Страница 13 из 16
– Опер, а откуда ты? Я забыл.
– А я и не говорил, – улыбнулся я Корну. – Сказал только, что лошади у нас не основной вид передвижения, потому я на них и не ездил.
– Это да, это я помню, – расстроено покивал рыцарь, и обратился ко мне с затаённой надеждой: – И не скажешь?
– Пока не скажу, – улыбнулся я, – Всему своё время.
– А титул у тебя какой, если не секрет? – рыцарь поёрзал в седле, – То, как ты суд провёл… Говорит, что у тебя огромный опыт в этих делах. И вообще, держишься, не как рядовой феодал. Уж я сын барона, мне ли не знать?
– И какой бы титул ты предположил? – заинтересовался я.
– Минимум виконт! – твёрдо сказал де Симплет.
– Виконт де Нис? – хохотнул я, – Ну, звучит неплохо.
– Так вы виконт? – оживился рыцарь.
– Да я разве говорил такое? – удивился я, – Я даже по поводу благородного происхождения не говорил ничего!
– А что говорить? – пожал плечами рырыцарь. – Такое невооружённым взглядом видно! Впрочем, если вы мне не доверяете…
Де Симплет пытался обиженно надуться, но я хлопнул его по плечу:
– Дружище, я тебе доверяю, как себе! Клянусь! Но пока не могу ничего сказать, поверь!
– Роковая тайна! – прошептал юный рыцарь, и его глаза заблестели: – Понял! Молчу! Но, как только станет можно, могу ли я рассчитывать, что ты расскажешь?
– Обещаю! – я прижал правую руку к сердцу, и Корн засиял.
Через два дня мы приехали к первому городу, который я увидел в этом мире. Назывался он Рыйск. И имел гордый статус уездного центра. Правда, по моим понятиям его даже городом трудно было назвать. Хотя населённый пункт был обнесён уже не частоколом, а приличной, пусть и деревянной стеной, на воротах стояли сразу трое охранников, население в «городе» хорошо, если к трём тысячам приближалось! Домики одноэтажные, реже – двухэтажные из дерева. Улицы – обычная грунтовка. От дома к дому – максимум пять-шесть шагов. Еле-еле две телеги разъедутся. И то, если встретятся, пешеходу уже и деться некуда.
На этот раз ворота мы миновали без приключений. Стражники увидели двух дворян, щёлкнули каблуками и попытались встать по стойке смирно. Мы с Корном милостиво кивнули служивым и въехали в Рыйск.
А вот на Хмыла, да и на Дрона городишко произвёл большое впечатление. Они вертели головами, и обычным домам удивлялись так, будто Царствие небесное увидели. Какой-то прохожий показал, где в городишке находится постоялый двор, и мы сразу же отправились туда, решив пару дней передохнуть, и только после отправляться в путь. Постоялый двор с трактиром назывался «Алфим». В честь хозяина – краснощёкого полного мужичка с приплюснутым носом и пухлыми, вечно мокрыми губами. Увидев знать, он самолично выскочил из здания, принял коней и отправил служку ставить их в стойло. А сам забегал вперёд и спрашивал:
– Сколько комнат господам надобно?
– Три, – обронил я, – И на стол прикажи подать. Нас четверо. Мы с сэром де Симплетом и двое слуг.
– Им накрыть с вами? – удивлённо спросил хозяин постоялого двора.
– А как же иначе? – удивился я: – Это НАШИ люди!
– Понял, – согнулся в поклоне хозяин, а Дрон смущённо закашлялся.
Корн спросил осторожно:
– Опер, ты уверен? Нарушение этикета!
Я посмотрел на рыцаря и спросил:
– Корн, а когда мы в поле с одной скатерти едим – это нарушение этикета?
– Ну, – смешался рыцарь, – Там полевые условия.
– И здесь полевые условия, – я махнул рукой и добавил жёстче: – Мы в бой плечо к плечу идём. Это нарушение этикета?
– Это нет, – согласно кивнул Корн, и добавил решительно: – Действительно, какого чёрта? Хмыл и Дрон с нами сражались вместе! Одну краюху хлеба делили! С моим папенькой за столом тоже не всегда люди благородного сословия сидят! Взять того же управляющего!
И пошёл гордо к столу, куда уже приглашал нас Алфим.
Только мы начали обедать, как к нам развязно подошли двое дворян, явно уже навеселе. Презрительно посмотрели на Дрона с Хмылом, переглянулись. Один из подошедших, высокий, весь какой-то острый, с узким подбородком и короткими усиками заговорил высоким, резким голосом:
– Господа, по вашему виду можно сделать вывод, что вы дворяне, но тогда у нас вопрос – что делают с вами за столом эти двое? – и кивнул небрежно в сторону Хмыла с Дроном.
