Страница 39 из 67
Более того, сам факт: кто-то напал на Императорский флот! И, судя по составу сил противника, это совсем не случайность. Так же как не случайность — взрыв Борта номер один. Так же как не случайность — мятеж в Москве, о котором успели уже докатиться слухи.
— Внимание! — раздался во всех тактических сетях флота голос Императора. Раздался он и в устройствах, настроенных на открытые каналы у неизвестного противника. — Говорит Император Всероссийский Иван. На нас напали. Мы всех порвём! Гвардия, вперёд!!!.. — сказано было веско, уверенно, зло и ожесточённо. И довольно неожиданно для Императора. Как-то от столь высоко сидящей личности таких слов не ждёшь.
А ещё неожиданней стал голос на заднем плане, весело прокричавший: «Мне дали порулить!!».
Голос резанул по нервам, заставив вздрогнуть всех. А пилотов истребителей ещё и весело-нервно улыбнуться. Эту знаменитую фразу они помнили. Успела она нашуметь в своё время.
И пусть голос был не детский, а женский. И пусть тот, кто кричал эту фразу раньше, уже лет десять, как мертв. Пусть. Главным был посыл. Образ. Напоминание.
На несколько секунд повисла тишина в эфире. Затем поднялась буря.
— Мне дали порулить!!!
— Мне дали порулить!!... — на том же канале, наплевав на любую субординацию, начали раздаваться крики пилотов. Весёлые, озорные, задорные, отчаянные… как и сами пилоты. Среди них вообще так-то дисциплина не в чести. Зато в чести лихость, форс, азарт, гонор, отвага.
И вот так вот пошалить казалось им не плохой идеей… перед смертью.
А потом, всё в том же общем канале, на все голоса, но довольно слитно зазвучала детская песенка про дождик…
***
Глава 23
***
Гвардии старший лейтенант Анатольин Валерий Дмитриевич сидел в пилотском кресле своего Универсала, вглядываясь до рези в глазах в черноту космоса, подсвеченную значками, линиями, точками и различными данными из тактической сети, что поступали в режиме «дополненной реальности» на «забрало» его пилотского шлема.
Гвардии старший лейтенант… Сколько усилий и какого труда ему стоила эта приставка к званию «гвардии»! Кто бы знал…
Настьку-то после того случая, здесь, на «Лотосе», когда разбирательство закончилось и следствие закрыли, в Московский гвардейский перевели сразу. Одновременно с вручением Золотой Звезды. А вот его…
Во время следствия, таскали его не меньше других на разные допросы и следственные мероприятия. Потом на переаттестацию… тоже, как всех. На «Лотосе» служить остаться уже не получилось: там никого из тех, кто стал свидетелем инцидента, не оставили. Всех раскидали по разным гарнизонам, в разных частях Империи. Преимущественно дальним. Притом, всех по одиночке. Не вышло даже случайно такого, чтобы в одном месте собралось хотя бы двое из них.
Что ж, Валера понимал, почему, и не дергался — всё же, государственная тайна. Глупо дёргаться в таких обстоятельствах.
Со всех тогда подписки собрали о неразглашении и прочем, что в таких вот случаях положено. Происшествие засекретили. Однако, сам бой, то, как старенький учебный универсал в одиночку уничтожил авианесущий крейсер, вошёл в программы подготовки и переподготовки всех пилотов Империи.
Бой обезличили. Убрали подробности на счет того, кто, где и с кем именно сражался. Но сам бой остался. И звуковая дорожка с переговорами осталась. От того и известны были пилотам Империи эти крылатые фразочки про «Мне дали порулить!»…
Валера понимал. Но это не значило, что смирился.
Он приложил очень много сил, упорства, энергии, денег и связей, чтобы выбраться из того Мухосранска, куда его после инцидента засунули, не взирая на весьма неплохие результаты, показанные им во время переаттестации. Выбраться и добраться до места в элитном подразделении, каковым являлся Московский гвардейский Его Императорского Величества полк.
Очень помогло то, что сам он был, пусть и беспоместным, но всё же дворянином. Род Князей Анатольиных не был таким уж богатым или влиятельным, но всё же, всеми положенными этому статусу привилегиями пользовался. Одной из которых и была возможность претендовать на место в Гвардии в обход соискателей дворянского звания не имеющих. По отдельному конкурсу.
