Страница 50 из 64
Алан отреагировал тут же. Его зелёные глаза блеснули, и он мотнул своей чёрной шевелюрой.
- Нет! Я буду присутствовать при беседе.
Мужчина встал и улыбнулся.
- Прошу вас. Я могу пообещать, что вы получите вашего ученика в целости и сохранности.
Декан посмотрел на меня, а я спокойно пожал плечами. Мне и так уже ничего не грозило. Моё проклятие вышло на свою проектную мощность, а я, находясь настолько близко к нему, только что активировал его.
Декан кивнул, повернулся ко мне и сказал.
- Если что, я буду рядом. За дверью.
Я совершенно спокойно кивнул, и декан посмотрел на обоих мужчин внимательным взглядом, намекая на то, что мол: “только рыпнитесь не в ту сторону - и ваша задница будет принадлежать мне”.
Когда декан покинул помещение, вежливая улыбка слетела с губ старшего мужчины.
- Значит так. Слушай сюда, щенок. Я скажу это только один раз. Повторять не буду. За то, что ты тронул моего сына, - он кивнул на лыбящегося пацана, - ты даёшь мне клятву полного подчинения. Иначе…
Я поднял руку, прервав его.
- Слушай сюда, мерзкое проклятое мясо.
Тот вскочил. Его глаза сверкали яростью.
- Да ты…
- Сидеть, - спокойно произнёс я.
Мужчина рухнул на стул.
- Так вот. Ты передашь мне всю свою библиотеку. Всю, это значит и скрытую часть, если она есть у вашего рода. Кроме того, ты передашь четверть своих финансов и капиталов, причём в виде наличных. На это у тебя неделя.
Мужчина сверкал глазами так, что мне казалось - он лопнет от ярости.
- Может тебе ещё и рабскую клятву принести, молокосос?
- Нет надобности. Ты уже её принёс.
И мужчина, и его сын громко рассмеялись.
- Да ты совсем сбрендил, грязнокровка? Род Аткинсов никогда никому не кланялся.
Ну хоть узнал имя их рода. Не то, что мне это было интересно, но всё же. Сколько же надменности и сколько пафоса в их речах. Почему же так всё время бывает? Род только совсем недавно стал независимым, но все его члены уже считают себя вправе указывать всем остальным как им жить.
- Я же тебя…
Он достал волшебную палочку, направил на меня и застыл, дико выпучив глаза.
- КХХХХАААА, - тихо выдавил из себя он.
Гляди-ка. Смог хоть что-то продавить через голосовые связки. Это должно быть настолько больно, что продавило даже полный паралич его тела, который должен был сработать, когда он попытается напасть на хозяина, то есть меня.
Хоть те инструкции, которые я нашёл в книге, чётко говорили о том, что ничего плохого он сделать мне не сумеет и будет выполнять любые команды, я всё равно был готов. Когда он достал свою палочку, рядом с его телом уже роилась тройка моих заклинаний, наполненных маной, которые могли разорвать его в клочья, если он только дёрнется, но моё проклятие действительно сработало как надо. Страшная штука на самом деле. Самому даже больно смотреть, а в южной Америке древних времён маги таким баловались сплошь и рядом. Причём как проклинали, так и снимали эти самые проклятия.
Я заметил, как мокрое пятно расползается у него по штанам.
- Что такое? Отец? Отец…?
Он перевёл своё внимание на меня и его яростный взгляд сказал мне всё. Он выхватил палочку и тоже замер, выпучив глаза. Ну пусть ощутит то же самое. Кто же ему виноват? Из глаз его отца текли слёзы. Та дикая боль, которая должна была разрывать их тела прямо сейчас, даже близко не походила на боль от круцио. Болеть должно было всё. Каждая клеточка тела. Его сынуля тоже уже рыдал. Причём молча.
Я спокойно откинулся на спинку кресла и ждал, когда же закончится экзекуция. Когда послышались всхлипывания, я обратил внимание на взрослого, плачущего мужика.
- Не знаю как там тебя, но теперь сумма увеличилась до половины твоих активов.
- Но… но это невозможно, я не могу на это пойти.
- Кстати, я запрещаю тебе как-то пытаться навредить мне. Подлить яд, нанять убийцу, или ещё что-то в этом роде, включая не предупредить меня, если мне кто-то захочет причинить вред, и ты об этом узнаешь. Так же я запрещаю тебе попытки снять проклятие или узнать о нём побольше. Я запрещаю тебе оскорблять меня или как-то пытаться унизить меня.
- Да ты… да как ты…
Его снова перекосило. Глаза выпучились, и он застыл с дикой болью в глазах. Снова пришлось прождать минуту и когда его опять отпустило, я сказал.
- Теперь сумма поднялась до трёх четвертей всех твоих денег. У тебя есть ровно неделя. Кстати, я запрещаю тебе рассказывать о произошедшем хоть кому-то.
Он смотрел на меня с дикой ненавистью и уже хотел открыть рот, но я прервал его.
- Очень не советую опять вякнуть что-то не по делу. Будет больно. Просто делай, что тебе велено. Деньги и книги, причём свободные от всяких ловушек, ядов и прочего подобного, с полной информацией, не порванные, не испорченные, ты должен принести мне в конце недели в Хогсмит. Там мы и встретимся. Пошлёшь сову с точной датой, когда всё будет готово. Запакуй всё в сундуки с расширением. Всё понятно? – посмотрел я на него.
- Почему именно мы? – прошипел он мне.
- Что именно? – удивился он.
- Как ты вышел на нас?
- Вы на меня сами вышли, - пожал плечами я.
- Да ладно, это ты маглокровкам из Лютного расскажи, - с ненавистью прошипел он. - Ты всё заранее спланировал!
- Да мне плевать на вас. Я до сих пор даже не знаю, как вас зовут, да мне, если честно, плевать. Если бы твой сынок на меня не наехал, вы бы жили спокойно. Но ты сам сделал себе проблемы, теперь понял? – посмотрел я на молодого.
Тот сумел кивнуть.
- Но так ведь не бывает! Такое проклятие не под силу наложить такому как ты! Это должен быть опытный маг крови!
- Какое проклятие? – сделал я придурочное лицо. – Ничего не знаю ни о каком проклятии.
Я мило улыбнулся им обоим и встал из-за стола.
- Я вас оставлю. Вы должны понимать, что с вами будет, если вы не выполните то, что я вам сказал.
- Что?
- Проклятие включится, но не выключится. Вы умрёте от боли и истощения.
Уроды не понимают нормального отношения. Спесь слишком затмевает им мозг. Вот вам, пожалуйста. Как только Волдеморт хоть как-то выполз из своей клоаки, как они подняли свои головы. Ничего, это я быстро исправлю.
Я не переживал за свою безопасность. Теперь они никак не смогут мне навредить. С банком гоблинов тоже проблем не будет, ведь они могут распознать только тех, на ком есть империо или какое-то зелье, помрачающее разум. Их этот водопад убирает любое внушение и сбрасывает любые иллюзии, но только здесь всё честно. Никаких иллюзий, никаких зелий, помрачающих разум. Только старые добрые пытки и моральное унижение.
Я вышел в коридор, где встретил своего декана. Конечно же он поинтересовался результатами нашей беседы и с подозрением осмотрел меня. Я мило улыбнулся и сказал, что всё в порядке - мы просто поговорили, и пошёл в свою комнату.
Примечание к части
xbnfntkm13, бечено