников должна была добавить зрелищности в совсем незрелищный второй тур. Это был один из тех отчаянных шагов на пути к обогащению.
Волшебники это всё конечно выслушали и ушли на совещание по вынесению приговора. Ну что я могу сказать? Естественно, всех троих вышвырнули из министерства. Это даже и не обсуждается. Всем троим назначили довольно крупный штраф. Но эти двое ещё легко отделались, так как всего лишь выполняли приказы своего начальника, думая, что тот имеет на это право.
Людо же вдобавок к этому запихнули на полгода в Азкабан, после чего ему запретили занимать любые государственные должности. Раз дурак, то пусть работает уборщиком где-то в другом месте, как из тюряги выйдет. Всё же пострадавшим, кроме небольшого испуга, никакого другого ущерба нанести не успели.
Ко мне больше других вопросов не возникло и дождавшись оглашения приговора мы покинули зал заседаний.
*** Хогвартс. Экзаменационный зал
Покинув очередной кабинет, я с облегчением вздохнул. Ну наконец-то. Экзамены за седьмой курс я сдал, и теперь мне больше не нужно появляться в школе. Не требуется жить в общежитии и не надо кушать овсянку по утрам. Брр, овсянка уже успела поднадоесть за все эти годы.
Я прошёл чуть дальше по коридору и встал рядом с дверью, за которой сейчас сдавала свой последний экзамен Гермиона.
Зачем я вообще решил связаться с этими экзаменами? Ну, за компанию с моей девушкой, это раз. И чтобы свалить наконец из этого бедлама, это два.
Что случилось? Случились остальные маги. После того, как выяснилась моя настоящая фамилия, чуть ли не все они посчитали своим долгом попытаться либо что-то втюхать мне, либо затащить меня в вассалы, либо женить на своих дочерях. Ну хотя бы просто засвидетельствовать своё почтение и дружбу. За мной чуть ли не охотились в коридорах, вызывая на “поговорить”, я находил зелья в еде и питье. Ко мне приходили записочки от поклонниц и вопиллеры от поклонников. В конце концов я уже чуть ли не рычать начал, а беспалочковый конфундус слетал с меня мгновенно. Буквально за долю секунды. Как только я видел очередного желающего со мной пообщаться, даже без разговоров влеплял ему конфундус.
Впечатление было такое, будто после этого суда все чистокровные разом сказали: “Ах, Лейнстер?! Ну конечно же! Мы же знали, что не может какой-то там маглорождённый быть настолько сильным. Мы же вам говорили?! А вы не верили”.
То, что я занимался всё это время и тренировался почти каждый день, они принимать во внимание не желали. Мы знали, что ты из “наших”, - говорили они. Мои отказы они тоже не воспринимали, считая, что я просто не понимаю своей выгоды и ещё маленький, чтобы оценить её. Зато когда они узнали, что я вместо экзамена за четвёртый курс пошёл на министерский экзамен за седьмой курс, все они зашевелились и задёргались, но было уже поздно. И это ещё если учесть тот факт, что меня и раньше было трудно застать хоть где-то.
Гермиона тоже разочаровалась в магическом мире, а особенно в начинающихся здесь беспорядках и притеснению маглорождённых. Вместе с ней собралось ещё двадцать семь маглорождённых, которых она сподвигла на похожий подвиг. Дети, начиная с третьего курса и заканчивая пятым, занимались все вместе, и сдавали экзамены вместе. В это время их родители предпринимали усилия для того, чтобы восстановить детей в обычных школах мира Земли. Если кто-то подумает, что двадцать семь детей это мало, я скажу, что это почти все маглорождённые подходящего возраста тут.
Учить магию после получения диплома можно и дома, по книгам, а вот жить им удобнее было в мире Земли. Всё же это была далеко не книжка, и для обычного парнишки или девчонки, которые здесь звёзд с неба не хватали, найти работу тут было бы нереально, так как все должности были уже давно поделены между “своими”, а работать за копейки на грязной работе они не желали.
Конечно же, когда я узнал, что в следующем году Гермиона в Хогвартс не вернётся, это стало для меня ещё большим стимулом для того, чтобы свалить отсюда.
Думаю, после всех тех, кого уже и так забрали из школы в связи с беспорядками, да плюс почти все маглорождённые, и плюс все, кто уйдут теперь, Хогвартс сильно опустеет. Хотя мне плевать. Библиотеку из “Выручай комнаты” я полностью скопировал за это время. Всё, что мне было надо, я уже получил, а дальше тянуть резину и нарываться на неприятности не имело смысла. Как-то слишком уж неровно ко мне дышат все эти богатые и чистокровные. Да блин, меня даже директор к себе позвал и пытался что-то втирать о борьбе бобра с ослом, но я его не слушал, а через полчаса этой тягомотины сказал, что Лейнстеры тем и отличаются, что ни во что не лезут и живут в полном нейтралитете. Так что уж в свою войнушку с так называемыми чистокровными он пусть втягивает кого другого.