Страница 43 из 79
Присмотреться к странной компании ему не удалось, народ на трибунах еще более оживился, Вячеслав пихнул его в бок привлекая внимание к происходящему. Видимо на ринг вышла местная звезда. Подтверждая его догадку, на песке показался подполковник, а толпа на трибунах просто вскипела эмоциями. Олег сломя голову, чуть ли не по головам зрителей, бросился к углу, откуда ему отчаянно семафорил Вторак. Не иначе, как там ставка интересней. И точно, Вторак стоял рядом со здоровенным мужиком в расшитой серебром не то куртке, не то пиджаке, когда к ним протиснулся менеджер, они после короткого разговора ударили по рукам.
Между тем, ведущий уже объявил имена участников, противником Алексея был некий «Невзор княжий вой», а его самого объявили как «гость из Индии». Если под словом «вой» имеется ввиду военный, то должно быть забавно. Можно сказать, повезло присутствовать при историческом событии, воины разных эпох сойдутся в единоборстве. Кто кого, княжеский дружинник из двенадцатого века или офицер военной разведки из двадцать первого? Спешите сделать ставки. Обалдеть, мечта любого промоутера.
Поединок выдался не особо продолжительный, наверное и минуты не прошло, как офицер военной разведки смотрел на мир одним глазом размазывая по морде кровавые сопли, а княжий вой, пропустивший в печень хрипел на песке. А что началось в зале… Граждане явно ожидали видеть на песке другое тело. Здоровяку в серебре аж поплохело, мужик изменился в лице и судорожно дернул ворот. Скоро узнаем на сколько он попал, но по лицу видно, сегодня у него если не дефолт, то где то рядом. Пожилой джентльмен с девицей наоборот пребывали в радостном возбуждении. Похоже, угадали на кого ставить. Ну и конечно два товарища, строитель и кормчий лучились от счастья, просто сверкали как бляха на солдатском ремне перед строевым смотром.
Парни остались получать выигрыш, а Рябушев с Величкиным и Алексеем отправились домой. По пути заглянули к колодцу, сделали примочки, для Лешкиных носа и глаза.
— Как понимаю, сегодня первый серьезный противник? — поинтересовался Вячеслав.
— Пожалуй так и есть.
— Как оцениваешь местных и не пора ли завязывать с опасным заработком. Сам видел какие цены на стекло, поднимемся и без увечий.
— Местные молодцы, техника довольно примитивная, но сильны, быстры и выносливы. Про подбитый глаз даже не думайте, в прошлой жизни рисковал значительно больше и за совершенно смешные деньги. Сегодня ставки были четыре к одному против меня, значит парни деньги будут нести мешками. — Алексей задумался, потом продолжил но уже с грустью. — Да и халява скоро закончится. Это сегодня, выходной, народу много, а в будние дни работаем за пять процентов, скоро будем у грани рентабельности. А еще несколько громких побед и станет просто не выгодно, местные не дурнее нас с вами и деньги считают не хуже. По поводу поднимемся, не забывайте, нам еще организовать с нуля производство бумаги и печатный станок. Наш счетовод уже сейчас плачет в подушку, по его предварительным расчетам сумма получается совсем уж неприличная.
— Так может рациональней вложить в другое дело, думаю прядильный и ткацкий станок выйдут проще и быстрей окупятся.
— Вячеслав Леонидович, — подполковник рассмеялся, — ну где вы видели военного, который поменяет новую военную игрушку на машинку с нитками. Финансовый воротила кстати, то же считает, что надо вооружиться до зубов, времена нынче еще более незамысловатые, чем наши девяностые. При информационном голоде у местных, печатное слово оружие просто невероятной мощи.
Теперь, только представьте, сделали вы прядильный и ткацкий станок, а у местных женщин, с наступлением темноты, основное занятие веретено крутить. Сколько людей останется без работы, а у всех дети, которых кормить надо. Как вы думаете, через сколько, и куда нам этот станок плашмя засунут. И знаете, в нашем мире прецеденты были. Первая русская типография сгорела именно по этому. Уж очень много народу кормилось с переписывания книг. В Британской империи случалось и похлеще, не просто беспорядки, а целые восстания против внедрения машин. Правда, у просвещенных мореплавателей все решалось просто, присылали солдат, с ружьями, часть недовольных вешали, часть отправляли исследовать Австралию, остальных прикладами загоняли на фабрику.
