Страница 35 из 84
— Ну? — нетерпеливо рявкнул собеседник. — Отвечай!
— Персидский, греческий… все основные наречия, разумеется… Латинский…
— А это откуда?
— На нем говорят народы, живущие на севере Великой Греции.
— Еще?
— Пунический, скифский… еще немного знаю египетский…
Собеседник уважительно кивнул.
— Неплохо… Еще?
Артемисия замялась.
— Это все, — тихо прошептала она.
Но, похоже, собеседник знал гораздо больше, чем она могла предположить.
— А как ты разговариваешь с богами?
— Я… — девушка не могла отыскать нужный ответ.
— У богов ведь есть свой язык?
— Наверное…
— И ты его знаешь?
— Совсем чуть-чуть… — Артемисия запнулась, но тут же вспомнила про Телемаха. — Но боги не будут говорить со мной напрямую! — твердо сказала она. — Чтобы ожила божественная скрижаль, нужен это юноша! Он страж скрижали!
Все это время Телемах растерянно щурился, вслушиваясь в незнакомую речь. Он, конечно, знал несколько фраз на фарси, но Артемисия с незнакомцем говорили так быстро и складно, что он не мог разобрать ни слова.
— Расскажи мне про скрижаль? — мужчина повернулся к спартанцу и перешел на дорийский диалект.
Он говорил уверенно, но путал ударения.
Телемах недоуменно покосился на Артемисию, и она вытаращила глаза, пытаясь подать ему какой-то знак.
Хлесткая оплеуха заставила девушку вскрикнуть.
— Стой спокойно! — прорычал командир бессмертных.
Телемах невольно дернулся, но получил короткий и сильный удар под дых.
— Отвечай!
Телемах стиснул зубы и отвел взгляд.
Говорить было нечего, да и не имело смысла… Он закрыл глаза, пытаясь вспомнить лицо отца. Не хотелось посрамить его в последнюю минуту. Ничего… Скоро они встретятся в мрачных подземельях Аида, на берегу Стикса.
— Он не будет говорить с тобой! — звонко выкрикнула Артемисия. — Он не может! Боги запретили ему обсуждать скрижаль! Но я могу вам ее показать, и вы все поймете!
Командир бессмертных переглянулся с плешивым обладателем перстней.
— Убить его мы всегда успеем… — проворчал сквозь зубы лысый.
— Но он должен заплатить за гибель наших людей!
— Он заплатит… Можешь не сомневаться. Но сначала мы должны выполнить приказ царя!
— Да… господин, — сердито выдавил командир бессмертных.
— Ну давай, показывай, как это щенок поможет оживить божественную скрижаль.
Повозившись с узлом, лысый развязал веревку.
Запястья девушки отекли и побелели. Свежая кровь сотней иголок впилась в онемевшие ладони.
— Мы ждем, — командир бессмертных толкнул ее в плечо.
Взгляды зрителей уперлись в футляр со скрижалью, лежащий на чьем-то свернутом плаще. Никто из персов так и не решился вытащить скрижаль.
Артемисия уверенным движением отстегнула застежку. Пальцы ощутили привычную гладкую поверхность, усеянную кнопками.
Начальник бессмертных и его подозрительный напарник разглядывали неведомое сокровище, стоя по обе стороны от девушки. Даже Телемах вытянул окровавленную шею, пытаясь разглядеть, что происходит.
Артемисия продемонстрировала зрителям скрижаль. Лысый потянулся к ней, но девушка резко отдернула дощечку.
— Не святотатствуй! — крикнула она изменившимся голосом.
Лысый отшатнулся и испуганно прижал руку к груди.
Девушка речитативом произнесла несколько красивых фраз на никому не известном языке и подняла скрижаль к небу.
— Смотрите! — звонко сказала она на греческом. — Скрижаль спит. Она не проснется, пока рядом не будет стоять ее страж! — Артемисия махнула рукой в сторону Телемаха.
Взгляды зрителей с подозрением уперлись в недоумевающего спартанца. Телемах растерянно моргнул, но тут же натянул на лицо маску уверенного пренебрежения.
— Ну так пусть он ее разбудит! — скривился плешивый.
— Это не так просто. Своим нападением вы оскорбили богов!
Персидский командир пренебрежительно сплюнул:
— Если спартанский щенок не способен разбудить эту штуку, то он нам точно не нужен!
— Он может! — торопливо выкрикнула девушка. — Но это требует времени и правильных слов.
Опустив скрижаль, она снова полезла в футляр и вытащила оттуда стопку тонких блестящих дощечек, скрепленных между собой. Затем на свет появилась необычная веревка, долго хранящая следы своих изгибов.
Девушка разложила все эти странные штуки на развернутом плаще, перетащив его на залитую солнцем площадку. Концы веревки она вставила в скрижаль и в блестящие пластины. Затем обернулась на Телемаха:
— Пусть страж скрижали подойдет! — требовательно сказала она.
Командир бессмертных переглянулся с плешивым и затем кивнул стоящему возле спартанца стражнику.
— Развяжите ему руки! — потребовала Артемисия.
— Обойдется! — фыркнул перс. — Богам это безразлично.
Артемисия сжала губы и промолчала, глядя, как Телемах, пошатываясь, ковыляет к ней с маской холодного безразличия на лице. Но в глазах его читалась растерянность.
— Молись… — одними губами прошептала девушка, когда он подошел.
С сомнением покосившись на нее, Телемах обратился к Зевсу с короткой молитвой.
— Еще… — еле слышно выдохнула Артемисия.
Почесав связанными руками ушибленный бок, Телемах начал нести какую-то околесицу, уже почти не соображая, что говорит.
В глазах слушателей появилось одобрение. Бессмертный, стоящий возле Телемаха, с обнаженным клинком, уважительно покачал головой и шагнул назад.
Понукаемый одобрительным взглядом девушки, Телемах все бубнил и бубнил, невпопад вспоминая Зевса, Посейдона и Ареса.
Наконец Артемисия, не прерывая его напыщенный речитатив, опустилась возле скрижали и коснулась ее края пальцем.
Лысый метнулся к ней и впился взглядом в скрижаль.
Телемах покосился за ним следом и не поверил своим глазам. Он ощутил, как его спина покрывается гусиной кожей и волосы шевелятся на голове.
На светло-серой поверхности скрижали Посейдона появились таинственные значки. Зрители разом восхищенно выдохнули. Артемисия снова коснулась скрижали, и значки на скрижали изменились.
Телемах вспомнил слова девушки, что скрижаль нужно накормить солнечным светом и тогда она оживет. Неужели это правда? У юноши закружилась голова. А ведь он хотел уничтожить дар богов! Предать порученное ему сокровище! Теперь Телемах понял, почему погиб Теллид. Он в отчаянии прикусил губу, ощутив соленый вкус крови. О, боги, простите меня!
Артемисия встала и торжественно оглядела персидских воинов, окружавших поляну.
— Божественная скрижаль требует мира!
Она снова коснулась края пластины, и над поляной поплыли удивительные звуки.