Страница 83 из 104
— Мы понимаем, как тебе тяжело, но ты держись. Твои папа и мама в раю. Ты должен быть сильным ради них.
Но Денису было всё равно, где его мама и отец. Он хотел видеть их здесь и сейчас. Он не чувствовал себя сильным.
Экене положил цветы на надгробья Бертины и Эмиля и сказал.
— Дени, отца, маму и Ричарда не вернуть. Но твои друзья рядом с тобой: Пьер, Софи, Анна… Я тоже помогу тебе в любое время. Ты — не один.
— Спасибо, — от сердца ответил Денис.
Траурная процессия на трёх могилах подходила к концу. Люди расходились по домам, чтобы там проводить близких в последний путь. У Софи на руках оставался один букет.
— Пьер, идите без меня. Я задержусь.
Пьер не стал ничего говорить и оставил её одну. Без него Софи возложила цветы к надгробию друга. На похороны Жерара пришло много сослуживцев. Но на них не было самых главных людей — мамы, жены, сына. Командиры армии просто решили не оттягивать похороны, дожидаясь приезда родных, и закопали Жерара без самых близких для него людей.
— Жерар, я не забуду про твоих родных, — простилась Софи.
***
Пьер, Экене, Анна и Софи провели эту ночь у Дениса. В мастерской было необычайно тихо.
— Какие планы на будущее у вас? — тускло спросил Денис у друзей.
Пьер первым подал голос. Уверено и серьёзно он заговорил:
— У меня много планов. Сперва я хочу всё начать сначала с мамой и отцом. Глупо злиться на них всю жизнь, а в том, что жизненные позиции отличаются у нас, так не беда, с тобой тоже хорошо ругались из-за революции.
— А у тебя? — обратился Денис к Экене.
— Первым дело хочу вернуться домой и разобраться с той тварью, который заставила уехать из дома и бросить всё, — гневно сказал Экене. — Я знаю, кто это сделал.
— Экене, — засмеялся Пьер, — ты ж мне говорил, что мечтаешь об одном — увидеть Токи. А месть человеку, который помог встретиться тебе с братом, это всё потом.
— Да, хочу. Эй! — Экене хлопнул его по голове. — Это подмена понятий!
— Дени, о нас не переживай, — переключился Пьер на друга и нерешительно спросил. — Как ты сам?
Денис долго молчать. Он не мог смириться с потерей отца и мамы за какие-то три дня. Но жить дальше надо.
— Наша лавка не приносит прибыли, надо это признать. Надоело брать одни долги, чтобы выплачивать другие. Я хочу расширить мастерскую. Надо только найти деньги для этого, — Денис вздохнул. — Мама и папа были правы, пора остепениться
— Мы с Пьером поможем тебе с деньгами, — сказала Анна.
— Не надо — на месте возразил Денис.
Анна улыбнулась.
— Дени, на сей раз наша помощь не будет смотреться как милостыня. Мы заключим с тобой договор о первоначальных взносах, гарантиях и всё такое в этом роде. Если хочешь, то давай тебя заставим проценты выплачивать десять лет?
— А не пошла бы ты? — крепкий кулак оказался у носа Анны.
Но идея Денису понравилась, за исключением долговечных процентов. Он заметно взбодрился и даже слегка засмеялся, когда появилась блестящая возможность поспорить с Анной. После долгих и бурных обсуждений друзья пришли к единому компромиссу. Помогали им с принятием решения Софи и Экене. Но помощь в основном была от Софи, Экене спрашивал непонятные слова и узнавал много новых понятий и вещей.
— Пьер, — сказал Денис. Его голос не звучал безжизненным. — Спасибо тебе, друг, за всё. Я вижу, что твоя помощь нужна не только мне, но и Экене, поэтому можешь не опекать меня. Я справлюсь.
— Ну уж нет, самое меньшее, но месяц я побуду с тобой, — заупрямился Пьер. — Надо же тебе помочь в начинаниях и дать Экене на земле постоять перед новым плаваньем.
Пьер замолчал и вспомнил кое-что важное.
— И Жанну надо тоже поддержать. В деньгах она не нуждается, но что у неё на душе твориться…
— Поддержим! Я о Жанне и Жаке ни на день не забуду. Только, Пьер, возвращался скорее. Без твоих чудачеств, упрямый осёл, скучно.
— Вернусь, только когда улажу все дела у Экене.
— Мальчики, — вдруг Софи тихо проговорила. — А можно я с вами?
— Конечно! — отозвался Экене.