Де Симплет только собрался было ответить, да я опередил:
– Господа, по вашему виду можно было бы сделать вывод, что вы зрячие, но если нет, то, конечно же, сообщу – они обедают!
У острого дёрнулся ус. А второй – пониже, с плоским лицом и маленькими глазками, прошипел вдруг:
– Алан, я же говорил, что не все дворяне благородные. Особенно те, кто за свой стол слуг сажают!
Де Симплет побледнел и попытался вскочить, но я требовательно положил руку ему на плечо и улыбнулся плоскомордому:
– Благородство, увы, человеку даётся не по праву рождения, а по чистоте души. Люди благородные слишком тактичны, чтобы делать глупые замечания. Настолько тактичны, что готовы не заметить хамство неблагородных, но родовитых. Ведь вины хамов нет, что вместе с титулом им не удалось унаследовать тактичность.
– Что? – тупо переспросил плоскомордый.
– К уму это тоже относится, – радостно улыбнулся я в побледневшее лицо хама: – Его отсутствие тоже не компенсировать кружевами и происхождением.
– Вы хотите сказать, – забулькал тот, что повыше, – Что у моего друга нет ума и такта?
– Ни в коем случае! – я даже руками взмахнул, чтобы показать абсурдность последнего обвинения: – Я говорил не только про вашего друга, но и про вас!
Корн де Симплет не удержался и заржал. Острый с усиками гневно глянул на него, но тут же перевёл взгляд на меня:
– Если бы я был уверен в том, что вы дворянин…
– Уж тут можете быть уверены, – надменно влез в разговор мой рыцарь, – Это говорю вам я, Корн де Симплет, сын барона Гуго де Симплета!
– Тогда, Корн де Симплет, быть может, передадите вашему другу со слишком длинным языком, что я, сэр Арни де Лико, его ему укорочу?
– Я уверен, что сэр Опер де Нис и сам прекрасно всё слышал, – пожал плечами рыцарь. – Он не страдает ни плохим слухом, ни плохим зрением! И отсутствием ума тоже не страдает!
Сказав это, Корн вновь весело захохотал, отчего оба дворянина вздрогнули. А я тут же подключился к разговору:
– Где и когда сэру де Лико будет угодно попытаться исполнить свою угрозу?
– Здесь и сейчас! Оружие любое! – пропыхтел усатый. А его друг тут же добавил: – И я, сэр Этьен де Гросс, тоже накажу нахала!
– Вы хотите биться со мной вдвоём? – удивился я, – Нет, я понимаю, что страх испытывают не только простолюдины, но не настолько же!
Корн вновь весело заржал, да так, что хозяин выскочил из кухни. Впрочем, увидев, что возле нашего столика более жарко, чем у плиты, тут же юркнул обратно.
Глава 15
Поединок мы решили устроить прямо во дворе. Де Лико решил биться со мной. Его друг де Гросс – с Корном. Договорились устроить дуэль на клинках. Без доспехов. Страха во мне почти не было – только дрожь от возбуждения. Всё тот же закон новичка – как себя поставишь, так к тебе и будут после относиться. Потому, спускать хамам нельзя было ни в коем случае. Они явно подошли, чтобы нарваться на скандал. Это я понял сразу. Так что либо дуэль, либо унижение. А унижаться оперативному работнику уголовного розыска, капитану полиции не пристало! Хоть у себя дома, хоть в любом из миров. Потому я решил ускорить конфликт и привести его к логическому завершению, но уже под свою диктовку. Чтобы вызов бросили подошедшие дворянчики.
Де Симплет мне много рассказал про дуэльный кодекс. И я знал, что если вызов бросаешь ты, то противник выбирает оружие и диктует условия. И выбери он поединок в полном доспехе, на лошади и с копьём, что бы я делал? Я на лошади только-только сидеть научился, не говоря о том, чтобы скакать навстречу бронетранспортёру с тяжеленым копьём, да ещё и тыкать своим копьём в это страшилище. А вот благодаря навыкам рукопашного боя, отличной реакции и опыту с клинком, с которым я ежедневно тренировался, в бою с мечами и без доспехов шансы у меня были вполне приличные. В этом мире не было ещё учителей по фехтованию. И мастеров боя, так любимых фантастами, тоже не наблюдалось. Кто быстрее и ловчее – того и тапки. Обычные. А белые – менее удачливому.