Страница 17 из 54
— Значит надо сделать так, чтобы наоборот — захотела умереть. Да побыстрее... — Послышался тихий и немного зловещий голос со стороны кадетов. Морж, конечно же.
Собрание одновременно покосилось в его сторону.
— Ну а чё?! — Искренне возмутившись такой реакцией, Морж продолжил. — Нас-то эта тварь точно жалеть не собирается, как я понял. На войне как на войне.
— Так-то оно так... — Лично я был с ним полностью согласен. — Но как вытащить эту тварь из гнезда — у меня пока что идей нет.
— И сегодня уже не будет. — В разговор вступила рыжеволосая Лиза. — Это был очень длинный день... Давайте отдохнём, а с утра подумаем над тем, что нам делать дальше. Может мальчики вообще смогут эту штуку взломать и безо всякого пароля?
Она оглянулась на Жука, и тот немного опешил от внезапного всеобщего внимания:
— Д-да я-я... Я попробую... Н-но если к-код длинный, т-то вряд ли... Брутфорсом можно п-подобрать, н-но д-долго...
Согласившись с девушкой, все остальные занялись обсуждением того, где смогут устроиться на ночлег и как они могут помочь нести ночные вахты за пулемётами по периметру плотины.
— Эй, бодрая девица... — Я повернулся к Лани, которая опять немного задремала у меня на плече. — Можно тебя попросить организовать нам уголок где-нибудь в этой богадельне? Мне нужно пару минут.
И я покосился взглядом на Алину, которая спешно допивала свой чай.
— Окей... — Лань тихонько хихикнула, придвинулась к уху и, зашептав, легонько лизнула язычком мочку. — С тебя вечерний фитнес, Чёрный Жора...
— Замётано... — Проводив её взглядом, я обернулся к девочке. — Так, Белая Вдова. Позволь мне сказать, что я знаю то, что тебя напрягает.
— Что... — Алина ссутулилась и подняла на меня вопросительный взгляд. — Если ты про Лань, то совсем нет... Она хорошая...
— Совсем не про неё. — Я остановил её и взял в руку её ладошку. — Про моё прошлое. Я знаю, что для тебя это не было большим сюрпризом. Ты сразу увидела, как я решаю вопросы. И вряд ли испытывала иллюзии на мой счёт до сих пор. А значит тебя заботит нечто иное.
— И что же? — Её глаза превратились в узкие щёлочки. Но Алина не делала попыток вытащить свою ладошку из моей лапищи.
— То, что я от тебя это до сих пор скрывал. Я знаю, такая хрень очень сильно подрывает доверие.
— Есть немного... — Она снова уставилась в чаинки на дне своей кружки.
— Поэтому я хочу, чтобы ты знала, что этим я пытался защитить не себя от тебя. А тебя от себя. Чтобы ты не сбежала от меня в первые же дни. И мне очень жаль, что я тебя этим расстроил. Я прошу прощения.
— В первые дни ты не особо дорожил моим обществом... — Девчонка всё ещё дулась. Но уже было заметно, что ей понравились мои слова. И она делает это по инерции.
— Возможно, я бы и сам с этим согласился. Тогда. Но сейчас... Посмотри на меня... — Я привлёк её взгляд лёгким движением руки. — Сейчас я понимаю, что именно ты... Ты научила меня быть человеком. Напомнила о том, что в жизни бывает что-то кроме тупого потребления, глупости, фальши, ненависти и жадности. Что можно просто видеть мир вокруг. Познавать и преодолевать его опасности. Заглядывать через стены и находить друг друга. Чувствовать то, что ты здесь всё-таки не один. Ты меня понимаешь?
— Понимаю... — Алина сжала мои пальцы и положила голову на плечо. — Мы живём в очень страшное и жестокое время... Наверное, по-другому сейчас и нельзя. Поэтому мне было очень важно то, что со дня нашей встречи я всегда могла на тебя опереться. Всегда могла тебе верить. И была уверена, что ты надёжнее всех вокруг. И сегодня я впервые почувствовала, что это может быть ошибкой. Что это совсем не так. И это очень меня напугало. Я словно опять оказалась обратно в том самом погребе... Посреди моих убитых братиков... Совсем одна...
Я повернулся к ней и вдохнул аромат её волос. Ничего особенного. Просто запах хозяйственного мыла. Но в сочетании с щекоткой от её локонов, это было одно из самых приятных ощущений на свете.
