Страница 37 из 65
— Кстати, а почему из меня перестала течь мана, когда я вошел в круг?
— Потому что здесь специально сделали течение маны через внешний контур, — улыбнулся "кузен", — обычно никто не заморачивается с подобным, вам оказана честь.
— И зачем я вам? — Мало что понявший из объяснений офицер сощурился. "Если твой предок был такой же клоун, то извини, "кузен", я за присягу и Орловых", — подумал он.
— Вы должны… Нет. Мы хотим просить вас принять участие в новом ритуале. Сделать небывалое. Закончить работу моего предка. Вы сможете создать магическое ядро для нового человека.
— Я? Сделать из орков магов? Да легко! Но каким образом? И зачем?
— Вы, кузен, способны повторить то же самое, что и мой предок. Только он, из-за неверного понимания, не знал что именно делать, но вам мы подскажем.
— Так что же именно? Да и вы говорили, что сами без понятия как и чего там натворил ваш гений?
— Вы удержите, притормозите обратный ток маны, когда мы отпустим собранную массу. А говорил я, что неизвестно как именно он создал новых людей, это верно. Непонятно каким образом трансформировались тела! Однако же, как он добился роста и укрепления энергопотоков секретом не является. Да в любой семье магов так тренируют детей. Дается нагрузка с прокачкой маны, объем которой чуть выше текущей нормы, но немного, они и растут, вынуждаемые пропускать больше маны. Вам ли не знать? Обычная тренировка.
— Угу. Только чуть-чуть и, главное, не переборщить. Что будет в случае чрезмерности мне тоже прекрасно ведомо. Вы же предлагаете самоубийство, я вас правильно понимаю?
— Нет, нет. Вы останетесь живы, в этом нет сомнений! Но жизнь станет другой, это правда. Мой предок удерживал обратный поток маны столь долго, что потерял, разрушил собственное ядро. Но добился своего, энергоканалы первых Новых Людей развились достаточно, чтобы вы видели тех кого видите. Дал полноценную жизнь новому виду. Стал если и не на одной ступени с Создателем, заявлять такое было бы слишком, но смог приблизиться вплотную, что для обычного человека предел возможного. Он достиг его. Я хочу предложить вам занять не меньшее место в истории. Стать не обыкновенным продолжателем его дела, эта немудреная участь досталась нам, его потомкам, а продолжателем дела.
— Помочь вам создать орков-магов, и, заодно самому лишиться ядра, я вас правильно понимаю?
— Да нет же! Вы не только не погибните, вы сохраните ядро. Мой предок действал вслепую, вы же… Мы все рассчитали. Почему и первый настоящий ритуал будет небольшой. За эти столетия ритуалы сбора маны изучены и исчислены. В данном случае мы удержим ману до первых лучей Солнца, что уже совсем скоро. А дальше — она рванет назад. И ваша задача тормозить эту мощь, которая пойдет через первых избранных, — "кузен" указал на висящих на крестах орков, — стать первым барьером, а они пустят ее по кругу, сбрасывая излишек, но нужную часть замкнут, наматывая подобно веретену. В итоге у них должны образоваться магические ядра, пусть слабенькие, пускай даже подобие, но свои. Это если кратко, не вижу необходимости загружать вас подробностями, их слишком много.
— Вы предлагаете мне удержать водопад руками?
— Не удержать, рассечь, притормозить столько, сколько сможете. Не более того.
— Вы предлагаете мне участие в эксперименте по созданию орков-магов?
— Да. И что в этом плохого?
— Вы с ума сошли.
— Вы можете отказаться, это ваше право, кузен.
— Разумеется, я откажусь. Создать врага кратно сильнейшего чем был? Кому угодно предлагайте это, но не мне. Вам нужно добровольное согласие, ведь потому вы так стараетесь? Вы не получите его. Это невозможно. Можете убивать.
— Убить вас? — Орк грустно и тепло улыбнулся. — Ни в коем случае.
— Тогда что?
— Максим Юрьевич, то что вы здесь — результат спецоперации. Мы ведь не сборище диких племен, а государство. Не усмехайтесь, ваша Русь признает это во всех договорах. И возможности наши не столь малы, чтобы не суметь организовать нужную встречу в нужном месте. Мы и организовали. Неужели вы думаете, что все это ради того, чтобы вас ликвидировать в случае отказа от сотрудничества? Ритуал будет завершен в любом случае, вопрос лишь как именно.
