Страница 8 из 10
Золотов начал свой бизнес в лихие девяностые. Бросив медицинский институт, ушёл в дело с головой: создал подпольный кооператив по производству гаражных ворот. Чуйка у него, как оказалось, была отменная! И через двадцать лет кооператив превратился в современное респектабельное предприятие с тремя сотнями рабочих. Успех в бизнесе, богатый производственный и жизненный опыт, в том числе выживания в девяностые, позволяли Доктору думать, что он всегда и во всём прав. Словом, по мнению Дмитрия, Доктор был типичным авторитарным «красным» директором с параноидальным стремлением держать всех и всё под контролем.
«Как было б чудесно, если бы директором стал Максим», – думал Дмитрий, пересекая парковку по направлению к цехам. Навстречу ему попалась Оля из планового отдела. Проходя мимо, улыбнулась так широко и открыто, что Дмитрий сказал ей вслед:
– С меня шоколадка, я помню. С миндалём и хрустящим печеньем! – и он подмигнул обернувшейся девушке.
– И снова ловлю на слове! – ответила она и засмеялась, продолжив свой путь.
Мысли Макарова вновь вернулись к коммерческому директору «Рестостара», сыну владельца. С ним они как-то сразу нашли общий язык, даже напрягаться не пришлось. Максим – молодой человек прогрессивных взглядов, гибкого ума и широкой эрудиции, не боящийся новизны. Готовый думать, анализировать, пробовать и меняться, если потребуется. Не то чтобы он был полной противоположностью отцу, но эта парочка явно друг друга дополняла. Дмитрий даже усмехнулся при этой мысли. Ведь все важные вопросы отец и сын Золотовы решали вместе, и зачастую из-за абсолютной полярности мнений их споры бывали очень жаркими. Именно Максим предложил пригласить специалиста по теории ограничений. Дима знал, что большинство консультантов, имеющих узкую специализацию и предлагающих определённые логистические решения, как правило, ведут речь о том, что необходимо сразу внедрять управление производством по ТОС. Большинство. Но не Шевчук!
Виктор Викторович убедил Золотова, что для начала надо выяснить корневую причину проблем. Вот любил Дима в Шевчуке эти качества – спокойствие и рассудительность!.. Сам же он зачастую хотел бы сесть на коня и шашкой махать, а не деликатно, с чувством, с толком, с расстановкой объяснять тем, кто не понимает, как и что делать, чтобы поняли. Причём так, словно сами додумались, сами нашли суть!..
Так в чём же у нас состоит корневая проблема? Не настало ли время обратиться к результатам работы трансформационной сессии и проверить на деле их актуальность?..
И Дмитрий с головой ушёл в документы, подняв её, только когда раздался звонок из приёмной.
Глава 5. Ребята, не завод ль за нами?!
Итак, по порядку.
Было очевидно, что резка на стороне без гибки приводит, во-первых, к хаосу, во-вторых, к огромному проценту брака. Требования к пищевой нержавейке по зеркальности, шероховатости довольно строгие. И при транспортировке нарезанных заготовок возникали проблемы. Небольшая царапина – и всё, деталь нужно отправлять в брак. А когда приходила машина с заготовками, рабочие тратили огромное количество времени на их сортировку.
Вставал резонный вопрос: почему рабочих так мало волновала проблема брака? Им было всё равно, есть на продукции царапины, заусенцы или нет. Перед каждым рабочим словно стояла только одна задача – обработать заготовку и протолкнуть её в следующий передел, какой бы она ни была. Странно… Ну правда, если уж ты делаешь работу, ты ведь хочешь, чтобы она не была бессмысленной? Пустой тратой времени? Если только… Если только деньги не являются твоей исключительной мотивацией. Ведь за эту «работу» тебе заплатят в любом случае… Да-а, в этом Доктор прав, когда он говорит, что рабочим на всё наплевать, кроме зарплаты. Главное – что заплатят за обработку. А уж всё остальное… И так по всему потоку. В итоге брак благополучно доходит до клиента. А там уж – понятно что.
– Так почему же, Семён Петрович, им наплевать на всё, кроме зарплаты, а? – пробормотал себе под нос Дмитрий. Для него теперь ответ был очевиден. Однако для владельца «Рестостара» – совсем нет.
