Страница 18 из 56
Это, конечно, временное решение, но пока мне удалось погасить конфликт и предотвратить кровопролитие, тем более что увидев как к территории предприятия подъезжает техника с бойцами, рабочие имеющие активную гражданскую позицию (появлению которой поспособствовал мой эмиссар) тоже приготовились защищать свою правду всеми доступными способами.
Похоже моя стратегия по плавному переходу общества на рельсы самоорганизации и разумной необходимости начинает потихоньку пробуксовывать. И я знаю из-за кого. Некоторых людей, по долгу службы поставленных следить за порядком в обществе видимо напрягает когда этот порядок поддерживается не страхом наказания, а силой самосознания членов этого самого общества. Во всяком случае такой вывод можно было сделать просканировав поверхностный слой ещё одного фигуранта этой ситуации. Именно он и устроил этот рейд.
К сожалению, волшебный дым на котором работает вся электроника вышел из выдержавших повышенной частоты работы компонентов и обруч на моей голове слабо щёлкнув перестал работать, так что я успел только понять где работает мой противник и то что житья он мне не даст — его цель разрушать и доминировать ради собственной эфеременной иллюзии личного благополучия.
Скомкано попрощавшись с ребятами, чешущими головы над сгоревшим устройством я посоветовал им всё же увеличить число усиливающих каскадов, а не надеяться на экстремальные режимы работы транзисторов и операционников.
Мне надо было как можно скорее прибыть на место инцидента, чтобы застать там инициатора этого дела. Но по пути туда, на автобусе я понял что все равно никого перед заводом не застану. Тот злой и жестокий человек, скорее всего, в своё логово вынашивать очередной злобный план или чего хуже — готовить новую провокацию. Поэтому пересев на автобус другого маршрута я направился на его работу. Даже если я не застану там его, думаю смогу организовать что-то вроде ловушки из его коллег.
Прибыв к серому странно выглядящему зданию я остановился рядом и попытался подключиться к общественному нейрооблаку. Даже без усилителя мне удалось сделать это без особого труда. Но вот то что удалось считать с поверхностных образов, мне крайне не понравилось. Я считал организовавшего нападение человека, редким исключением, своего рода отщепенцем (во всяком случае он явно дистанцировал себя ото всех людей, даже от коллег), но как оказалось всё здание было наполнено подобными людьми. Подсиживание друг друга, интриги внутри коллектива, подковерная борьба за буквально любые преференции было для них абсолютной нормой. Все кто тут находились только и думали как бы продвинуться по службе и получить побольше льгот и выплат и полномочий, и это при том что они и так имели гораздо больше чем практически все остальные жители города. Но им этого было мало. Они как саранча жаждали ещё и ещё. Особой мерзости ситуации добавляло то что именно они должны были следить за свободой и равенством всех членов общества. Но по какой-то причине они изменили своему предназначению и принялись заниматься прямо противоположным. Конечно, среди всех этих людей было несколько человек, которые занимались своей работой (хотя и они были не самыми хорошим людьми в мире) и именно на них ещё пока держалась вся структура, но стоит только им уйти как вся эта махина, мало того что погребёт сама себя, так ещё вероятнее всего станет причиной острых социальных проблем в обществе.
В общем проблему эту надо было решать и решать срочно, пока эта “проблема” не взялась за меня всерьез силами всей организации, а не только одного члена. Который судя по его нейрообразу сейчас что-то активно обсуждал с другими сотрудниками. Скорее всего это не кончится ни для меня, ни для моего начинания ничем хорошим так что я решительно перешёл дорогу и подошел прямо к дверям здания.
Глядя на блестевший посередине тяжелой металлической двери стеклянный глазок я надавил на кнопку звонка. Тут же откуда то сверху раздался глухой, искажённый динамиком голос.
— Чего тебе парень?
— Здравствуйте, — поздоровался я, потому что вежливость необходимо проявлять даже собираясь зайти в логово врага, — мне надо поговорить с вашим сотрудником.