Вы согласитесь — хорошо. Вы отказываетесь, а это было изначально куда более вероятно, не принимайте нас за сумасшедших глупцов, и тогда мы завершаем так, как привыкли. К вам не будет претензий. С нашей стороны.
— И я смогу уйти?
— Разумеется. После обратного выплеска маны. Пока же для вас опасно выходить из круга. Кстати, как вы думаете объяснить небывалое своему начальству? Что ваши люди, ваш полк погиб, а вы целы и невредимы?
— О, наконец-то! Старый добрый шантаж! — Максим тоже заулыбался. — Очень просто, я расскажу все как есть и Магия подтвердит, что я не лгу.
— Да, разумеется. Вы расскажете, что проклятые орки устроили ритуал, угробили имперский полк, и все ради того, чтобы рассказать вам о вашем происхождении, ведь, по их словам, вы родовиты как император. Более того, они и ритуал провели не совсем обычно, так что даже ядро ваше не пострадало, очень заботливо. Вы это сделаете, кузен?
— Да, при подобной подаче звучит своеобразно, — офицер снисходительно оглядел орков, — но мне будет достаточно сказать другое. И поклясться магией.
— Что же именно, позвольте полюбопытствовать?
— Нет уж, сперва вы договаривайте. В целом, я и так понимаю. Вы отпускаете меня, я прихожу к своим, так и так, вот перед вами феномен — выжил после ритуала, в котором все погибли. Дивитесь. Все и дивятся, да только не верят. Клятва магией — дело хорошее, но что-то здесь ведь не то, не бывает такого! И шепотки, шепотки, косые взгляды. А потом и несправедливость не за горами! Награды не будет, неудобно, раз все погибли, но это еще ладно. Затем здесь обошли, здесь подвинули, тут "забыли", и вот он, Максим Соболев, уже зубами поскрипывает, да вас припоминает. Может и правы вы, а? Он ведь гордый дурачок, как и все военные, с самолюбием. Зачем давить, когда сам дозреет? Мы ведь ему об уникальности лапши навешали, избранный, особый, сама Мать Магия его ведет. Вот и приведет его к нам, а те, на той стороне, нам в этом помогут. Так? — И офицер еще раз презрительно сплюнул под ноги "кузена".
На лице у того промелькнула тень, но едва заметно. Он по-прежнему держал выражение того, кому открылась некая тайна, которая делает своего обладателя выше вот этого всего окружающего.
— Нельзя заставить человека считать иначе, чем он желает, — мягко согласился он, — потому и пытаться не буду. Считайте. Вы правы во многом, да, но не сложно видеть то, что от вас и не пытаются скрыть. Да, я надеюсь, что после вы вспомните здесь сказанное, прокрутите все в голове и задумаетесь.
— К чему тогда вся эта клоунада со "скорее, нет времени"?
— Все относящееся ко времени — относительно. Вы были натянуты как тетива, поддерживать вас в этом состоянии требовалось для того, чтобы вы все-таки выслушали, а не стремились натворить глупостей. Вас разоружили, откачав ману, но человек способен на всякое, когда уверен в неизбежности скорой смерти. Затем, было важно показать вам ритуал изнутри, какое бы отвращение это у вас не вызвало. Впрочем, ряд ваших магических практик ничем не лучше. И, в отличие от людей именующих себя магами, мы всегда приносим в жертву и своих. Эти шестеро на крестах скоро погибнут, только лишь мана будет отпущена. Ничего не поделать.
Но вы, Максим, подумайте о другом, об общем. — Внезапно вышла вперед блондинка. Сейчас она казалась еще прекраснее. — Неужели справедливо, что маной могут пользоваться лишь немногие? Ее много, она необъятна, но дается лишь горсти людей. И как они используют ее? Во благо людей? Или для удовлетворения собственных прихотей, почти всегда низменных? Да, людей лечат, помогают, следят, чтобы не было голода, но это бездушная забота пастухов за стадом овец. И все зависит только от настроения и желания магов. Это правильно? Да, если мир так устроен. Но правильно ли это, если возможно все изменить? — Она говорила пылко и горячо, почти вплотную приблизившись к лицу Максима. Опомнившись, смутилась отступив, и виновато посмотрев на главного орка.