Страница 9 из 21
Эльдеру стало немного стыдно, что он обидел юношу, в то время как тот помог, подлечил и вообще ничего дурного не желал. Но его положение не изменилось – он по-прежнему пленник в руках врага и проявлять своё великодушие не собирался.
– Ты позоришь меня каждым словом, – произнёс Лин-Синг. Без злости, а с обречённой усталостью. – Ю хороший мальчик, незаконный сын императора и невероятно сильно одарён магически. Многие дувэйи уверяют, что он сильнейший за последнее столетие.
– Незаконный сын – это как? – без особого интереса спросил Эльдер.
– Он был рождён от наложника, но, прежде чем император успел заключить с омегой брак, тот умер. Ю-Сун никогда не сможет носить нашу фамилию. Он мой племянник и воспитанник, но получит право наследования, только если вся имперская семья погибнет.
– А при каких обстоятельствах может наследовать младший муж? – встрепенулся Эльдер, и в глазах его сверкнул огонь.
– Ни при каких. – Лин отодвинулся в сторону, напрягся. Страх альфы раздражал лесного и вызывал нездоровые желания.
– Передай ему мою благодарность. За лечение.
– Поблагодаришь его сам, когда мы доберёмся до дворца.
На ночлег остановились лишь поздней ночью. Все до единого в их огромной процессии не жалели ног, спешили поскорее добраться домой, где солдат ждали мягкая постель и любимые мужья. Лину не спалось, он не мог дождаться возвращения, и ему казалось, что он ощущает запах свежей травы, цветущих садов и ароматы фруктов. Сквозь медные облака замечал лазурное небо, песок стал твёрже и постепенно исчезал, преображаясь в засушливые равнины. Где-то совсем рядом был его дом.
Тень в его шатёр проскользнула незаметно. Лин обнаружил Эльдера, когда тот замер прямо напротив его постели. Как он обошёл свою охрану и обманул телохранителей цзедуши – думать не хотелось. Рука метнулась к изголовью, где под подушками Лин прятал меч. Но омега не нападал – если бы Эльдер желал ему смерти, давно бы прикончил, воспользовавшись своей бесшумностью и идеальным зрением.
– Что ты тут забыл? – Лин всё же сжал эфес и держал его под покрывалом, стараясь не показать омеге своего страха.
– Пришёл, – выдал он очевидное и скинул с плеч бурку. Под ней омега был наг, обнажённое крепкое тело в слабом свете луны казалось каменным изваянием – крепким, жилистым, с ярко выраженными мышцами и широкой костью. – Я попросил твою стражу отвести меня к тебе, и они всё сразу поняли. – В глазах Эльдера читалась решимость, и Лин догадался, что он пришёл торговаться – своё тело или послушание в обмен. Только что этот чудовищный омега мог попросить?
– Тебе не нужно этого делать, – попытался остановить его Лин, но Эльдер уже метнулся под покрывало и замер на спине, поблёскивая глазами, как дикий паллас.
– Я проиграл тебе, муж, – произнёс он с вызовом. – Ты можешь получить, что желаешь!
– Почему ты думаешь, что я этого желаю? Что я вообще хоть немного желал тебя в свою постель? – в лоб спросил Лин, и омега почему-то обиделся, сел к нему спиной и недовольно рыкнул. – Я не собираюсь ни к чему тебя принуждать. По законам альфа должен приглашать мужей в свою постель три раза в неделю, распорядитель Мао следит за этим со строжайшей ответственностью, но у меня есть и другие омеги. А ещё в покоях старшего мужа необязательно делать то, что причинит нам обоим неудобства.
– То есть трахать ты меня не собираешься? – с вызовом вскинул Эльдер подбородок.
– Эль, – по-свойски и вместе с тем покровительственно обратился к нему альфа, – я знаю, что нежеланен для тебя. И ты мне не приглянулся. В наши совместные вечера я не притронусь к тебе, позволю просто отдыхать в моей комнате. И не буду настаивать ни на чём.
– Вот как… – Эльдер поднялся, сверкнув более светлой кожей на крепких ягодицах. – Что ж, меня это устраивает, – омега произнёс это тише и с явным разочарованием.
Очевидно, так же, как и Лин, он, подчиняясь традициям, хотел отдаться альфе, победившему его в бою. Но Лин не чувствовал себя победителем. Как бы Эльдер ни был силён, он всего лишь омега, и в тот момент был изнурён прошлым боем, ослаблен ранами. Победа была нечестной.
