Страница 47 из 96
— Попрошу соблюдать тишину! — рявкнула судья, ударив три раза молоточком по столу — Иначе попрошу покинуть зал суда.
— Это ваша воспалённая фантазия, — со скучающим видом отвечает следователь — Теперь вы видите, граждане, кого вы пришли защищать? Ваша честь, попрошу назначить подсудимому психиатрическую экспертизу.
— Я вас услышала, — сделала запись судья — Что ещё хотите добавить, Руслан Алексеевич?
— Мне бы хотелось увидеть тех пострадавших, которых я якобы отравил.
— Во время первоначальных следственных действий это невозможно, только позже при очной ставке. — ответил следователь.
— Далее по обвинению меня в участии в перестрелке. Сколько я знаю, в этот момент велась видеозапись нападения на сотрудников. И там должно быть отчётливо запечатлено, что я помогал оперуполномоченным, исцеляя их от огнестрельных ран. Одного мужчину я спас от смерти, — повышаю голос — И после этого вы имеете наглость меня в этом обвинять?!
— Видеозаписи вашего мнимого целительства у нас нет, — слегка ухмыльнулся следователь — Зато есть несколько протоколов, в которых вы проходите как непосредственный участник.
— Замечательно, просто замечательно. — хлопаю в ладоши.
— Вы зря ёрничаете, Руслан Алексеевич, — неодобрительно покачал головой мужчина — Скажите спасибо, что мы вам не добавили статью о незаконном обогащении. На счету вашего ООО сущие копейки, вопрос где вы скрываете основные средства.
— Моей созданной конторе нет и месяца, — развожу руки в стороны — Сколько я знаю, то отчитаться по налогам мне нужно только в конце года.
— А куда вы дели 5 миллионов евро, полученные от гражданина Минькова? — открыто усмехнулся следователь.
— Так это у ваших спросить надо, — незаметно открепляю от кармана скрытую камеру Ксаров, поднимаю руки вверх и хватаюсь за решётку, при этом приклеиваю камеру на железный прут. Теперь идёт запись меня со стороны — Он действительно заплатил мне 5 миллионов евро наличными, которые находились в двух дипломатах. Но после того, как мои работники собрались увезти их в отделение сбербанка, недалеко от салона было совершено нападение. Ваши сотрудники остановили машину, избили моих людей и украли оба дипломата. — добавляю Шёпот и смотрю в глаза следователя — У меня вопрос: куда вы дели заработанные мною деньги?
— В дипломатах были книги! — взбесился мужик — Никаких наличных у вас не изымали!
— Да? — усаживаюсь на стул — По крайней мере вы сейчас подтвердили, что было всё остальное. Как нападение, так и избиение. Так что вопрос по деньгам сам собой напрашивается. Или вы скрываете изъятие евро, или кто-то из ваших просто их прикарманил.
— У вас есть доказательство? — следователь пришёл в себя, достал из сумки зеркальные очки и спрятал за ними глаза — И хватит на меня воздействовать, вам это не поможет.
— Доказательств нет. — соглашаюсь с доводами, больше Шёпот нельзя использовать, чтобы не показать раньше времени, что очки не помогают.
— Значит у вас только ваши ничем не обоснованные слова, в отличии от фактов, предоставленных нами уважаемому суду.
— Помимо всего прочего, — усиливаю голос — На меня ведётся давление, как в моральном аспекте, так и с физическом.
— Если вы говорите о своём заплывшем глазе, то я видел ваше подписанное заявление, что вы сами упали и заработали синяк, — опять ухмыльнулся мужик.
— Какой я неаккуратный, честное слово, — резко встаю на ноги и срываю маску с лица — Наверное это тоже я сам?!
Люди в зале возмущены, поднимается шум. Замечаю, как Алина незаметно достала телефон, и начала вести съёмку меня.
— Прекратите этот балаган! — опять стучит молоточком судья.
— Это ведь ещё не всё, — стягиваю с себя кофту — Когда меня выводили на разговор к судье. Этот следователь мне угрожал.
— Немедленно прекратите! — краснеет судья, продолжая колотить по столу — Вы высказываете полное неуважение к судебному заседанию!
— Из чего я сделал вывод, — сдёргиваю майку под оханье сидящих женщин, показывая фиолетовые разводы на теле — Что как и следователь, так и продажная судья, не по праву занимают свои места.
— Охрана! — визжит женщина — Немедленно вывести из зала суда подследственного!
— Вы, Елена Владимировна, — скидываю ботинки и снимаю штаны, оставшись в одних трусах и носках, добавив красок к происходящему. Напитываю руку силой и удерживаю дверь, которую пытается открыть сотрудник — Не вызываете у меня никакого уважения. Слова «ваша честь» относятся не к вам. Своими противозаконными действиями вы бросаете тень на всех честных судей нашей страны. Вместе с этими подонками вы очень скоро окажетесь за решёткой, я вам это обещаю!
К открытию двери и выдворению меня из клетки подключились ещё двое. Свободной рукой хватаюсь за верхний прут и сдёргиваю камеру. Пока сотрудники пытаются открыть дверь, корчу рожи и прицепляю ленту к трусам. Можно было конечно камеру оставить и на месте, но тогда не смогу в дальнейшем скопировать с неё видео. Под общий поднявшийся гвалт в зале суда на мои действия никто сильно внимание не обращает. Да и я старался всё сделать более правдоподобно.
Отпускаю удерживаемую дверь, охрана моментально вытаскивает меня наружу. В этот раз руки сковываются наручниками за спиной. Двое тащат меня из зала суда, вывернув руки назад и заставив идти в полусогнутом состоянии. Третий несёт мои вещи. В коридорах обоих этажей всё также стоят люди. В этот раз они не хлопают мне, а начинают поднимать шум. Хотя логично, я в одних трусах и на мне нет живого места от ночных избиений. Женщины начинают оскорблять сопровождающих меня сотрудников и пытаются перекрыть пусть. Подключаются и мужчины с детьми. С дальнего конца коридора вижу, как вбегает пятёрка вооружённых бойцов. Вот чего, а задержания людей, пришедших меня поддержать, мне не надо.
— Друзья! — выпрямляю спину, слыша как хрустят суставы, включаю Оратора, чтобы успокоить людей — Всему своё время! Не мешайте этим сотрудникам вести меня, они просто исполняют свои обязанности! Главные преступники остались в зале суда, но это ненадолго! Скоро я буду свободен! Сейчас самое лучшее, что вы можете сделать, так это снять меня на мобильники и освободить проход. Пусть все знают, как меня пытают в тюрьме!
Получилось утихомирить людей, они разошлись в стороны, достав телефоны и начав вести видеосъемку происходящего. В дополнение к трём сопровождающим меня охранникам добавилась пятёрка вооружённых бойцов…
— Руслан, в туалет пойдёшь? — открылась дверь камеры, явив Анатолича.