Страница 7 из 16
– Вы сами разденетесь или мне раздевать вас самому?
– Да как вы вообще можете вести себя так! – приподнимаясь на локтях, воскликнула я от обиды.
– Неужели вы уверены, что мне столь приятно обладать той, к кому осознанно я не испытываю не малейшего влечения? – приподнял он брови и, сев в кресло, уставился на меня холодными синими глазами. Судя по всему, на этот раз отклик мы испытывали не одинаково сильно. Его был определённо слабее, когда я… я сгорала от желания, чтобы он прикоснулся ко мне.
«Чудовищно!» – мысленно прокляла я то, что со мной творилось, и благодаря испытываемой ненависти смогла потребовать:
– Тогда выйдите из этой комнаты. Оставьте меня одну и, быть может, это примирит нас.
– Если бы я мог остановиться на таком решении, то так бы оно и было.
– А что вам мешает? Стремление издеваться надо мной? – с вызовом спросила я, и Заррах, окинув меня задумчивым взглядом, произнёс.
– Нам всё-таки стоит поговорить начистоту.
Мне не очень-то хотелось выслушивать этого мерзавца, но я села на край кровати и всем своим видом дала понять, что готова к разговору. В конце концов, у меня не было ни сил, ни возможности избавиться от супруга. Всё, что оставалось, так это хотя бы понять подоплёку его ненависти ко мне.
… А ещё это отдаляло неизбежное.
– У меня нет выбора. Я бы с удовольствием не прикасался к вам ещё одну неделю, а может и дольше. Не подошёл бы к вам до той поры, пока из‑за отклика стало бы совсем невозможно себя контролировать, – уверенно сказал Заррах. – Но час назад император драконов умер. И традиции требуют, чтобы послезавтра на рассвете начался ритуал избрания нового владыки.
– И как со всем этим связано ваше присутствие в моей спальне? – не смогла связать я одно с другим.
– Непосредственно. Цель этого ритуала выявить не только сильнейшего среди драконов, но и испытать крепость духа каждого из участников. Поэтому, хотя вскоре произойдёт достаточное количество поединков, участвовать в них смогут лишь те драконы, что поставят на кон своё самое большое сокровище.
– И для вас это буду я? – поняла и вместе с тем удивилась я. Мне ведь ещё не было известно, как сильно отклик влияет на драконов, особенно если он хоть раз привёл к своему результату. Я ничего не знала о том, насколько сложно драконам вообще выпустить свою мереш из сокровищницы, и тем более не предполагала, насколько тесно отныне связана жизнь Зарраха с моей. Даже рискнуть собственной головой для дракона было бы в разы легче.
– Не только для меня. Остальные претенденты на титул обязаны поступить также, – между тем ответил мой муж.
– Какая дикость!
Мне показалось, что я во всём разобралась. Заррах намеренно вёл себя со мной издевательски и отстранённо. Это удобно, если нет намерения испытывать какие-либо угрызения совести в случае поражения. Так вот для чего при Его величестве Агнии он разыгрывал из себя достойного супруга! Всё было сделано напоказ. Всё ради того, чтобы никто не заподозрил насколько ему моя жизнь в общем-то безразлична!
– И что будет, если вы не пройдёте это испытание? – теряя всякое уважение к сидящему в кресле мужчине, спросила я.
– Я не стану императором, а вы, скорее всего, умрёте. Победитель в каждой из схваток имеет полное право убить женщину побеждённого.
– Вот как, – я крепко поджала губы и встала, пытаясь так унять эмоции.
– Поэтому, чтобы в будущем не так сильно терять из-за вас сосредоточенность, я вас сюда и привёл. Будет сложнее сохранить вам жизнь, если не свести отклик на нет.
– Чтобы мне остаться в живых? Да ведь вы меня ненавидите.
– О ненависти я не спорю. Я с удовольствием оставил бы вас жить среди людей, но вы мне были необходимы.
– Ха!
– Я намерен победить в ритуале и стать императором.
Мысленно передо мной возникли весы. На одной их чаше оказалась моя жизнь, а на другой сильное желание насолить Зарраху. Если бы я умерла в ближайшие сутки, то все его честолюбивые планы оказались бы втоптаны в грязь. Это был большой соблазн, хотя мстительность и склонность к суициду по складу характера не были мне свойственны.
