Страница 4 из 43
Алан встряхнул мысли и посмотрел на дно стакана. Какое ему до этого дело?
Ханна права. С каких пор он бегает за девчонками? Может, с тех самых, когда они теряют у него свои вещи.
На самом деле, это происходило уже множество раз. Девушки, с которыми он проводил жаркие ночи в гостинице, оставляли ему разного рода… Послания. Белье, пошлые записки, и номера телефонов, намалеванные губной помадой на зеркале ванной. Но максимум, где могли найти применение эти вульгарные жесты — это мусорное ведро в той же гостинице. Здесь же… Что-то подсказывало, что дело совсем не в этом девчачьем кулоне. На самом деле, ему было все равно на него. В таком случае назревает ещё интересней вопрос: почему он торчит здесь?
Бросив купюры на стол, Алан отодвинул стул, выпрямляясь. Это просто глупо.
Повернувшись, он пошел к выходу, обминая танцующие тела. Несколько девушек по пути строили ему глазки и призывно улыбались, но он не заинтересовался ни одной из них. Не сегодня.
Алан вышел в вестибюль, почувствовав крепкий толчок в плечо, явно мужчины. Он обернулся ему вслед, и его взгляд наткнулся на взмах черных волос и кусочек девичьей руки, нырнувшей в толпу. В последний момент он успел перехватить эту руку, и дёрнул к себе тонкое запястье с браслетом в виде золотого сердца. Девушка ахнула и качнулась к нему, между ее бровями образовалась складка и она открыла рот, собираясь высказать свое возмущение, но внезапно она застыла, словно впала в ступор.
Ее глаза стали больше, а дыхание сбилось. И он увидел в них знакомый цвет. Карий.
Она вдруг посмотрела на него так, как будто кто-то напомнил ей что-то, что она тоже забыла.
Его глаза расширились.
— Дженна, ты идешь? — раздался голос где-то вроде бы рядом, но далеко, как и приглушённые басы музыки из холла.
— Дженна? — прозвучало снова уже гораздо ближе, словно отрезвляющая пощёчина, заставляющая понять, что обращение направлено именно к этой девушке.
«Э.К.»
Алан моргнул и отпустил ее запястье, разочарованно выдохнув.
— Прошу прощения, — он отвел взгляд, натыкаясь на подоспевшую к этой девушке короткостриженную фурию, которая вдруг округлила рот и зажжённые, как две спички глаза, словно увидела перед собой кумира.
Алан отступил и развернулся в другую сторону, смаргивая необычное совпадение. Наверное, ему показалось. Да, ему показалось.
3
Днём ранее. Дженна
О Боже.
Дженне казалось, будто ее желудок скрутили в крошечную узкую спираль, обливая его обжигающим потоком кислоты. Ни разу ещё она не чувствовала себя так паршиво.
— Если я когда-либо снова захочу это сделать, напомни мне об этом положении, — сказала она захрипшим голосом. — Ты слышишь меня, Рэйч?
— Да слышу, слышу, — отмахнулась Рэйчел, ее взбалмошная короткостриженная подруга, собирая длиннющие волосы Дженны и придерживая их позади. — За последние двадцать минут ты повторила мне это восемь раз.
Дженна простонала и наклонилась над чашей унитаза, ощутив новую волну тошноты. Её голова раскалывалась и не осталось даже сил, чтобы ответить. У нее даже не было сил, чтобы просто продолжать блевать. Она так устала.
— В конце концов, никто не заставлял тебя пить, — сказала Рэйчел.
Дженна стрельнула взглядом в свою подругу.
На самом деле, был кое-кто, кто заставил ее это сделать.
Не в буквальном смысле, но как ещё Дженна могла справиться с тем, что увидела вчера? Ее парень, которому она собиралась отдать девственность, изменил ей с Маргарет — крашеной блондинкой с длинными ногами, искусственной грудью и мозгами улитки.
Идя на поводу эмоций, Дженна сбежала ночью в клуб, где впервые в жизни попробовала алкоголь.
Боже, это был самый глупый поступок, который она когда-либо совершала. Если бы ее отец узнал об этом, как и про ее тайную ночную вылазку, ей бы сильно досталось.
Дженна застонала из-за воспоминаний и поднялась, делая вдох на полную грудь. Через секунду она застыла и ахнула, расширив глаза.
— Дженна? — Рэйчел подалась вперёд, схватив ее за плечи. — Что такое? Тебе плохо?
