Страница 32 из 61
Все сводилось к понтонным мостам. Он пытался уничтожить их, но только потерял в катастрофическом налёте последние самолёты. Их сбили, не дав даже приблизиться. Дальнобойная артиллерия тоже потерпела неудачу. Гаубицы делали несколько выстрелов и вынужденно сворачивались, чтобы не попасть под удар вездесущих русских штурмовиков. Пока им везло, но удача переменчива, и поэтому возможности по обстрелу мостов были невелики.
Модель покачал головой. Продвижение русских танков на юг рушило все его планы. Не критически, но обстановка затруднялась значительно. Он надеялся, что наступление обнажит их северный фланг для удара 52-го танкового корпуса. Вместо этого корпусу пришлось разворачиваться и идти на юг, под непрерывными налётами. Потери собственно танков были невелики, но штурмовики растерзали грузовики и легкобронированную технику. От напалма сильно пострадали панцергренадёры, передвигавшиеся на открытых сверху полугусеничниках. Боеспособности корпус не утратил, однако поредел. А без машин снабжения припасов хватит на один бой. Вот о чём забыл идиот Фуллер. Он разглагольствовал о глубоких прорывах и выходе во вражеские тылы, об уничтожении всего по дороге, но танкам требуется топливо. И пройти они могут ровно столько, на сколько хватит запаса в баках. Нет грузовиков — нет горючего.
С другой стороны, передовые части русских приближались к позициям дивизии СС «Викинг». Он думал, что именно им придётся разворачиваться и перебазироваться под ударами штурмовой авиации, но это не случилось. Русское наступление развивалось на юг от Садового, а это направление ведёт прямо к расположению «Викинга». Там развернётся сражение, достойное учебников истории. Сейчас танки дивизии, при поддержке артиллерии, занимали позиции. Для прикрытия они использовали холмы, значит русским придётся наступать по открытой местности. И что бы в дальнейшем ни случилось, битва войдёт в историю. Ну хотя бы в сноску внизу страницы. Его небольшая страна и её борьба за выживание, маленький незаконченный эпизод Второй мировой войны. Он хорошо знал, что большая часть мира смотрела не него лишь немногим лучше, чем на бандита, претенциозный местного вождя. Знал и от этого негодовал. Почему его можно высокомерно осуждать, а американцев, которые выжгли насмерть целую страну — нет?
Фельдмаршал изучал карту. Если «Викинг» не остановит лавину русских танков, надо что-то делать и куда-то бежать. Доступно было два варианта. Основная масса его армии находилась на севере. Можно собрать все силы к югу от Донской оборонительной линии, опереться на укрепления и… продержаться, сколько получится. Но это всего лишь оттягивание неизбежного. Он не сможет построить новые укрепления, потеряет порты и запасы топлива. Русские сделают паузу, подтянут силы и снова ударят. А он сидит в окружении, на небольшом плацдарме, отрезанный от моря и любой возможной помощи. Второе направление — южное. Вывести пехотные дивизии из Вальтерсбурга, снять гарнизоны донских фортов. Эти подразделения способны легко перемещаться вне дорог, у них нет танков. Хотя, как знать, 47-й танковый корпус тоже может двигаться степями. Даже под постоянными налётами он сможет обеспечить арьергард для отступающей пехоты. Отойдя на юг, в Чечню и Грузию, они зацепятся за горы, а в тылу будет дружественный Иран. Когда всё рухнет, выжившие уйдут туда.
Или двинуться к Чёрному морю? Перегруппироваться за Кубанью, прикрыв фланги горами: северный в Новороссийске, южный в Сухуми. За спиной море, два небольших порта для снабжение и кое-какие залежи нефти. Даже если русские снова насядут, он вместе со своими людьми уйдёт на кораблях в Турцию. Кроме того, остаётся последняя несыгранная карта. Если, точнее когда Вальтерсбург падёт, он лишится химических заводов, которые производят зарин и табун. Наработанное находится в Пролетарске[82], вместе со специалистами, которые умеют применять газы. Их необходимо защитить, перебазировать куда-то. Если доставить всё в Армавир, то независимо от места, где он решит дать последний бой, химическое оружие останется легко доступным. А так как путь на север равноценен смертному приговору, выбирать надо один из южных вариантов. Танковые части должны сделать всё возможное, выиграв время для выхода остальной армии из ловушки. Но до той поры надо ждать. Смогут ли «Викинги» удержать русских? Если да, то откроются новые возможности.
