Страница 72 из 79
Не обращая внимания на крики зрителей, младший, не выходя на ристалище начал делать странные движения руками. В конце, вытянулся в струнку, медленно поднял разведённые в стороны руки, вверху сложил руки и начал опускать их ладонями вниз. На уровне груди с резким выдохом бросил их вниз. Его тело содрогнулось и Ладе показалось, что воздух вокруг него дёрнулся, пойдя волнами, как над пыльной дорогой в жаркий летний день. А он сам на миг стал полупрозрачным, позволяя увидеть стоящих за его спиной зрителей, не четко конечно, примерно как если смотреть через слюдяное окошко. Силуэты видны, а толком не разобрать. Девушка удивлённо посмотрела по сторонам, пытаясь понять реакцию окружающих на такое чудо, однако, остальные вели себя как ни в чём не бывало.
Между тем, после этого случая рисунок боя разительно переменился. Младший стал кружить вокруг своего брата великана, изредка взрываясь двумя-тремя ударами, пробуя на прочность его оборону. Нашёл. Зачерпнул носком сапога песок ристалища, хлёстким движением голени бросил его брату в глаза, попытался ударить ногой в голову, наткнулся на его предплечье, тут же присел и провернувшись на одной ноге, второй сбил Алексея с ног. Видя такое коварство зрители разразились негодующими воплями, призывая индийца преподать подлецу урок.
Великан, словно послушавшись, ринулся в атаку. Двигался он с поразительным проворством, быстро прижимая рваную рожу к ограждению, не давая возможности сместиться в сторону. Казалось ещё вот-вот и младший вновь проломит собой доски ограждения. Алексей показал удар правой, а сам ударил левой. Наверное это был отличный удар, если бы достиг цели. Противник чудом вывернулся, подпрыгнул, оттолкнулся ногой от ограждения, взлетел ещё выше, перевернулся с одновременным разворотом пролетая над головой Алексея. Падая на землю, умудрился ударить брата двумя ногами в спину, ещё раз кувыркнуться и удачно приземлиться на четвереньки. Теперь уже великану пришлось проломить ограждение и сбить с ног зрителей в первых рядах.
Полёт сквозь ограждение не прошёл для индийца бесследно, платок которым он повязывал голову пропитался кровью так, что уже не мог её сдерживать и её струйки стекали на песок ристалища. Не обращая внимания на ранение, он бросился в новую атаку на брата, показывающего ему по три пальца на каждой руке.
Да ведь они ведут счёт, догадалась Лада. И похоже, что им не интересна конечная победа, а важен лишь сам процесс. Происходящее их просто забавляет. Не так, как других мужиков, проверить собственные силы, показаться народу. У этих двоих словно шёл давний спор, не о том, кто из них лучше, а о превосходстве разных подходов к ведению поединка. Оба брата оказались большими знатоками кулачного боя и если старший подавлял размерами, силой и хитрыми ухватками, то младший противопоставлял ему нечеловеческую ловкость и быстроту. И хоть при счёте семь — семь, оба были заляпаны кровью с ног до головы, а при двенадцать — десять уже еле двигались, это был без сомнения самый интересный бой, какой Лада видела на ристалище.
Жаль, что принёс он ей разочарование да разорение. Когда сами братья уже сбились со счёта, а двигались не быстрей слизняков, что жрут на огороде капустные листья, бой закончился. Оба бойца в очередной раз нанесли друг другу несколько ударов, от которых оба и упали. Младший поднялся чуть раньше, и как только Алексей оторвал от земли руки, но ещё не разогнулся, схватил его руками за голову, давя вниз, а снизу ударил коленом. Снова упали оба, но подняться смог только рваная рожа.
Многие тогда считали, что победил он нечестно, хотя и продемонстрировал невиданное доселе мастерство. Другие наоборот, не находили в том как он дрался ничего предосудительного, лежачего не бил, удары которые могут человека покалечить специально не выцеливал. А что песком швырялся, не хорошо конечно, но в правилах сие не оговорено. Удар принесший ему победу, тоже достойным назвать нельзя, но и подлости в нём не было. Это лежачего бить нельзя, а брат его встал уже, стоячего можно.
