Страница 18 из 60
Обычная мазанка с глиняным полом, низкими длинными лавками вдоль стен и неистребимым затхло-травяным духом, всегда витающим в таких постройках. Стигмат скорее угадал, чем увидел узкую лестницу, ведущую к квадратному люку в потолке.
— Дром... — задумчиво бормотал он, начиная взбираться. — Дромик...
Хлипкие перекладины громко поскрипывали. Когда он преодолел половину расстояния до чердака, оттуда донесся шум. Тим поднял голову.
Наискось вверх от окна вдруг протянулась широкая полоса света. Стигмат увидел, что из распахнутого люка выглядывает обритая голова. Свет озарил ее; возникла фигура в синих джинсах и синем свитере с жирной буквой «S» на груди. Блеснули два длинных изогнутых ножа. Человек прыгнул, перекладины хрустнули.
Тим присел, одной рукой вцепившись в лестницу, вторую вытянув перед собой. Полоса света опустилась ниже, продолжая озарять их фигуры. Человек навис над Стигматом, замахиваясь кривым ножом. Тим откинулся назад, кончик лезвия царапнул кожу на лбу. Цепляясь за лестницу одной рукой, он неловко взмахнул другой и попал противнику кулаком по колену. Тот вновь замахнулся, и в этот момент сразу три перекладины под ними проломились.
Парень рухнул на пол, рефлекторно подведя руки под тело, чтобы смягчить удар. Раздался такой звук, будто порвалась крепкая материя. Повиснув на лестнице, Стигмат глянул вниз: незнакомец лежал ничком, из середины спины, прорвав свитер, торчал кончик ножа.
Выпрыгнув на пол чердака — полоса света из окна двинулась следом и проникла сквозь проем — Тим покатился в сторону, к наклонной стене. Между балками под потолком, словно огромный нетопырь, висела фигура в джинсах и свитере.
Когда Тимерлен очутился на чердаке, второй противник упал, в полете выхватив из-за поясе кривой нож.
Широкий овал мутного синего света парил в дальнем конце помещения. Дромос — вот, о чем говорил Флеров.
‘Нетопырь’ упал в люк, но успел расставить ноги и попал ступнями на края проема. Он застыл с широко расставленными ногами и раскинутыми в стороны руками, едва удерживая равновесие. Тимерлен обеими руками толкнул парня, заглянув в люк — по лестницы взбиралось еще двое — бросился к фрактальному дромосу
Все трое кубарем покатились вниз.
Транспортный фрактальный дромос, «коридор богов», похожий на вертикально повисшую в воздухе лужу воды, мерцал мутным синим светом, расходящимся мелкой концентрической рябью от его середины.
Если верить связисту из Срединного Домена, сейчас в нежилых полостях, где словно ореховые скорлупки посреди кипящих волн плавали миры, бушевала интерференционная буря. Потому транспортный фрактал не мог вести куда-то вовне, он наверняка был внутренним, «местным». Скорее всего, в Срединном Домене успели подготовить его для своих агентов до того, как буря окончательно отрезала Землю. Куда-то фрактал должен был перебросить их...
В центре лужи сквозь волнующуюся синюю муть виднелись очертания дерева. Тимерлен глубоко вздохнул и прыгнул головой вперед.
Глава 5
С хриплым ревом противник махнул топором. Егор присел, и оружие рассекло воздух над головой.
Он попал на вершину крутого холма, в центр средневекового городка — по склонам сбегали узкие земляные улицы, вокруг были деревянные и каменные дома. На вершине стояла приземистая башня, вход в нее охранял... Егору не так уж часто доводилось играть в ролевые игры, но он решил, что это тролль. Во всяком случае, существо, облаченное в панцирь и рогатый шлем, было здоровым и уродливым.
Падение сквозь скрытую зону аркадной гонки не прошло бесследно. Ноги подогнулись, Адама присел — только это и спасло его. Топор просвистел над головой, тролль качнулся, пошире расставил лапы и замахнулся вновь.
В тот самый миг, когда Адама очутился здесь, в его руках возник меч, пальцы сами собой сжались на рукояти. Он ткнул оружием в живот тролля — острие с неожиданной легкостью пробило панцирь, пронзило плоть. Клинок полыхнул чистым голубым светом, тролль упал на колени. Прижав лапы к окровавленному брюху, он разинул полную клыков пасть и медленно повалился навзничь.
