Страница 15 из 84
Остается одно. Телемах сжал кулаки и торопливо зашагал в сторону постоялого двора, где они с Теллидом сняли комнату на ночь.
2
Перетянутая веревка глубоко врезалась в кожу. Артемисия уже почти не чувствовала ладоней. Изредка она пыталась пошевелить руками, чтобы хоть как-то разогнать застывшую кровь, но каждый раз получала тычок в бок. Больно и унизительно. Она с трудом сдерживала слезы. Всё случившееся было настолько невероятным и произошло так быстро, что она толком не успела испугаться. Даже сейчас ее больше волновала не собственная судьба, а то, как грубо эти дикари бросили в лодку футляр со скрижалью. Они же совершенно не понимают, какое это сокровище!
Артемисия глубоко вздохнула. Ах, если бы у нее не был заткнут рот… Она бы посулила им пять, десять, двадцать золотых талантов! Она бы назвала сумму, перед которой невозможно устоять! Спокойствие… Только спокойствие… Рано или поздно похитители позволят ей говорить. Нужно лишь дождаться этого момента, а потом людская жадность сделает свое дело…
Жадность… Артемисия с ненавистью покосилась на сидящую впереди фигуру, закутанную в серый плащ. Она напряженно вслушивалась, ловя скупые редкие фразы, которыми перекидывались похитители. И, судя по всему, именно этот человек был эллином, а значит, предателем. Кто же он? И сколько посулили ему персы, что этот мерзавец продал свою Родину, честь и богов? Ей показалось, она узнает дорийский говор. Откуда этот подлец? Мессенец? А может, с Аргоса или Мегары? Мегарцы всегда ненавидели афинян и их союзников…
— Вон свет! Правь туда! — коротко приказал впередсмотрящий на персидском.
Лодку качнуло на прибрежной волне. Фигуры в черном налегли на весла. Сделав последний мягкий прыжок, лодка ткнулась в песчаное дно. Сидевший на носу спрыгнул в воду и, упираясь ногами, потянул лодку на песчаную отмель.
Их уже ждали. Еще одна черная фигура поставила фонарь на песок и ступила в воду, Девушку схватили в охапку и потащили на берег, словно мешок с зерном.
— В условленном месте. Не оставляй следов! — отчетливо произнес оставшийся в лодке человек. И налег на весла. Лодка скрылась в темноте.
…
Артемисия очутилась на берегу. Она лихорадочно озиралась, пытаясь понять, куда ее привезли. Нужно запомнить каждую деталь. Потом, когда ее освободят, она всё припомнит каждому из этих мерзавцев!
Предатель в сером плаще подошел к одному из похитителей.
— Ну как? Договор выполнен?
— Да.
Предатель держался развязно и нагло. Но Артемисия никак не могла разглядеть его лицо, укрытое серым капюшоном.
— За девчонку надо бы доплатить.
— Ты же сам сказал, что это случайность, — перс коверкал слова, и Артемисии приходилось напрягать слух, чтобы разобрать его непривычный говор.
— Ты даже не понимаешь, как вам повезло! Эта девчонка — дочь Метона! Главного хранителя скрижали! Она посвящена в таинства и умеет говорить с богами…
— Что это значит?
Предатель развел руками:
— Сам не знаю. Это то, о чем шептались на островах. Знаю лишь, что в паре с девчонкой ценность скрижали возрастает многократно.
Артемисия ощутила приступ ярости. Мерзавец! Какая гнусная тварь! Чтоб он сдох! Впервые в жизни она пожелала кому-то смерти.
— Хорошо. Ты получишь щедрую награду за все.
— Хвала Гермесу!
Перс сделал знак тому, кто встречал их на берегу, и тихо спросил на персидском:
— У вас все готово?
— Да, мой господин, — также на персидском ответил тот. — Мои люди оцепили берег и ждут приказа.
— А что в городе?
— Все спокойно, господин.
— Хорошо… Выдай этому то, что он заслужил.
Глухо звякнули монеты. Артемисия впилась ненавистным взглядом в предателя.
— В каждом кошеле сотня золотых. Держи.
Предатель вцепился в тяжелые холщовые мешочки и начал пересчитывать:
— Один, два, три…
Словно во сне, Артемисия видела, как сзади к предателю подошел один из персов.
— … семь, восемь, девять… — голос предателя звенел от удовольствия.
— Десять! — усмехнулся перс за его спиной и взмахнул рукой.
Предатель вздрогнул и опустил взгляд, с удивлением глядя на клинок, торчащий у него из груди.
Он попытался что-то сказать, но изо рта вырвался лишь хрип, смешанный с кровавой пеной. Его руки безвольно упали, и охапка тяжелых кошельков рассыпалась по земле.
Артемисия отшатнулась и зажмурилась. Но странный свист заставил ее распахнуть глаза.
Всё мигом переменилось.
Убивший предателя перс судорожно дергался на земле, из его шеи торчала стальная рукоять ножа. Перс, отсчитывающий золото, медленно оседал, прижав ладони к распоротому животу. А меж троих оставшихся похитителей скользила стремительная тень.
Снова взмах мечом — и из шеи еще одного перса хлынул кровавый фонтан. Двое оставшихся наконец пришли в себя и выхватили оружие. Но это их не спасло. Темная фигура кружила в смертоносном танце, укрывшись за большим круглым щитом. Звон клинков. Выпад. Перекат. Прыжок. Удар снизу. Укол. И вот еще один враг падает на землю.
— Сюда! Тревога! — завопил оставшийся в живых перс.
Это были его последние слова. Толчок щитом. Ложный выпад. И стальной клинок вонзился в правый бок персидского воина. Призывный крик превратился в тяжелый стон и наконец умолк.
Человек со щитом бросился к пронзенному предателю и упал возле него на колени.
— Теллид! Теллид! Держись! Только держись! Я помогу тебе!
Сердце Артемисии упало. Она ведь только-только поверила, что все кончилось.
А незнакомец продолжал тормошить тело предателя:
— Теллид!
Где-то за темными силуэтами деревьев послышались крики.
Незнакомец поднялся и впервые посмотрел на пленницу.
— Госпожа Артемисия? — изумленно спросил он.
— Угу-бу-бу, — промычала девушка, пытаясь выплюнуть кляп.
Он склонился над ней и аккуратно разрезал стягивающие ее руки веревки. Артемисия схватила онемевшими пальцами повязку, закрывающую рот.
— Нужно уходить! — крикнул незнакомец.
Артемисия невольно поморщилась услыхав грубый дорический говор. Похоже, это спартанец… Так же, как и убитый предатель? Это сговор? Чего ей ждать?
Как там говорится на запретном языке? Из огня да в полымя… А она опять забыла спросить у стратега, что такое полымя. Видимо, ничего хорошего.
— Если спасёшь меня, получишь десять талантов золота! — сказала она твердо.
Спартанец, чье лицо она никак не могла разглядеть в ночной темноте, лишь тряхнул головой:
— Пошли!
Он протянул ей руку, и Артемисия поднялась. Ноги пронзили тысячи игл. Она ойкнула.
— В чем дело?
— Ноги затекли.
— Разотри!