Страница 9 из 16
Я только хотел уточнить у рыцаря, от кого вынуждены защищать дружинники сёла, как получил ответ, откуда не ждал. Хмыл, ехавший сбоку, прошептал, глянув куда-то к горизонту:
– Акриды, сэры рыцари!
Пока Корн, спрыгнув с коня, яростно матерился и натягивал на себя доспехи, я пристально вглядывался в горизонт, пытаясь рассмотреть здешнюю расу «козлоногих». Именно так называли акридов Дрон с Хмылом. Впрочем, вдали увидел лишь небольшое пятнышко. Потому спрыгнул и стал напяливать куртку, а сверху уже надел кольчугу. Решил, что если уж придётся сражаться, подробнее и рассмотрю этих тварей, которых ненавидели все разумные континента. Тем паче, подробное описание Дрон с Хмылом мне не раз пересказывали. Акриды или «козлоногие» по словам моих подручных росту были чуть ниже среднего. Мордой волосаты, хоть и похожи на людей. Руки тоже были неотличимы от человеческих. А вот ноги напоминали козьи, с коленями назад и натуральными копытцами. Но самое главное отличие акридов было в том, что они практически ни с кем не общались, и всегда только нападали. Выползали из своих нор за Швудским лесом и бродили по королевствам небольшими группами, грабя кого только можно. Потому, увидев их, надо были либо бежать, либо принимать бой. Но так как убежать от них даже верхом достаточно сложно, да ещё и в голой степи, в которой оказались мы, выход оставался один – сражаться!
Я, наконец, надел кольчугу и с восхищением посмотрел на Корна де Симплета, который практически за это же время с помощью Дрона успел полностью облачиться в свой тяжеленный доспех. Рыцарь водрузил на голову шлем, закрывающий лицо, и взял в руки тяжеленный меч. В таком панцире щит Корну не нужен был абсолютно. Тем более, по словам моих подручных оружие у акридов было слабенькое. По большей части клинки из мягкого сплава, да лёгкие копья.
Акриды приблизились, и я увидел, что их около десятка. Бежали они с каким-то странным уханьем, смешно подпрыгивая при беге и размахивая копьями. Чувствуя, как сердце бьётся в горле, будто желая выпрыгнуть, я перехватил щит и приготовился…
Глава 10
Хмыл и Дрон были вовсе без доспехов. И щиты тащить не захотели. Я прикинул, что даже от броска копий могут пострадать, а терять помощников мне не хотелось. Потому взялся удобнее за рукоятку клинка и скомандовал:
– Дрон! Хмыл! Встаньте за мной и Корном! В случае чего прикрывайте наши спины!
Подручные не заставили себя упрашивать, и спрятались за нами. Де Симплет глянул на меня сквозь прорези шлема и прогудел в забрало:
– Вы воистину благородны, де Нис, раз заботитесь о своих людях!
Я собирался ответить матом, но в этот момент козлоногие подбежали к нам шагов на пятьдесят и дружно метнули копья. Ручонки у акридов были сильными, но вот глазомер так себе. Из десяти долетевших копий только три попали в цель. Одно воткнулось в подставленный мною щит. Два копья скрежетнули по доспехам рыцаря, отчего сэр Корн даже не шелохнулся. А потом акриды напали. Бежали они вразнобой, и нападали также. Трое козлоногих вырвались вперёд и мчали, всё так же ухая и размахивая клинками из красноватого сплава. За ними подпрыгивали ещё четверо. Потом двое. И вдалеке от остальной группы ковылял последний враг. Я отвёл назад правую ногу, крепче упираясь в землю, и поднял клинок, готовясь к замаху. Де Симплет просто положил огромный двуручник на плечо и развернулся полубоком.
Первый козлоногий кинулся на меня, ударил сверху вниз клинком. Я принял оружие на щит и рубанул резко, с разворота. Мой меч попал в шею, и легко перерубил её. Я увидел, как голова акрида крутится, подлетает вверх, и падает, разбрызгивая кровь. А тело заваливается набок и начинает сучить копытцами. В это время де Симплет с диким криком махнул своим двуручником и перерубил второму акриду руку, и наполовину зашёл в туловище, застряв там. Козлоногий забулькал и упал, потянув за собой меч рыцаря. Тот пытался устоять, но, увлекаемый тяжестью меча, застрявшего в туловище козлоногого, упал на колено, и второй акрид ударил рыцаря сверху вниз. Метил в голову, но клинок соскользнул со шлема и звякнул в плечевую пластину доспеха. Я прыгнул к Корну и успел как раз вовремя. Рыцарь только-только сумел достать свой двуручник из трупа врага, а акрид уже размахивался для нового удара. Я сделал выпад, метя в горло, но то ли козлоногий сместился, то ли я промахнулся, и клинок вошёл в рот твари, пробив черепушку. Теперь забулькал и этот, а я, видя, как меч может потянуть за поверженным телом, резко выдернул клинок назад и развернулся к приближающимся.