— Чтобы со мной не случилось. Что бы я сам не сделал... Ты теперь точно не одна. И никогда больше не будешь одна. — Я отстранился и заглянул ей в глаза. — Уж с этим-то ты спорить никак не можешь, а?
— Не могу... — Девчонка стеснительно отвела взгляд и поджала губки. — И я тебя прощаю.
Помедлив ещё немного, она добавила:
— А знаешь... Пока вы бензин с Саней разгружали, мне тут Егор сегодня в любви признался...
— Ну наконец-то!
— Что-о?
— Да он уже сто лет на тебя щенячьими глазами смотрит. Давным-давно уже тебе про это толкую! — Я подпёр подбородок кулаком и опёрся на стол. — Так и что ж ты ему ответила?
— Ну... — Алина дико засмущалась под моим взглядом и покраснела. — Пока ничего... Ты же сам говоришь, время сейчас такое... Не до этих всех глупостей...
— А другого у вас не будет! И никакие это не глупости. Вы главное — предохранятесь.
— Да ну тебя! — Девчонка как обычно ткнула меня кулачком в плечо. — Пошляк!
— Ну а как иначе-то... Алин... Он действительно хороший парень. Заметь, это говорю тебе я — человек, который вообще-то детей на дух не переносит.
— Да я знаю...
— Ну вот и не огорчай его попусту, если он тебе тоже нравится. — Оглянувшись на тихую суету вокруг нас, я поделился ещё одним соображением. — Используй момент. Живите. Сейчас бы вот вам девчонкам обсуждать то, о чём вы там обычно во время ночёвок сплетничаете... Парни, косметика, мода, кто насколько потолстел, актуальная ширина бровей... А вместо этого все думают о том, как бы теперь изловить какого-то жорского главаря. Чокнутого профессора, превратившего себя в кусок полуразумного студня. Это что — жизнь?
— Ну... Это борьба за жизнь. — Алина сделала неожиданно глубокий вывод.
— Так... Но нельзя же ей посвящать двадцать четыре часа в сутки. Как ты там говорила? Утро вечера мудренее.
— Ага...
— Ну вот и давай, отдыхай. И не отшивай Егора, если он тебе правда нравится. Скажи ему с утра всё, что о нём думаешь. Честно.
Но уже рано с утра реальность основательно напомнила нам, почему разговоры о том, как ловить и пытать жорских главарей сейчас намного актуальнее обсуждения подростковых романтических проблем...
Глава 8. Особенности региональной политики
Солнце, медленно выползавшее над горизонтом, ещё совсем не слепило. И мы с двумя Игорями без проблем провожали взглядами и прицелом пулемёта нашу небольшую поисковую экспедицию. Дежуривший на этом посту паренёк уступил мне место и я прильнул к оптике оружия, внимательно оглядывая окрестности затопленного городка.
Внизу, в небольшой пластиковой плоскодонке, отплывавшей на поиски нужного софта, кроме Жука и Сани, находился весь остальной отряд под командованием Егора. Макс и Васёк сидели на вёслах, а Белый залёг на носус автоматом наготове.
— Нормально вы тут, всё-таки, окопались... — С утра мы с Игорем сначала зашли на склад, где я смог оценить запасы их провианта и патронов. — Хотя Саня говорил, что к вам никто, кроме единичных жор, до сих пор не совался...
— Ты, я слышал, зимой в городах не был да? — Молодой пилот глянул на меня с некоей долей скепсиса. И, как мне показалось, гордыней.
— Нет.
— Если бы был — то и сам бы так укрепился при первой возможности. Большинство детей, конечно, попряталось по своим квартиркам. Или вообще оттуда выйти не смогли... Но те, кто решил брать ситуацию в свои руки, были не особо разборчивы с средствах. — Кажется, я услышал в тоне Игоря некий пафос. Дескать, эх ты, деревня, жизни не нюхал...
— Слушай, братишка... Тебе сколько лет было, ну... Скажем... В девяносто третьем? Минус два? — Я поспешил слегка охладить его самомнение и понял, что примерно угадал. — Я тогда был знаком с одним пацаном, который с дружками зарабатывал на жизнь исключительно взломом квартир. И не принимали его потому, что он каждый месяц заносил нехилую долю участковому. А тот ещё и наводил его на хаты побогаче. У коммерсов каких-нибудь или челноков. На тех, у кого и так рыльце в пушку было. И далеко не все бы пошли в ментовку за помощью.