Пьер повернулся к Софи. Его взгляд был холодным и чужим. Таким он был весь день. Пьер взял её за руку и, никому ничего не говоря, вывел из дома. На улице было прохладно, Пьер стоял от Софи на расстоянии.
— Ты обнаглела совсем? — прокричал он.
Софи выпучила глаза. Что нашло на Пьера? Они много ругались, но никогда её любимый не был чужим.
— Ты про что? Ты сам мне пообещал, что когда поедешь в Тинуваку, то возьмёшь меня с собой!
Пьер топнул ногой. Озадаченность Софи его вывели из себя.
— Не прикидывайся дурой! Я тебя вижу насквозь. Променяла меня на Жерара, а когда он умер, то прибежала ко мне, как к запасному варианту?! Да чтоб я взял тебя в плаванье, познакомил со своими сёстрами! Я на похороны с тобой пошёл лишь по двум причинам: не выяснять отношения на могилах погибших и на глазах у Дениса и у родных Ричарда, которым и без нас плохо.
Софи подбежала к Пьеру, взяла его за руку, но он быстро отпихнул от себя любимую.
— Что ты такое говоришь? Ты мне не запасной вариант, не замена! Я люблю тебя!
— Вижу, как ты меня любишь, — хмуро ответил Пьер. — Ты выбрала Жерара, а не меня. А когда Жерара не стало, то решила вернуться ко мне.
Слова Пьера не укладывалось у Софи в голове. “Это просто бред, когда он прекратит ревновать?” — готова была закричать на всю улицу Софи. Но вслух она произнесла.
— Я отправилась за Жераром по другой причине — я была против революции, восстания. Я так поступила, потому что меня, противницу революции, ты бы не стал слушать. Я думала, что смогу повлиять на Жерара, а тебя переубедит Анна, которая стояла на твоей стороне. Я люблю тебя. Ты спроси у отца, как я искала тебя по всему городу, как все закоулки, баррикады и больницы оббегала…
— Довольно! — закричал Пьер. — Не собираюсь слушать твой лепет. Ты сделала свой выбор, вот и оставайся с ним. Я не собираюсь быть запасным любовником для тебя. А сейчас прошу как человека, а не какую-то дрянь, уйди. Не хочу ругаться с тобой при Денисе.
Пьер хлопнул дверью дома Лаванье. Софи вздрогнула от его громкого стука. Ей ничего не оставалось, как пойти домой. На душе было пусто, Софи казалось, что её всю вывернули наизнанку. Она привыкла за год к неожиданным решениями любимого, его упрямству, ревности, но сейчас Пьер не был похож на ревнивого мальчишку. Ещё три дня назад он не выглядел таким взрослым, серьёзным. Кажется, Пьер действительно сделал выбор…
***
Пьер не менял своего слова. Он ушёл из дома Урбена Игаридье, в котором он жил вместе с Софи, и попросил временного приюта у Дениса. Из-за ухода Пьера, Экене и Шарлю пришлось тоже перебраться к Денису, ведь другого жилья в Париже у них не было. Луи и Луиза с радостью предложили людям приют в их большом доме, но Пьер отказался за себя и за своего брата с отцом. Поселиться у них бездомным скитальцем значит показать, что он блудный сын, который всю жизнь жил неправильно. В доме Дениса Пьеру было намного спокойнее и приятнее, несмотря на то, что грохоты и возгласы в мужской компании редко затихали.
Окружённым помощью Пьера, его брата и отца, Анны и её мамы, неравнодушию Софи Денису становилось лучше. Он мог смеяться, как и раньше в меру пить, заключать любимые пари. Денис ухитрился проиграть Экене любимые часы на цепочке, за которыми три года назад специально ездил с Ричардом в Бордо, но потом отыгрался и развёл Экене на сто франков. К сожалению, денег спорщик не увидел как собственных ушей — Экене просто не имел у себя такой суммы, а Пьер и Шарль отказались содержать за свой счёт ещё и его пари. Взамен не вернувшимся деньгам пришлось Экене отказаться от часов.
Но иногда на Дениса ни с того ни с сего наваливалась тоска, у него всё валилось с рук, ночью он мог проснуться от кошмара. Вина за то, что он остался жить, а его мама и отец нет, давила на него. Каждый день Денис давал себе слово, что не даст пропасть их жертве. Он поднимет на ноги семейную мастерскую и встанет сам. Потихоньку деловые договора между ним и Пьером с Анной составлялись. Денис чувствовал, что у него всё получиться. Он не терял силу духа и помогал Жанне и Жаку. Когда Денис не занимался мастерской, то всё оставшееся время проводил с молодой мамой и её малышом.