Надо отталкиваться от конкретных фактов, подумал Дима. Буду апеллировать к цифрам, и Доктору некуда будет деться. Что там с выработкой? Кто у нас впереди планеты всей и почему? Поскольку оплата сдельная, можно посмотреть выработку по каждому человеку за две тысячи девятнадцатый год. По этим цифрам нельзя понять, насколько рабочий профессионал, но по крайней мере понятен его вклад. Дима занялся графиками гибщиков.
Скоро стало ясно: больше всех вырабатывали те самые родственники-киргизы, не посмевшие ослушаться отца. Так он, Дмитрий, и думал. Но пристальное изучение их графиков показало, что работали они не быстрее, а больше всех. Просто братья работали на свой карман: сверхурочно, по двенадцать-четырнадцать часов кряду, практически без выходных.
Что происходит теперь? Теперь, во-первых, никто не работал по четырнадцать часов; во-вторых, девять человек были учениками; и, в-третьих, большинство учеников работали медленнее. Ох уж эта проблема старейшин и вечных учеников! Нет, с этим надо срочно что-то делать!
Дмитрий вспомнил байку, которую на днях ему рассказал один из старейших мастеров, что работал у Золотова почти со дня основания завода: «Знаешь, как муравьи тлей специально пасут, чтобы их потом доить? Так и у нас старые рабочие за счёт учеников живут».
И тут же по ассоциации вспомнилась запавшая в душу Димы чья-то цитата, он забыл, откуда она: «Есть производство на склад, есть производство под заказ, а есть производство под зарплату». Одно слово, как сказала бы нынешняя молодёжь, – жесть.
Размышляя на тему оптимизации производства на гибке, Дима сделал два вывода. Первый: процесс нахождения нужных деталей был долгим и непродуманным. Ведь операторы сами ходят за деталями. Вернее, они тщательно выискивают в пирамидах самые выгодные для себя детали, и это отнимает очень много времени. Предстояло решить вопрос сокращения времени и отказа от практики «срочных» заказов. Надо было убить двух зайцев одним выстрелом. И Дмитрий уже понял как.
Второй: поиск чертежей и создание проводок занимали непозволительно много времени. Как лично выяснил Дмитрий, операторы по пятнадцать-двадцать минут тратили на поиск необходимых чертежей в своём АРМе (автоматизированном рабочем месте). Мало того, в том же АРМе они ещё сами делали проводки после каждой обработанной заготовки. Предстояло сократить время поиска чертежей и упразднить обязанность делать проводки.
С первой задачей исполнительный директор справился довольно быстро: он придумал заготовкам «ножки». Их функцию выполнял специально выделенный рабочий, который подвозил на станки необходимые заготовки на тележке. Естественно, согласно чёткой хронологической очерёдности заказов.
Вторая задача решалась чуть медленнее, поскольку здесь трудно было обойтись человеческим фактором. Вот если бы можно было просто набрать какой-то код – и нужный чертёж тотчас появлялся на экране…
И в светлой голове исполнительного директора родилось простое, как всё гениальное, предложение: нужно использовать цифровые технологии и гаджеты. В двадцать первом веке живём, ёлки-палки!.. Просто установить у каждого станка планшет или монитор, с помощью которого рабочий мог бы моментально, например, отсканировав штрихкод детали, получить на экран её чертёж. Ну и передать проводки отдельному человеку, чтобы операторы не тратили на них время.
(Забегая вперёд, надо сказать, что уже в середине мая операторы станков перестали делать проводки. Программное обеспечение для просмотра чертежей ещё предстояло создать. Но даже передача проводок позволила существенно увеличить выработку на участке. И вновь это можно было считать маленькой, но ощутимой победой.)
Пока же Дмитрий припоминал, что говорил Шевчук о результате пятидневной стратегической сессии на основе инструментов Голдратта, где работали владельцы и ключевые сотрудники «Рестостара». Как он сказал? Результат оказался для них, мягко говоря, неожиданным. Корневое противоречие всего предприятия звучало издевательски: наши усилия и действия по обеспечению выполнения заказов в срок конфликтовали с действиями по обеспечению заработка рабочим! И виной всему – бесконечная вера в чудодейственную пользу сдельной оплаты труда. Та-дам!..