– Мы можем договориться, Эль, – попросил альфа, смотря, как тот кутается в покрывало. – Я понял, что с тобой имеет смысл договариваться. Я не буду настаивать на соитии, ты же пообещаешь не убивать моих домашних и родных. Всё очень просто, Эльдер.
Эльдер вскинул голову и коротко рассмеялся.
– Ты так боишься, что я прикончу твоих изнеженных омежек? Это не в моих правилах! – вспыхнул он. – Как бы ни сложились обстоятельства, я прекрасно понимаю, на что похожи твои домашние – это не воины, а подневольные рабы, и наказывать их за глупые традиции вашего народа я не собираюсь.
– Договор касается не только моих мужей…
– Прикончить альфу исподтишка – низко! – перебил его Эльдер.
– А убить моего палласа, беспомощного и привязанного, значит, не низко?! – вспылил Лин.
– Я разозлился на тебя! – омега ненадолго замолчал. – Это был глупый поступок, я поддался импульсу. Нужно было прирезать твою стражу.
Как бы некрасиво это ни звучало, Лин понял, что его грубый и невоспитанный омега таким странным образом извинился.
– Для этого тебе не хватило бы навыков.
– Спорим? – Эльдер тут же нагло усмехнулся, но Лин даже не стал продолжать разговор, поднял ладони, показывая, что не затронет больше эту тему, и младший муж тоже успокоился. – Ладно, я понимаю, что ваши традиции не позволят мне прогуливаться по городу в удобной одежде, махать мечом на турнирах, охотиться… чего ещё ты меня лишишь?
Лин с подозрением посмотрел на принявшего своё положение Эльдера. В его покорность он не верил, понимал, что опальный принц пусть не идеальный стратег и не искусный манипулятор, но всё же воспитывался при дворе и знает тонкости политики. Подобные вопросы – просто очередной шахматный ход.
– У тебя будет огромный дом, зал для тренировок…
– Фехтования?
– Танцам! Ты будешь обеспечен хорошей одеждой, отлично питаться, отдыхать во дворе, общаться с другими мужьями и наложниками.
– То есть бездельничать и обжираться?
Лин закатил глаза, не зная, как ещё втолковать глупому лесному эльфу, что омеги в его стране – нежные и милые создания, предназначенные для любви и радости. Он прекрасно понимал, что Эльдер никак не впишется в компанию наложников императора, что общество светлых омег быстро ему наскучит, и тогда тот возьмётся за оружие, снова начнёт брыкаться, и закончится всё его казнью.
– Ты должен смириться и жить так, как уготовила тебе судьба. Ничего уже не изменить – ты не вернёшься домой, не займёшь трон и не будешь управлять страной.
– Это ты так считаешь, – прошипел Эльдер. – Рано или поздно я отправлюсь домой, свергну Саргер’Рэна и восстановлю былые традиции! Феранией должен править омега!
– Ты, как и остальные лесные эльфы, совсем не ценишь историю, – Лин говорил спокойно, как с ребёнком, хотя омега напротив него полыхал гневом. – Вы прогибаетесь, подстраиваетесь в зависимости от условий и меняете свои традиции из поколения в поколения. Двести лет назад альфы в Ферании находились в более низком положении, чем наши омеги. А ещё за столетие до этого вашим владыкой был альфа. И вот новый виток, теперь Феранией снова правят альфы.
– Если бы не Хонг-Ву, Саргер никогда бы не получил власть!
– Лесные эльфы не раз приходили на наши земли и пытались поставить во главе страны своего наместника. Но ни один омега из наших не сел на трон, даже если бы у него не осталось иного выбора. Омеги почитают альф и не стремятся занять их место. Твой же брат сам предложил сделку.
– А что ему оставалось, если ты прикончил моих родителей и сжёг наши дома? – сжав кулаки, выкрикнул Эльдер.
– Ты сейчас пытаешься оправдать своего брата в моих или своих глазах? – осторожно спросил Лин, и омега, вздрогнув, опустил руки.
– Я не пытаюсь его оправдать, – почти шёпотом ответил он. – Я так сильно его ненавижу за то, как он поступил со мной и моим народом, что готов закрыть глаза на то, как с нами поступил ты!