Страница 46 из 68
Я заморгала, пытаясь бороться с наваждением, потом развернула лист бумаги и почувствовала, как сияние распространяется по кабинету.
Мне даже не пришлось зачитывать ничего вслух.
Письмо до всех мнение лорда Луиджи донесло самостоятельно.
Его Светлейшество признавал моё право занять директорское кресло.
19
После тяжелых разборок с учителями, полученного от лорда Луиджи письма и всего прочего я ощущала себя выжатой, как лимон. Настолько, что пришла в свою комнату, упала на кровать и сразу же уснула бы, если б не Анна, вцепившаяся в меня со своими расспросами.
Сестра выглядела ещё более бойкой, чем прежде. Изничтожение нитей, что оплетали её разум, казалось, вовсе не заставили её стать мягче, относиться ко мне лучше. Мне не следовало развешивать уши и полагать, будто бы Анна способна измениться.
Она такая, как она есть. Быть может, странные порывы и чернота, что расползлась по комнате, это и дело рук коварного манипулятора, а вот женские ужимки, то, что она строила глазки Алессандро и постоянные попытки перенаправить меня и подчинить — это определенно её собственная инициатива.
Эх, сестренка! Почему тебе всегда так тесно со мной рядом? Почему вечно надо посягать на чужое?
Разумеется, никто не смог бы ответить мне на этот вопрос. Анну я просто отогнала от себя, отмахнулась, сказала, что устала, и провалилась в сон.
Во сне вокруг меня беспрестанно что-то грохотало. Казалось, кто-то перевернул огромное ведро с камнями, и они всё высыпались и высыпались на асфальт. Я пробовала и уши зажимать, и каким-то образом скрыться от назойливых звуков, буквально вбивающихся в сознание…
Тщетно.
Я в очередной раз перевернулась на другой бок и зажала уши ладонями, как будто это могло помочь. Грохот усилился, застучало так, что я едва не застонала от досады. Ещё и повеяло откуда-то холодом…
— Проснись! Маша, да проснись же ты!
— Я не Маша! — устало пробормотала я, пытаясь оттолкнуть того, кто так упорно меня тряс, но меня будили с завидным упорством.
Открыв глаза и увидев зависшую надо мной сестру, я даже подумала на миг, что всё произошедшее было просто кошмарным сном. И вот я в своей постели, дома, просыпаюсь от того, что сестрица вздумала меня разбудить, разумеется, по ей одной понятным причинам.
Но у нас дома никогда не было такой постели, а Анна добровольно не натянула бы и в половину менее закрытую сорочку.
Значит, иной мир никуда не делся.
Я села на кровати и тяжело вздохнула.
— Анна, что такое? Зачем ты меня разбудила?
— Да ты сама посмотри! — она ткнула пальцем в направлении окна.
То было приоткрыто. Странно… Мне казалось, окно надежно запечатано магией, тут с проветриванием всегда были проблемы.
Я выбралась из кровати, завернулась в тёплую шаль, стараясь избавиться от бьющейся в голове пугливой мысли, что всё это не к добру, подошла поближе к окну, выглянула…
И едва не обомлела от ужаса.
Да, прошлой ночью над приютом действительно грудились тяжелые осенние тучи, но потом ветер развеял их, и день был тёплым, солнечным. Однако, кажется, ветер, который открыл окно, пригнал и тучи обратно, и теперь вокруг бушевала гроза.
Молнии били так часто, что на улице было светло, будто днём. Я в ужасе наблюдала за тем, как разряды электричества разрывали небо на куски и впивались своими ядовитыми жалами в деревья, подбираясь всё ближе и ближе к приюту.
Следующий порыв ветра едва не отшвырнул меня прочь от окна. Я поспешила захлопнуть окно, навалилась на него всем телом и даже добавила немного магии, чтобы запечатать раму, но, увы, бедствия на том не закончились.
Ещё один грохот… И молния ударила прямиком в школу! В учебное здание!
Да, мне следовало благодарить местных богов, или кто тут у них, за то, что молния не ударила в общежитие. Но школа! Учебное здание!..
Казалось, оно содрогнулось от фундамента до самой покатой крыши. А потом куски шифера медленно поползли вниз. Здания располагались не так далеко друг от друга, и я прекрасно видела, как проламывалась школьная крыша.