Здесь ситуация иная, армия представлена княжеской дружиной, которую нанимает город для отражения внешней угрозы. Как только они суют нос во внутренние дела, их выгоняют и нанимают новых. Все внутренние проблемы решаются самими гражданами. Ну а как они их решат, если мы фактически запустим руку в их карман, думаю понятно. Нам надо крайне осторожно с техническим прогрессом.
Так не заметно вся компания подошла к дому, куда как раз подошли Вторак с Олегом. У них и правда был мешок, даже два. Рябушев в удивлении поднял брови, сколько же они сегодня заработали? К сожалению, все оказалось не так хорошо, как виделось издалека. В место серебра, мешки были набиты мехами, полученными в качестве оплаты за ставку. Тот здоровяк, знакомый Вторака, оказался торговцем пушниной и расплатился товаром за свою страсть к азартным играм. В этот раз заработали действительно прилично.
Ознакомившись со спросом на стекло, решили вопрос не затягивать, а сразу обучать попаданцев новому делу. Перед обедом, на который по случаю выходного дня собралась большая часть народа обитающего в доме, Вячеслав преподнес хозяевам подарки, чем мягко говоря, вызвал некоторый шок. Во время работы, он даже не задумывался о возможной их стоимости, на рынке ничего подобного они не встретили, по этому странное поведение Вторака было воспринято обычным чудачеством. Но побелевшие лица хозяев расставили все по местам. Как выразился Милан «княжеский подарок».
А еще через два дня мужики блестяще реализовали свой преступный план по перераспределению финансовых ресурсов и пришла пора обзаводиться недвижимостью.
Новгородский посадник Будимир Святославович был невесел, что-то странные дела происходили последнее время вокруг Господина Великого Новгорода. В Залесье, владимирский князь Андрей, прозванный народом с подачи прикормленных церковников — Боголюбским, в большую силу вошел. И посматривал хозяйским взглядом как на Русь, где после смерти Изяслава Мстиславовича не было сильного хозяина, так и на север. А что творилось на всех волоках этим летом, вообще уму не постижимо. Создавалось впечатление, что все тати разом решили уничтожить новгородскую торговлю. Если не могли взять добро, то старались нанести как можно больший ущерб, не останавливаясь ни перед чем. И в районе волоков разгорелась настоящая война. Гибли люди, горели ладьи, разорялись купцы.
Посадник был ещё не стар, но уже и далеко немолод. Много чего повидал в этой жизни и много где побывал. Бывал в местах, где летом не бывает ночи, а по морю плавают ледяные острова. Был и у Гроба Господня в Иерусалиме, где летом так жарко, что на камнях запросто можно приготовить яичницу. Видел каменные города франков утопающие в собственных нечистотах и огромные города булгар где в домах окна из разноцветного стекла. Опытен был новгородский посадник и умел не только смотреть, но и видеть, не только слушать, но и слышать. И все, что сейчас он видел и слышал, говорило, нет, вопило о злонамеренности. А все ниточки вели в один белокаменный замок не далеко от Владимира. В Боголюбово.
Дверь в комнату отворилась и в нее бесшумно проскользнул один из холопов. Посадник поднял бровь в молчаливом вопросе.
— Всемил Романович пришёл, господин.
— Ну так приглашай и на стол собери.
Вышколенный холоп так же бесшумно исчез, в место него в комнату вошёл мужчина, примерно одного возраста с хозяином, только седых прядей в бороде у него было заметно больше. Но в отличие от грузного посадника, гость сохранил все ту же юношескую стать. Потому, что был он больше воином, нежели новгородским боярином или купцом. По молодости лет не пропускал он ни одной княжеской распри, и не было серьезной драки, где бы он не участвовал. Но кроме беспокойного характера и крепкой руки, имел он изрядный запас здравомыслия, благодаря которому вовремя остановился, не остался лежать в братской могиле, а был избран новгородским тысяцким. И теперь посаднику был нужен совет именно воина. После приветствий и разговоров о здоровье, дождавшись пока слуги накроют на стол, начали разговор о деле.