— С каким? — настороженно спросил голос.
— Я не знаю того кто мне нужен, — сказал я чистую правду, — но думаю подойдет любой, а дальше вы уже сами разберетесь что нужно делать.
— Хорошо заходи, — разрешил голос и замок на двери щелкнул давая мне доступ внутрь.
Потянув на себя тяжелую дверь вошёл внутрь. За дверью был небольшой тамбур выйдя из которого попал в что-то типа холла — средних размеров комнату из которой вело несколько дверей у стены комнаты стоял стол за которым сидел человек с любопытством глядящий на меня. На столе перед ним помимо толстой тетради и нескольких телефонных аппаратов стоял пульт с несколькими рядами кнопок небольшим телевизионным экраном и ещё каким-то органами управления бывшими невидимыми с моего места. Улыбнувшись я направился к дежурному (это был без сомнения он, и скорее всего он и был обладателем голоса общавшегося со мной) по пути вызывая в себе то странное чувство, что позволяло мне подключаться к нейропространству других людей.
Вводя свой разум в форсированный режим, за те несколько шагов, что отделяли меня от сидящего за столом человека, я жёстко вломился в его пространство и тут же проверил область отвечающую за насилие.
Как я и предполагал там было полно образов неприемлемых поступков. По правде сказать это было характерно практически для всех окружающих меня людей, но если подавляющего большинства насилие было связано с единичными случаями крайне сильных эмоций или воздействию психотропных веществ типа водно-спиртовой смеси, то у этого индивидуума, насилие было осознанным и крайне изощренным. Поэтому я уже не сомневаясь жёстко прошёлся своей волей по центрам его нейрообраза. Стирая одни куски и формируя новые.
Подойдя к нему вплотную, бросил взгляд на то как изменился сидящий передо мной человек — вместо уверенного хозяина жизни с жестоким и хитрым взглядом, передо мной сидело тело с пустым взглядом и тоненькой ниточкой слюны тянущейся из уголка рта.
— Иди на ближайшую стройку и устройся там разнорабочим, помогай всем нуждающимся и веди здоровый образ жизни служа примером для окружающих, — приказал я ему и не глядя на результат своего приказа пошёл дальше. Впереди меня ждало ещё три этажа наполненных злыми и бессердечными людьми.
Открыв следующую дверь ведущую в коридор со множеством дверей я услышал как только скрипнул по полу отодвигаемый стул, и хлопнула входная дверь — первый “перевоспитанный” пошел наконец-то приносить пользу общества. Не факт что своей работой он исправит весь тот вред что нанёс своими предыдущими действиями, но то хоть будет честная работа.
В здании кипела работа, люди ходили из кабинета в кабинет, таскали кипы документов, о чём-то переговаривались и то и дело выходили покурить.
Все кого я встречал в коридоре, или заставал в кабинетах сначала с недоумением и подозрением смотрели на меня, но спустя пару мгновений бросали свою работу и деревянным шагом шли прочь. Чем дальше я шёл по коридору тем спокойнее становилась атмосфера, но я с всё возрастающей тревогой чувствовал что моё внутреннее хранилище психической энергии понемногу пустеет. Каждый следующий сотрудник вредительского ведомства поддавался моей обработке всё сложнее и сложнее. А их впереди было ещё много и что самое важное — главный вредитель по-прежнему находился в компании почти десятка человек, так что я был не уверен что смогу их всех разом обработать. Но я себя успокаивал тем, что даже если не удастся “перевоспитать” всех, то я исправляю только самого зловредного, а потом тихо уйду — на то, чтобы заставить человека не препятствовать мне много сил не надо.
Внутри здание было довольно запутанной планировки и поэтому к своей цели я шел довольно долго. Уже не заглядывая в кабинеты, “исправлял” только встречных сотрудников, да и то по упрощённой схеме — не прививая им нормальных человеческих ценностей, а просто стирая центры агрессии и злобы и стимулируя очаги работоспособности их нейрослепка.