Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 2 из 6

– Мира вам, голубушки, – шутливо приветствовал девочек сидящий у ручья мальчуган.

– И тебе, добрый молодец, – ответила Рада, рассмеявшись переливчатым смехом.

Мила же только кивнула в ответ на приветствие головой, хихикнув. Мальчик встал, приветствуя девочек.

– Чего это ты тут чертил палкой? – прищурившись спросила Рада, подходя ближе.

– Ничего, – ответил мальчик, краснея и неуклюжими движениями ноги пытаясь стереть рисунок на влажной земле.

– Я видела! Это был портрет. Признавайся, в кого влюбился?

– Смотрите! А вот и Яр идет, – крикнул мальчик, переключая внимание и все еще стирая рисунок.

К троице детей приближался рослый плотный мальчик с каштановыми волосами и ярко-голубыми глазами. Шел он уверенным и твердым шагом, в каждом его движении чувствовалась сила и гордость.

– Не нравится он мне, – прошептала Рада подруге. – Что-то в нем есть злое.

– Это точно. Злое, – вздохнула Мила.

– Обо мне, небось, шепчетесь? – став в позу, спросил новоприбывший.

– О ком же нам еще шептаться. Интереснее темы быть не может, – язвительно ответила Рада.

Яр со злостью посмотрел на нее и его, и так всегда поджатые в недовольной гримасе губы, стали еще тоньше.

– На луг идете? – сделав вид, что пропустил оскорбление мимо ушей, спросил Яр и направился на середину луга.

Остальные, понурив головы, последовали за ним. Во время похода вдоль ручья к назначенному месту напряжение между детьми спало. Они шли, смеясь, пересказывая деревенские слухи и сплетни, которые удалось урывками подслушать у старших.

Как получилось, что сошлись еще две противоположности, в лице Ярополка и Волха – не знаю. Но именно потому, что эти, такие разные мальчики сдружились, они шагали сейчас вчетвером, а не втроем.

Если Ярополк олицетворял силу, мужественность, грубость и не самый приятный нрав, то Волх, несмотря на свое звучное имя, характера был спокойного, можно даже сказать, мягкого. Внешность у мальчика тоже была соответствующая: светлые русые волосы, мягкие округлые черты лица, худощавое телосложение. Даже глаза были светло-голубыми, с длинными темными ресницами и светлыми бровями.

Девочки охотно бы играли только с Волхом, но Ярополк неотступно следовал за ними. И очень обижался, если его не ждали, не звали и играли без него.

И вот, когда дети дошли до своего «тайного» места, они решили немного поиграть в салки. После, устав от беготни, все сели по кругу около ручья и только начали пересказывать истории взрослых про лес, как вдруг Яр вскочил и кинулся в траву. Остальные подскочили от испуга.

– Поймал! Поймал тебя, колдунья. Теперь-то ты точно от меня не уйдешь, – ликующе произнес Ярополк, держа змею.

– Что это у тебя там? – поинтересовалась Рада.

– Змея. Гадюка. Это точно колдунья из леса, которая оборачивается змеей и ползает в деревню, изводить наш скот и людей.

– Глупость какая! – раздраженно сказала Рада. – Это просто змея. Они любят греться на солнышке. Отпусти ее, пусть себе ползет.

– Ну уж нет. Я убью ее. Здесь и сейчас.

– Нет. Ты не сделаешь этого.

– Почему это? Кто же из вас меня остановит? Ты, что ли? – со злорадством спросил Ярополк.

Вместо ответа Рада вся сжалась и прыгнула, попав в грудину Яра головой. Мальчик от такого удара на мгновение потерял дыхание, разжав руки и выпустив змею, которая тут же уползла в сторону леса.

– Ах ты… – задыхаясь от ярости процедил сквозь зубы Ярополк. – Ты тоже колдунья значит, да? Тогда и тебе не жить!

Ярополк кинулся к Раде, но наткнулся на препятствие в виде своего друга.

– Не трогай ее, пожалуйста. Она не колдунья, – спокойным тоном произнес Волх.

– А что же она тогда за гадюк заступается?

– Нельзя никого обижать! – крикнула Рада. – Змея живая и тоже жить хочет! Она тебя не трогала, это ты к ней полез и убить грозил.