И сделал это вовремя. Четверо козлоногих налетели бурей. Один прыгнул на меня, пытаясь сбить. Я устоял, и увидел вблизи оранжевые, горящие ненавистью глаза с вертикальными зрачками и уши с острыми мочками. Полноценно ударить или уколоть мечом с такого расстояния было невозможно. Я на инстинктах врезал козлоногому в морду кулаком, сжимающим меч. Акрид хрюкнул и отвалился, а я рубанул второго подоспевшего. Тот успел парировать мой удар, но я подшагнул левой ногой, ударил щитом, заставив акрида отшатнуться, и тут же вновь рубанул сбоку клинком. На этот раз козлоногий среагировать не успел, меч мой рассёк уроду бок. Я мельком глянул на Корна, и увидел, что тот зарубил ещё двоих козлоногих и, расставив широко ноги и положив на плечо двуручник, готов принять последних врагов. В это время Дрон подскочил со своим копьём к оглушённому мною акриду, и ловко заколол пытающегося встать врага.
Я вновь развернулся к приближающимся тварям. Их осталось всего трое. И двое погибли от рук рыцаря. Де Симплет заорал дико и махнул своим двуручником так удачно, что меч снёс голову одному акриду и кончиком клинка пропорол шею другому. Третьего козлоногого перехватил я, и по первоначальной схеме принял на щит вражеский удар меча и молниеносно рубанул в ответ. В этот раз, правда, попал не в шею, а в голову. Но и этого хватило. Клинок с хрустом проломил черепушку твари, и акрид упал молча, лицом вперёд, заливая кровью мои любимые берцы.
Я дико осмотрелся. На земле валялись трупы акридов. Корн вновь водрузил на плечо свой двуручник и оглядывался, поворачивая бронированную тушу во все стороны. А Хмыл с Дроном быстро добивали копьями лежащих врагов, хотя особой надобности в этом уже и не было. Я стащил с руки щит и бросил его на землю, а сам стал осматриваться, пытаясь понять, чем вытереть клинок, который был весь в крови. Дрон, будто понял, сорвал с одного из убитых юбку и протянул мне грубую ткань. Я поблагодарил кивком, сел прямо на землю и начал тщательно протирать меч. Всё делал неторопливо, автоматически. Пытаясь успокоить адреналин, бушующий в крови. Так же неторопливо засунул клинок в ножны и достал трубку. Набил табаком и закурил.
В это время де Симплет стащил с головы шлем и начал возиться с застёжками доспеха. Хмыл подскочил к нему и стал суетливо помогать. Пока я покурил, Симплет полностью разоблачился и с огорчением рассматривал заляпанное кровью железо. Я перевёл взгляд на себя и увидел, что тоже весь в крови.
– Помыться надо, – проговорил я, и Дрон тут же ответил:
– В паре миль дальше по дороге пруд! Я хорошо знаю эти места!
Я вскочил на ноги:
– Так едем!
В это время Хмыл срезал с поясов убитых несколько кошельков и покидал, не глядя, в перемётную суму.
Пруд, про который говорил Дрон, оказался небольшим, но очень уютным, окружённым симпатичной рощицей. Эдакий почти идеально ровный водный овал, вокруг которого во все стороны шагов на пятьдесят росли деревья. Когда мы подъехали к водоёму, я быстро стащил кольчугу и полез в воду прямо в одежде, пытаясь смыть с себя ужас только что пережитого боя. Уже в воде стаскивал одежду и застирывал, всё ещё не в силах успокоиться. Дрон взял кольчугу и начал ещё чистить прямо на берегу, макая в воде тряпку и замывая кровь. Хмыл в это время помогал Симплету. Уже через полчаса мы с Корном разлеглись на берегу, а Дрон с Хмылом развели костерок и готовили в казане похлёбку.
– Сэр Опер, – голос Корна де Симплета был торжественен и официален: – Я благодарен вам за то, что помогли в сражении!