Капитан Дональд Ранкен иногда очень хотел прибить своего папашу. Несправедливо, что родители обыгрывают дурное чувство юмора за счет детей. В колледже он был «пьяным студентом», а когда пошёл в мореходку, стал «пьяным матросом»[83]. Гимном его курса в академии была песенка «Что же нам делать с пьяным матросом», и он до сих пор дёргался, когда слышал её, а это случалось нередко. Первой любовью молодого лейтенанта была Дейзи Гарфилд. Она ему отказала, так как не захотела провести остаток жизни с прозвищем «Пьяная жена». Теперь он стал капитаном Дональдом Ранкеном и командовал «Скипджеком», новейшей, самой быстрой и смертоносной подводной лодкой ВМС США. На самом деле (конечно, за спиной), его именовали «пьяным подводником». Нет, убить будет мало. Сначала надо немного поистязать.
Но это подождёт. У него есть боевая задача, требующая умения, изворотливости и совершенного хладнокровия. Для всего мира он вывел «Скипджек» на очередные испытания его многочисленных систем. Ведь это не просто субмарина с ядерным двигателем, как «Наутилус», «Зубатка» или «Морской конёк», уже проверившие эту технологию. На нём стоял реактор нового образца, мощнее и с куда более долгим сроком работы на одной загрузке топлива. А самое главное, обводы корпуса были совершенно новые, в отличие от «ныряющих» дизель-электрических лодок. Под водой «Скипджек» вёл себя скорее как самолёт, и мог свободно маневрировать в трёх плоскостях. Экипажу предстояло проверить, на что способен новый корабль в новых условиях. Но вовсе не это было главной задачей. Совершенная форма корпуса, придававшая проворность под водой, на поверхности приводила к тому, что лодка «сидела свиньёй»[84] и при теоретическом ходе в шестнадцать узлов выдавала в лучшем случае двенадцать, даже в хорошую погоду. Медленнее, чем большая часть дизельных. Однако негласная правда об атомных субмаринах потихоньку сочилась наружу и внушала страх всем, кто об этом задумывался. Подводные лодки с ядерным двигателем не показываются на поверхности. Они покидают порт, погружаются и остаются на глубине до самого возвращения. Если, конечно, возвращаются. И совершенно неважно, как они ведут себя на воде. Зато под водой «Скипджек» равных себе не имел. Он разгонялся до тридцати пяти узлов, а ядерная силовая установка обеспечивала поддержание полной скорости невероятно долго. Это как раз пригодится при переходе через Тихий океан.
Ранкен заглянул в папку с описанием боевой задачи. В море вышла японская оперативная группа. Курс в целом был известен, но требовалось перехватить её и следить. А потом каждый день сообщать о точном положении на Кларк-Филд, откуда сведения пойдут куда информация будет передана 33-й патрульно-бомбардировочной эскадрилье, укомплектованной PB5Y. Флот разделился на три меньших группы, и подразумевалось, что ему надо следить за всеми тремя, да ещё не попасться в процессе. Это будет нелегко. Японские силы шли таким порядком: отряд линкоров впереди, конвой в середине и авианосное звено последним. А ещё в Рангун двигался австралийский десант, и японцы несомненно захотят его остановить. Как говорилось в приказе, поскольку свобода мореплавания является жизненно важным национальным интересом Америки, и он должен руководствоваться защитой этого интереса. Если японцы попытаются перехватить австралийский конвой, им нужно помешать. Авиация займётся линкорами, а «Скипджек» авианосцами, скоординировав действия на месте.
82
Город в Ростовской области, в 30 км к северо-востоку от Сальска.
83
D. Runken — drunken. То есть пьяный. Дальше отсылка к народной песне-шанти.
84
Посадка корабля в воде, когда на ходу носовая часть сильно зарывается. Это приводит к серьёзному падению скорости по сравнению с проектной.