— Проклятье! — прошептала я. — Да что ж это такое!
Паника застилала разум. Не до конца понимая, что творю, я избавилась от ночной сорочки, быстро оделась в тёплое платье, набросила на плечи шаль и бросилась к выходу.
— Да ты небось с ума сошла! — возмутилась Анна, пытаясь схватить меня за руку. — Ты куда полезла? Остановись! Машка!
— Мне надо туда! — выдохнула я.
— Зачем? Чтоб заболеть и промокнуть?
— Надо!
— Да ты ведь просто заболеешь!
— Туда пойдут и другие учителя! — в удивительной слепой уверенности выдохнула я. — Отпусти, слышишь? Анна!
— Другие учителя здесь обладают даром, — фыркнула мне просто в лицо сестренка. — В отличие от тебя. Так что они могут идти куда хотят!
Я встретилась с ней взглядом и почувствовала, как загорается в груди невероятная, злая решимость.
— Знаешь, Аня, — выдохнула я, — я тоже вполне обладаю даром. В отличие от тебя. И я в этой школе теперь директриса. Отойди с дороги, пожалуйста, ты мне мешаешь. Я должна выполнять свои служебные обязанности.
Сестра была поражена настолько, что даже не смогла больше стоять на моём пути. Я же выскочила в коридор, быстро спустилась вниз и в самом деле увидела нескольких учительниц, столпившихся у порога.
— Какой кошмар! — охнула одна из них. — Кажется, там рухнула крыша… Леди Марианна! Вы видели?
— Да, имела несчастье наблюдать из окна, — глухо отметила я. — Необходимо туда пойти… Проверить, что там.
— Да что туда ходить! Под таким-то дождем, — выдохнула вторая женщина. — Леди Марианна, не стоит. Всё и без того понятно… Разве что когда утихнет дождь.
— Он уже утихает, — глухо отметила я. — Так что, пожалуй…
Сильный ветер уже гнал тучи прочь. Я вышла на крыльцо, осмотрелась, подобрала юбки своего платья и, стараясь не влезть ни в какую лужу, медленно двинулась к школе.
Увы, но даже не требовалось близко подходить, чтобы оценить ущерб. Светало, выходило солнце, и первые утренние лучи замечательно осветили весь масштаб катастрофы, подтверждая, что чинить это придется очень большими силами.
Мне хотелось спрятаться. Прикрыться руками от чужих взглядов и погасить каким-то образом жгучий стыд, полыхающий в груди. Директор! Даже не знаю, что делать!
— Надо позвать людей, — подала голос одна из женщин, что побежали всё-таки за мной в школе. — Мужчин. Чтобы разобрали эти завалы… Но тут же никого нет! У нас только несколько мужчин среди учителей! Не делать же это леди!
— А может, — подала голос вторая, — велеть детям постарше?
— Об этом и речи не идет, — отрезала я. — Детский труд мы эксплуатировать не будем. Вероятнее всего, надо обратиться к жителям окрестностей… Тут ведь есть деревня? Они могут прийти к нам и за деньги выполнить работы. Но разобрать завалы — это не так страшно…
Не так страшно, как потом восстановить крышу. Как это сделать — я себе даже не представляла. Мы находились в магическом мире и наверняка могли применить свой дар, чтобы убрать последствия грозы, но я точно не обладала подобной силой, да и другие учительницы, пожалуй, тоже. Алессандро во всём бы разобрался, а я… Даже не знаю, где нанять рабочих.
— Лорд Алессандро бы сам всё решил, — в подтверждение моих мыслей промолвила самая молодая из учительниц. — Но его нет, а у вас нет опыта. Может, стоит спросить лорда Алессандро? Обратиться к нему? Ведь вас по долгу службы наверняка должны к нему пустить!
Пустить?..
И вправду! Ведь в тюрьму пускают посетителей! Полагаю, здесь, как и в моём мире, можно навестить заключенного или арестанта.
К тому же, мне следовало предложить ему свою помощь. Ведь Алессандро не виновен! Я могу рассказать лордам, зачем он вообще использовал ту черную магию…
Это если меня, впрочем, станет кто-то слушать.
Сердце в груди болезненно сжалось, но я не позволила сомнениям одолеть меня. Не стоит лишних переживаний. Поехать в столицу — наверняка Алессандро содержится там, — и обсудить всё лично! Да, решено.