Страница 103 из 381
— Здравствуйте, нам нужно три школьных чемодана с расширенным пространством, — проговорил он в пустоту. Как оказалось не в пустоту, так как за ближайшим стеллажом что-то завозилось и оттуда вышел пожилой толстячок, с закрученными усами. Он быстро подобрал нам нужное. За что и получил тридцать галеонов, по десять за каждый чемодан.
Я бы, пожалуй, приобрел вон тот симпатичный кейс, небольшой и удобный, но стоит он значительно дороже, а светить деньгами при Дамблдоре не стоит, а то на радостях обрежет финансирование «бедным сиротам». Так что нужно будет зайти сюда повторно, уже без лишних людей.
— Мистер Вейбер, мистер Реддл, мисс Макфи, — проговорил Дамблдор, пока мы шли к следующему магазину, — должен вас предупредить, что колдовство с помощью палочек строго ограничивается. Пока вы не находитесь в школе, вы должны соблюдать правила магического мира, за которым следит Министерство Магии, — он коротко глянул на нас, — да-да, есть такое Министерство, оно контролирует всю магическую жизнь в Англии. Это наше правительство. Другие люди — не маги или как их чаще называют «простецы», либо «маглы» — не должны знать о существовании волшебства. У нас есть особый закон — «Статут секретности», который регулирует применение магии. Если вы его нарушите, то будете отчислены из Хогвартса, вашу магию заблокируют, а палочку сломают.
Это произвело впечатление, особенно после того, как каждый из нас смог ощутить родство со своей палочкой. Лишаться её не хотелось, тем более ломать.
— Неужели магию можно просто заблокировать, профессор Дамблдор? — Решаю прояснить для себя эту тему. Если бы всё было так просто, то и преступности бы не было, верно?
— Только до совершеннолетия, мистер Вейбер, — проясняет он, — магическое совершеннолетие наступает в семнадцать лет, а не как в мире простецов — восемнадцать, и тому есть причина. Магия в ваших телах приходит в стабильное состояние именно к этому периоду, поэтому после повлиять на неё становится гораздо сложнее. Так что, без прямого желания и помощи самого взрослого волшебника, его уже не получится лишить магии. Я ответил на ваш вопрос, мистер Вейбер? — загадочно сверкнул он очками. Тоже так хочу!
— Да, сэр, вот только понятнее не стало. Получается, что магию применять мы не можем, только если она попадает на глаза маглов? А просто так можно?
— Пока вы не достигли магического совершеннолетия, то не считаетесь теми, кто может продумывать свои действия, с чем я, кстати, категорически не согласен, — кивнул он, — однако — это законы Министерства Магии. Поэтому, до семнадцати лет вам запрещено применять магию в мире маглов, в любом виде и любой форме. До этого срока на ваше место проживания и рядом находящиеся территории будут наложены чары надзора. Они позволят чиновникам Министерства отслеживать применение заклинаний и строго наказывать нарушивших закон.
— А как же наши выбросы? — уточняю я, — они зачастую происходят спонтанно!
— Вы очень верно сказали, мистер Вейбер, они именно так и называются — «детские выбросы». Дело в том, что чем старше становится маг, тем лучше контролирует свою магию, поэтому выбросы происходят лишь у детей, возраста до двенадцати-четырнадцати лет, редко когда позже. Выбросы имеют собственную структуру, которая слишком хаотична и похожа на естественный магический фон. Они никак не отслеживаются и из-за них вас не будут наказывать. Хоть и вреда для маглов от них может быть не меньше, чем от самого применения магии. Так что рекомендую быть с ними особо осторожными. Впрочем, — он чуть задумывается, — за время обучения вы так наколдуетесь, что летние каникулы без магии покажутся вам настоящим отдыхом, — хмыкает он.
— А зачем это нужно? — вклинивается Реддл, — я имею в виду, для чего нужно прятать магию перед маглами, сэр?
— Хороший вопрос, мистер Реддл, — мужчина довольно улыбнулся, — дело в том, что маги и маглы не могут жить мирно. Ещё в средние века, если вы прилежно изучали историю в школе, — он посмотрел на нас, на что получил два уверенных и один неуверенный кивка, — то должны знать про церковь и инквизицию. Одно время маги и маглы воевали между собой, пока наконец, в 1689 году не был принят Статут Секретности. Слишком много погибло людей в этой бессмысленной войне. Подробности вам расскажут на Истории Магии, в Хогвартсе. С тех пор маги живут в своем, обособленном мире. Но среди простецов часто рождаются дети, имеющие склонность к магии, владеющие волшебством. Без обучения они могут натворить всякого разного, включая непреднамеренный вред своим близким и друзьям. Поэтому их находят и приглашают обучаться, пополняя наш мир свежей кровью и получая талантливых юных волшебников, — он подмигивает.
— А почему маги и маглы не могут жить мирно, профессор? — эта его оговорка несколько удивила меня.
— А вы думаете, мистер Вейбер, что никто не пытался возобновить это сотрудничество? — ухмыляется Дамблдор, — о, это совсем не так! После принятия Статута, многие маги поначалу наплевали на него. Ведь инквизиция бушевала в Европе, тогда как Африканские и Азиатские страны она не зацепила. Та же Россия — вовсе избежала такого. Конечно они решили продолжить жить по старому, отказавшись принять новый закон. Однако через какое-то время конфликты с маглами стали нарастать. Их короли, аристократы и иные знатные простецы не могли принять факт того, что волшебники имеют такую силу. Это заставляло считаться даже с безродным свинопасом, который внезапно открыл в себе чудо применения магии. Они пытались нас подчинить, заставить работать на себя, лечить, варить зелья, повергать своих врагов и так далее. Конечно это не нравилось свободолюбивым магам, не нравилось нашим гильдиям и школам. Начались конфликты, которые доходили до войн. Тогда вмешивалась Международная Конфедерация Магов, которая где словом, а где силой прекращала конфликт. Таким образом, за следующую сотню лет, все маги приняли новый закон, скрывшись от обычных людей.
— Очень познавательно, профессор, — кивнул я ему. Историю магии однозначно нужно изучать. Надеюсь, её преподает нормальный преподаватель. Вроде призрак Бинса появился уже при директорстве Дамблдора?
— А если магию публично использует уже взрослый волшебник, то что будет тогда? — задумчиво спрашивает Иви, — профессор, — добавляет она, через секунду.
— Тогда его оштрафуют, — проговаривает Дамблдор, — а всем маглам, ставшим свидетелями, сотрут память.
— Ого, так тоже можно? — она опять забыла про «сэр», но волшебник видимо уже устал её поправлять.