Егор выпрямился. На нем теперь была кольчужная чешуя, перепоясанная широким кожаным ремнем с ножнами, штаны с металлическими бляхами и сапоги. Широкое лезвие меча покрывал узор. Еще секунду после удара он ярко светился, затем потускнел.
Адама посмотрел по сторонам. Вокруг простирался пейзаж сказочной страны: леса, поля и луга, между ними деревеньки, шпили и стены замков, все это пестрое, озаренное ярким солнцем. У подножия холма зеленела роща, сразу за ней был еще один городок. Виднелись поблескивающие голубым каналы с мостками, соломенные крыши домов.
Из башни донесся крик. Открыв дверь, Адама шагнул внутрь: короткий коридор, лавки, лестница наверх... Ревя и размахивая дубинкой, оттуда прыгнул второй тролль. Адама махнул мечом так, будто в пинг-понге ракеткой отбивал шарик. Он уже понял, что воплотился тут хорошо прокачанным, с приличными боевыми скиллами , но все равно сила удара ошарашила его. Клинок рассек тролля напополам вместе с броней, верхняя часть тела покатилась по ступеням, вращая налитыми кровью глазами. Толстые волосатые лапы подогнулись, и нижняя половина упала.
Быстро преодолев лестницу, Егор толкнул дверь. Второй этаж башни занимало цилиндрическое помещение, на полу в его центре горели линии пентаграммы. Посередине возвышалась тощая фигура в серебристом плаще. Тот состоял из вещества вроде ртути... приглядевшись, Адама понял, что вся фигура ртутная, и плащ — не одежда, а словно продолжение тела. У ног ведьмы мерцала металлическая пирамидка. Она складывалась из медленно вращающихся сегментов, кубов и ромбов. Сегменты крутились; по мере того как скорость вращения увеличивалась, в углах пентаграммы вокруг пирамиды медленно возникали четыре предмета: горящая свеча, ледяной кристалл, каменный кубик и флейта.
— Откуда ты взялся?!
В первый момент Егору показалось, что вопрос задает ведьма в пентаграмме, но затем он увидел высокую белокурую девицу, приколотую к стене коротким копьем, пронзившим плечо. Вдоль ртутного древка извивались две змеи, разевая пасти, шипели в лицо девицы. Она была одета в... Нет, скорее не одета, а раздета в бикини и высокие узкие сапоги. Все это черное и кожаное. И лицо очень смуглое. Темная эльфийка? Адама пригляделся. Нет, уши обычные. Амазонка, что ли?
— Ты! — прокричала ему амазонка, пытаясь замахнуться длинным кнутом. — Вакханка заканчивает ритуал! Помешай ей!
Ведьма-вакханка стояла с воздетыми над головой руками. Пирамида вращалась, артефакты вокруг нее наливались свечением: ледяной кристалл горел голубым, каменный кубик — светло-коричневым, флейта исходила теплым белым светом, а свеча — ядовито-красным.
Вакханка громко загудела и опустила руки. Сегменты пирамиды вращались, жужжали и потрескивали; края ее размылись, так что она стала похожа на конус. Ведьма смолкла, в тишине от пирамиды к каменному кубику ударил тонкий алый зигзаг. Кубик окутал вспышка, и тут же под ногами вздрогнул пол. Зигзаг потянулся к свече — и как только коснулся ее, толстые деревянные балки над головой потускнели, стали прозрачными, затем исчезли вместе с крышей. В помещение хлынул яркий свет, но сразу померк — солнце в небе, полыхнув, угасло. Зигзаг устремился к ледяному кристаллу. Каменный кубик уже растекся кипящей лужицей, свеча оплыла, стала комком воска. Как только энергия коснулась кристалла, тот запузырился и начал таять. После этого исчезли стены — и стало видно, как взбурлила, пенясь, вода в каналах у подножия холма. Егор не знал, что происходит, но понял, что как только зигзаг коснется четвертого артефакта, ритуал, о котором сказала приколотая к стене девица, завершится.
Теперь все двигалось очень неспешно: алый зигзаг тянулся к флейте, амазонка пыталась освободиться, что-то беззвучно кричала, разевая рот... В глухой тишине Адама шагнул к пентаграмме. Змейка почти коснулась флейты. Присев, он ударил мечом так, что лезвие плашмя пронеслось над полом, сбило с пентаграммы пирамидку и флейту в тот миг, когда зигзаг добрался до последнего артефакта.