– Как хорошо, что хотя бы в случае поражения оплакивать вам меня не придётся, – не удержалась я от язвительности, и Зарраха мои слова отчего-то ужасно разозлили. Дракон поднялся с кресла и подошёл вплотную ко мне.
– Я объяснил вам свои мотивы. И, согласно им, о вашей сохранности я думаю.
– Вот только это не значит, что в ответ я должна думать о вас, а тем более поддерживать какие-либо ваши стремления.
Он презрительно усмехнулся и, смерив меня взглядом, сказал:
– Это более чем заметно. Именно поэтому я и посчитал нужным переговорить с вами. Думаю, у нас получится заключить сделку.
– Сделку?
– Да. Говорите, чего вам хочется, чтобы перестать раздражать меня. В обмен на что вы готовы прекратить ваше сопротивление? А то, знаете ли, мне не очень-то приятно приходить домой, чтобы время от времени брать жену силой. Пусть я не намерен посещать вас часто, но мне хочется более мирной обстановки при встречах.
– Чего я хочу? – растерянно пролепетала я.
Нет, то, что мне нужно, я знала определённо точно. А потому буквально через секунду воскликнула.
– Да верните вы меня моему настоящему мужу и ничего мне больше не надо!
– У вашего желания должны быть разумные пределы. Я не выпущу вас отсюда никогда, но, быть может, вас порадуют какие-либо драгоценности, смена интерьера, больше комнат или даже слуг?
От горя я прикрыла глаза. Сердце гулко билось в груди, и каждый его удар почему‑то казался болезненным. Как ни украшай клетку, а клеткой она и будет.
– Оставьте вы меня в покое!
Сил у меня было немного, но Заррах никак не ожидал, что вместе с криком я оттолкну его от себя. В результате он едва удержался на ногах, а я, боясь как бы мне не досталось на орехи, совершила ещё большую глупость. Ухватила с кровати декоративную подушку и швырнула её в него. Подушку Заррах поймал и не глядя отбросил на кресло так ловко, словно выполнял этот трюк по сто раз на дню.
– Если во время ритуала избрания вместо своей цели я буду занят мыслями о вас, то вы умрёте, – хладнокровно напомнил он.
– А может это к лучшему? Вдруг это и есть тот способ, что поможет мне сбежать отсюда?
Дракон посмотрел на меня с недоверием, но его мысли остались для меня тайной. И прошло достаточно времени, прежде чем он сказал вслух.
– Обдумайте моё предложение.
– Ни за что.
– Тогда хотя бы задумайтесь над тем, что я не стал бы его делать, если бы желал вашей смерти! – он так громко рявкнул, что я вздрогнула всем телом.
Затем Заррах нервно провёл ладонью по волосам, словно хотел их пригладить, но они от этого движения только растрепались. Взгляд его стал задумчивым. Ненадолго. Вскоре он уверенно подошёл ко мне и, заведя мне руки за спину, посмотрел глаза в глаза.
Отклик лишал меня силы воли. Тело словно обмякло, и я сама не поняла почему мои губы коснулись губ Зарраха. Однако он не стал целовать меня, а отодвинулся и спокойно прошептал.
– Однажды вам всё равно придётся принять, что отныне мы связаны друг с другом. Так к чему вести ежедневную войну?
– Вы сами её начали.
– И поэтому я первым делаю шаг, чтобы её закончить.
Гордость требовала расцарапать лицо Зарраха до крови. Но я знала, стоит мне освободить руки, как я не сдержусь и вопреки своей воле начну обнимать его, ожидая взаимной ласки. Так что он был прав. Мы оба вели неравный бой с собственным естеством. И единственное, что могло позволить победить, так это поражение.
– Я снова спрашиваю вас. Чего вы хотите взамен на свою благосклонность?
На миг я задумалась, но ответ пришёл очень быстро.
– Вы можете… можете время от времени передавать от меня письма милорду Гилберту и моей сестре Сабрине? Пусть они хотя бы знают, что я жива и что каждый миг своего существования с теплом вспоминаю о них.
Я с надеждой посмотрела в глаза безжалостного дракона, и в них отразилось искреннее удивление. Однако я не поняла, с чем оно связано.