Однако, Гвардия — это Гвардия. Империя большая — дворян в ней много. От того и конкурс в элиту Вооруженных Сил даже среди дворян был совсем не маленький. Семь-девять человек на место, в зависимости от года.
Раньше было попроще. До изобретения этой «Вакцины Сарата», названной ещё «Прививкой от старости». Тогда смена состава Гвардейских частей происходила чаще: старшие, старея, уступали места молодым, уходя на должности поспокойнее.
Раньше, но не теперь. Теперь «стариков» с их мест бульдозером не подвинешь! Потому-то, в свои почти тридцать девять лет, Князь Анатольин всё ещё оставался старшим лейтенантом. Но уже, хотя бы Гвардии…
Валера считал себя по жизни везучим человеком. И имел на то основания. Ему повезло родиться в хорошей семье. Пусть не слишком богатой, зато дружной, в которой между четырьмя братьями, младшим из которых ему повезло родиться, не было вражды и конкуренции за наследство. Ему повезло попасть на «Лотос» и встретиться там с любовью. Ему повезло остаться в живых на «Лотосе», когда крейсер, пришедший за головой будущего Императора, и должен был превратить станцию в облако плазмы и космического мусора, сам был в такое облако превращён Меконгским Психом. Ему повезло после «Лотоса» не попасть в застенки СИБа, как некоторым из их с Настькой знакомым. Ему повезло позже, когда влияния его родителей и братьев оказалось достаточным для перевода Валеры в МИВВЛУ на курс переподготовки, открывшийся после распространения «Вакцины». Ему повезло по окончании этих курсов попасть в ежегодный конкурсный отбор на место в Московском Гвардейском. Повезло этот отбор пройти. Повезло попасть не куда-нибудь, а в четвёртое звено истребителей. Не в пятое, где бы он сразу попал под командование Настьки, которая автоматически стала бы для него Гвардии Капитаном Валаньевой, а не Настькой, с которой они вместе попали на «Лотос» по распределению желторотыми ещё лейтенантами, с которой в одном звене успели дослужиться там до старлеев. В которую он был тайно влюблён…
А может и не тайно. Собственно, восемьдесят процентов его желания попасть именно в Московский Гвардейский, а не куда-то ещё, состояло именно из стремления быть с ней рядом…
Везло Валерке и дальше. Когда удалось в этом году занять-таки место командира в своём звене, сменив на нём капитана Столыпина… пардон, Гвардии капитана Столыпина, который занял ставшее вакантным место командира истребительной роты, ныне уже Гвардии майора.
Вот-вот уже должен был приказ прийти о присвоении ему, Валерке очередного звания, уравняв его, наконец-то, с Настюхой.
Повезло попасть в этот вылет вместе с ней, а не остаться на планете с остатками полка. До них тут дошли слухи, что там, в Москве, серьёзная каша заварилась, когда Борт №1 взорвался. Даже убитые есть…
«Повезло…», — с мрачным сарказмом думал он теперь, глядя на точки приближающихся вражеских «космиков» на обзорном экране своего шлема. Самих истребителей видно не было. Их ещё не могло быть видно невооруженным глазом на том расстоянии. Всё же сотни километров — это только по космическим меркам мизер.
Невооружённым. Однако, радары и сканеры станций дальнего и среднего обнаружения их прекрасно видели. И уже их данные выводились тактической сетью, давая пилотам представление о происходящем в околопланетном пространстве.
«Повезло… Как утопленнику», — вздохнул Валера, пересчитывая эти точки, которых было более, чем вдвое больше, чем Универсалов охранявших Императора.
Глава 24
***
«И Настька, как назло, куда-то запропастилась со своим звеном», — тяжело вздохнул Валерка. Хотя, эта мысль была несколько иррациональной. Ему просто хотелось быть поближе к ней в свои последние минуты. Такое эгоистичное желание… Ему было стыдно за него, ведь то, что её здесь нет сейчас, значит, что у неё, возможно, будет шанс выжить. Уцелеть, отсидевшись где-то с Императором, которого её звено было приставлено охранять в каком-то секретном его деле.