Ни кого из зрителей бой не оставил равнодушным, в некоторых местах между спорщиками доходило до драки. У столов, где бились о заклад происходило вообще нечто невероятное. Ставки были четыре к одному на Алексея и некоторые прозорливые граждане неплохо поднялись на такой разнице. Лада печально вздохнула и посмотрела на кусочек бересты, где была записана её ставка, два резана четыре ногаты, на Алексея индийца. Кинув его на пол, устланный точно такими же, и полная печальных мыслей о ближайшем будущем побрела к выходу. Питаться им придётся исключительно объедками из трактира. Да ещё и долг на ней повис, хуже некуда.
Наверное так бы всё и продолжалось, были бы однообразные дни, заполненные беготнёй между кухней и обеденным залом, криками «эй, малёк, ещё пива», если бы на глаза ей не попался листок приклеенный к стене трактира. На нём рукой опытного писца, ровными красивыми буквами было написано объявление. На постоянную работу требовался писец. Все желающие могли попробовать себя в субботу и воскресенье, дальше шло описание дома где-то на Людином конце. Единственное, смущала плата за работу. Слишком мало для писца, который на жизнь зарабатывает переписыванием книг и ведением документов. Вон, писцы при посаднике и архиепископе, ни в чём нужды не знают, одеваются словно крепкие купцы, пьют только сладкое греческое вино. По труду и оплата. Здесь же, предлагали много меньше, но с другой стороны, не сравнимо больше, чем она получала в кабаке. Разом могло решиться множество проблем, мать перестала бы прясть днями и ночами, да и ей самой работа в трактире уже поперёк горла стояла. Так кто мешал попробовать?
В субботу придти наниматься не вышло, в воскресенье получилось только после обеда. Пока искала нужный дом, всё боялась, а как уже поздно и уже нашли человека. Но нет, страхи её оказались напрасными, когда она рассказала холопу открывшему ворота за чем пришла, он прежде чем провести её в дом, предупредил, что работать предстоит за городом шесть дней в неделю. За городом, так за городом, всё не трактир. Получив согласие, пропустил Ладу во двор, где начались первые странности. Впереди, за старыми яблонями высился богатый дом, с огромными окнами из прозрачного стекла. Окна были столь огромны, что при необходимости Лада могла бы с лёгкостью пройти сквозь них, для чего ей пришлось бы лишь слегка согнуться. В самом доме, было просто невероятно светло, и не смотря на такие окна, на удивление тепло. Убранство комнаты тоже резало глаза непривычным видом, вместо привычных сундуков, на стенах были устроены маленькие полати, на которых стояло много дорогой стеклянной посуды. В место лавок — стулья с высокой спинкой и два низких, каких-то несуразных стула, обтянутых волчьим мехом. Подробней рассмотреть странную комнату она не успела, появился хозяин. Им оказался Милан корабельщик, на мгновение сердце у Лады сжалось от страха. А ну как узнает, всё-таки видел её не раз, и дома у них бывать доводилось, пока строил ладью для отца. Но нет, не узнал в мужском наряде, лишь скользнул равнодушным взглядом и велел становиться к подставке для письма, показывать умение. Тут ещё раз удивил, сказал, что два основных требования — писать на слух быстро и без ошибок. Красота букв не важна, пиши хоть как курица лапой, только делай это быстро и правильно.
Довольно странное требование для писца, читать написанное которым предстоит разным людям, в том числе и малограмотным. С другой стороны, если за это платят, то ей то какая разница, быстро, так быстро. Но оказалось, что быстро в понимании корабельщика, это чуть ли не бегом. Прикладывая всё старание, Лада поначалу всё равно еле успевала за ним. Потом ничего, втянулась, даже обратила внимание на то, что пишет ни на выделанной коже, а на странном гладком материале. На котором случайные капли чернил сильно расплываются, а не рассчитав с силой нажатия можно запросто порвать лист.
Наконец испытание кончилось, Милан забрал у неё исписанный лист для проверки. Через некоторое время удовлетворённо кивнул, похвалил за грамотность и сказал, что для работы сгодишься. Предложил подождать, так как скоро должен подойти человек, для которого она будет исполнять работу. Не дав ей ответить, Милан взглянул в окно и улыбнувшись сообщил, что ждать не надо, он уже пришёл.