Дженна покачала головой, не зная точно, как правильно сказать.
— Рэйч… Я… Мне больно, — сказала она, заметив, где именно была эта боль. — Черт, мне больно! Там, внизу, — ее голос понизился и затух.
Рэйчел отпустила ее плечи и округлила глаза, в которых через мгновение отобразилось осознание.
— То есть, ты хочешь сказать, что…
— Я не знаю, Рэйчел! Боже, я… — она запнулась и ахнула, ее желудок снова вздрогнул, посылая тревожное предупреждение.
Вспышки одна за другой наполнили ее разум, накладываясь размытыми пятнами.
Черные глаза напротив. Соблазнительный смех, обнажающий ряд белых зубов. Рука, скользящая по ее бедру. Шепот на ухо. Мурашки по телу. Дыхание, обжигающее кожу. Настойчивые губы врезаются в нее. Жар. Головокружение. Ее пальцы в густых, шелковых волосах. Рывок. Полнота. Боль.
— О, Боже, Рэйч, — Дженна ахнула, когда осознание пронзило ее. — Я переспала с парнем. То есть… Я даже не помню, кто это был! Что я наделала?.. — на глаза навернулись слезы и она всхлипнула, посылая абсолютно беспомощный взгляд Рэйчел.
Глаза подруги вспыхнули, как две спички.
— Обалдеть! — выдала она, увеличивая глаза к размеру блюдец. Через секунду она встряхнула головой, будто выдергивая себя из бурления эмоций. — Так, тихо, — скомандовала Рэйчел. — Давай для начала успокоимся, ладно?
Дженна отрицательно покачала головой.
— Ты не понимаешь, — она яростно всхлинула и сглотнула из-за желания снова вырвать. — Я даже не помню использовали ли мы защиту, — эта мысль только усилила перекатывание ее живота. — Вдруг он чем-то болен? Или… — Дженна не договорила, почувствовав, как ее сердце сильно ударилось о ребра из-за того, что она хотела озвучить.
— Не знаю, как насчет первого, но вероятность забеременеть с одного раза равна пяти процентам, — сказала Рэйчел, успокаивающе поглаживая ее по спине. — Давай ты сначала примешь холодный душ, успокоишься, и мы придумаем, как действовать дальше, — Рэйчел подтолкнула ее в спину, и Дженна покорно ступила вперед, но как бы там ни было, эти слова не слишком ее утешили.
Она почувствовала, как на глаза вновь навернулись слезы. Девушка мечтала, чтобы ее первый раз был осознанным и по любви, с человеком, которому она сможет доверить не только тело, но и душу, с которым они по-настоящему будут любить друг друга. Но теперь это все было бесполезно.
Что она наделала?
*****
— Ты одна здесь? — трескуче-елейный голос воткнулся иголкой в пузырь громогласной музыки.
Дженна подняла лицо от своего напитка и моргнула, пытаясь сосредоточиться.
— Я наблюдаю за тобой весь вечер, — приняв ее молчаливое разглядывание, как подбадривающий пинок, парень облакотился о барную стойку перед ней. — Потанцуем?
Дженна моргнула от видения, сосредотачиваясь на своем отражении. Красные пятна покрыли ее щеки и лоб, волосы спутались, устраивая беспорядок на ее голове, а карие глаза смотрели на нее из зеркала по-другому. Может быть, это как-то связано с тем, что она потеряла девственность? Что ж, теперь она может назвать себя женщиной. Падшей женщиной.
Дженна застонала и сползла на землю, прислоняясь щекой к стенке ванной, охлаждающей ее разгоряченное тело. Она закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, сосредотачиваясь на внутренних ощущениях. Её желудок снова болезненно сжался, напоминая ей о том, сколько она выпила.
— Потанцуем?
Дженна тихо вздохнула и опустила взгляд на болтающуюся голубую жидкость в стакане. Вынув соломинку, она выпила почти заполненную ёмкость залпом и пригвоздила стакан к столу.
— Прости, мне нужно в уборную.
Она спрыгнула со стула и споткнулась, случайно упав на парня.
— Я вижу, тебе нужна помощь, — быстро среагировал он, обхватив ее за талию.
В щеках стало жарко. В носу закружил запах его духов, и она почувствовала, что ее сейчас стошнит.
— Отпусти, — пролепетела Дженна, почувствовав усиление давления в талии и кружение в голове.