Ярополк замахнулся, готовый мутузить всех и каждого, но его остановил тихий голос, произнесший четко и спокойно лишь одно слово: «Время». Все лица обратились к Миле, о которой забыли, так как она не участвовала в ссоре, все это время сидя и глядя задумчиво на ручей.

– Время идти по домам. Уже позвали. Ежели еще помедлим, потом не поздоровится.





Ярополк опустил кулак и отправился в сторону деревни быстрым уверенным шагом. Волх, опустив голову, поплелся за ним.

– Что сделано, то сделано, – утешала Мила начавшую плакать подругу. – Поговори с матушкой. И будь готова бежать.

– Куда?

– В лес, – ответила Мила, в голосе которой впервые послышались твердые стальные нотки.

Слезы ручьями покатились из глаз Рады. Она догадывалась, что может случиться завтра в деревне».

Наступила тишина, но я, все еще видевший в своем воображении все, о чем только что рассказал мне Митрич, не сразу заметил это. Я поискал его, но на крыльце уже никого не было. Свет в доме не горел. Решив, что старик уже лег спать, пока мною владело мое бурное воображение, я последовал его примеру и отправился отдыхать.

История 2

Следующим вечером, найдя Митрича на его месте, я снова молча сел на крыльцо и уставился на лес. Ветра не было, солнце клонилось к закату, окрашивая небо над темным лесом в розовые тона.

Митрич, после продолжительного молчания, за время которого я даже забыл о том, что он рядом, начал говорить.

«Мила не могла есть, кусок не лез в горло, но и оповещать своих родителей о том, что произошло на лугу, было нельзя. Мила быстро съела половину того, что было на тарелке, чтобы не вызывать подозрений, пожаловалась на здоровье и отпросилась лечь пораньше.

«Что же теперь делать? – думала Мила, лежа на печи и притворяясь спящей. – Надобно спасать подругу. Ежели бы Ярополк не был сыном уважаемого в деревне человека, то можно было бы все исправить. А так… И Рада без отца живет… Со временем история превратилась бы в слух и забылась, стерлась из памяти… Чего зря думать о том, чего уже не случилось. Совет нужен. Придется обождать, пока все не пойдут спать».

Миле хотелось поерзать на печи, лежать без движения было сложно, но нужно было дождаться, пока все в доме уснут. Обычно теплолюбивая Мила сразу засыпала, едва ложилась на теплую печку, спала она там даже в летнюю жару. Переживания за подругу, которая была Миле как сестра, не давали девочке этой ночью уснуть.

«Пора», – решила Мила, аккуратно приподнимаясь со своего места.

Она тихо, как тень, соскользнула с печи и юркнула в открытое окно. Теплыми ночами окна в доме всегда держали открытыми.

Девочка побежала в хлев, где ночевал домашний скот.

– Белыш… – прошептала она. – Белы-ы-ыш.

Где-то у дальней стены хлева зашевелилась небольшая тень.

– Кого это нелегкая в такую ночь носит? – недовольно проворчал голос в темноте.

– Белыш, родной мой, мне совет твой нужен.

– Ладно уж, проходи. Но свет не зажигай, не то увидеть могут.

Через несколько мгновений легкая и аккуратная Мила, обойдя всех животных и препятствия, кинулась на шею белого козла. Темнота окружала все вокруг, стирая даже очертания предметов и животных. Мила отлично ориентировалась в темноте, зрение ее было хуже, чем у совы или кошки, но лучше обычно человека.

– Чего у тебя стряслось? – покачивая бородой спросил Белыш.

– Рада сегодня за гадюку заступилась.

– Это дело хорошее. Молодец. Жива змея?

– Змея-то жива, уползла в лес. Но я боюсь, сестра моя, названная, ценой своей жизни чужую спасла.

– Это еще почему?

– Потому что она против Ярополка пошла. Ты же знаешь, от него ничего хорошего ждать нельзя. Да и у Рады матушка только, отца нет.

– И что?

– Поверье в народе есть, что ежели семья неполная, то девочка колдуньей родится.

– Теперь понимаю. Все одно к другому пристало. Только вот понять никак не могу, чего же ты от меня хочешь?

– Совета. Спасти ее надобно. Прошу тебя…

Козел несколько минут молчал, медленно и ритмично потрясая бородой из стороны в сторону.