Страница 42 из 75
— Я, Григорий Иванович, порадовался за него и Евдокию Васильевну. Буду молиться за них, особенно за его грешную душу. Надеюсь Господь услышит мои молитвы и помилует его.
Отец Филарет отвернулся от меня, осенил себя крестным знамением и несколько минут стоял, склонив голову, перед иконой Богородицы.
За лето и осень в Усинске, на заводе и в Усть-Усе заложили храмы и возвели фундаменты. На следующий год хотелось бы возвести стены храмов. Отцу Филарету я рассказывал о всех наших делах, а когда вернулись Казимир с Ванчей, мы с алтайцем всю ночь провели в храме, беседуя с отцом Филаретом, утром исповедовались и причастились. Убийство всегда есть убийство, как бы его не называли, ты в чистом виде душегуб, даже если убиваешь врага или какое-нибудь чудовище в человеческом обличии. И какое счастье, что рядом был отец Филарет. Говорят, что непосильного креста не бывает, но я знал, что без него мой крест раздавил бы меня. Сколько крови уже пролито по моим приказам и мною лично. А сколько еще прольется!
Иеромонах еще раз осенил себя крестным знамением и вернулся ко мне.
— Вы сомневаетесь в правильности принятого сегодня решения?
Я молча кивнул, сомневался, это мягко сказано. Я вложил оружие в руки нашим женщинам, выписал им мандат на убийство.
— Вы принуждали кого-нибудь из женщин взять в руки оружие? — я отрицательно покачал головой. — Вы разве первыми подняли оружие? Нет. Мы сюда пришли на пустые земли. Тувинцы попросили вашей помощи, если бы вы этого не сделали, их всех бы убили. А затем и нас всех. Помните ответ святого Кирилла хазарам?
— Да, помню, батюшка, — тихо ответил я.
— Как вы назвали эти ваши женские десятки? Ваш горячий резерв и это позволит вам высвободить мужские десятки, а они у вас пойдут в бой если будет безвыходная ситуация, так? — Я опять молча кивнул, соглашаясь.
— Помните слова Спасителя: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих». Что будет с не только с доверившимися вам тувинцами, но и со всеми нами, если манчжуры придут сюда? Вы защищаете свою веру и своих близких, и это есть исполнение заповеди — душу положить за други. Ваша жена ведь опасается, что врагов будут тысячи и десятки тысяч, а вас несколько сот. Как ваши жены могут остаться в стороне? Взвести всё еще раз, можете ли вы обойтись без этого. И ни в коем случае не делайте это постоянным. Женщина дочь, сестра, жена, мать, но не солдат.