Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 54 из 62

- Ты серьезно? – кривится мужчина. – Ты хочешь сказать, что из-за какой-то х*йни готов выкинуть меня на улицу?! Сколько раз я твой зад спасал, да тут все держится только на мне! И это твоя благодарность?!

Варламова ничуть не трогают его слова. Он абсолютно спокоен. Снаружи. Уверенна, что внутри у него сейчас ураган.

- Ты тот человек, кому доверена вся система безопасности клуба и лично моя.  За это я исправно платил тебе, Марат. Даже в те времена, когда клуб был в тяжелом положении, я никогда не обижал тебя. Но я предупреждал, если еще раз попадешься с наркотой, если не бросишь заниматься этим и употреблять, мы будем вынуждены расстаться. Ты не сдержал слово. Прости, но этот разговор утратил свою актуальность.

Лицо мужчины кривится в злой гримасе.

- Твою мать! – он подскакивает с места, наступая на Луку. – Мне грозит срок, и ты кидаешь меня?!

Кажется, что мужчина готов в любую секунду броситься на Луку с дракой. Мужчины стоят на расстоянии нескольких сантиметров. Лоб в лоб, глаза в глаза.

- Уходи, Марат. Не нагнетай. Поверь, только хуже будет.

На несколько секунд воцаряется тишина. Тревожная, готовая в любой момент прорваться в драку или скандал.

- Да пошел ты,  - цедит он сквозь зубы, и, развернувшись к выходу, врезает кулак в стену.

Вздрагиваю от страха. А Варламову все так же плевать.

Как только мы остаемся одни, он оборачивается ко мне. На лице улыбка, а в глазах теплота. Словно и не было только что сейчас ссоры.

Варламов обходит стол, приближается ко мне.  Замечает рисунок на столе. Забрав его,  внимательно изучает.

- Ты красиво рисуешь, - произносит с ухмылкой, возвращая взгляд к моим глазам.  – Я повешу это на стену. Мне нравится.

Я не хочу ссориться, но мне обидно. И я озвучиваю главный волнующий меня вопрос.

- Почему ты взял ее на работу? Неужели во всем городе не нашлось ничего лучше, чем быть уборщицей  в клубе?

Он удивлен сменой темы.

- Ей нужна работа, мне нужен сотрудник. Не пойму проблемы.

Стискиваю со злости зубы, поднимаю на него гневный взгляд.

- Она твоя бывшая.

Варламов нагло выгибает бровь.

- Бред какой-то.  У меня нет бывших, ослик, - наклоняется ко мне, нависает, опираясь ладонями о подлокотники кресла. -  Есть только одна рыжая заноза, - у самых губ шепчет. Но не касается их, играет.

-  Ты чего пришла? Соскучилась?

В глаза его бездонные смотрю, и синева их окутывает теплым пледом.

- Вообще-то, подарок хотела вручить.

Он удивлен.

- И где он?

Молчу. На рисунок свой пялюсь.

 - Посмотри на меня,  - раздается его тихое.

- Нет.

А у самой слезы подступают.

- Ослик... – нежно так, что душу на части рвет.

Поднимаю глаза. А он смотрит в мои и столько любви в его взгляде. С ног сбивает.

- Я скучал... – хрипло, накрывая мои губы своими. И все обиды, все сомнения в трубу летят.

Ничего не важно, когда он со мной. Вот такой, настоящий, открытый. Таю в его руках, а он с каждой секундой все больше заводится. Вкусный.  Любимый.  Родной. Только мой.





 И сейчас, в его горячих руках, под его жадным, голодным взглядом я таю и уже не принадлежу себе. Позволяю Луке распять меня на рабочем столе, посреди бумаг и счетов. Отпускаю все запреты и границы, отдаюсь ему и не думаю не о чем. Есть только его тело горячее, его хриплый рык мне на ухо, его член внутри меня, заставляющий тело содрогаться в ослепительном оргазме.

Тишину кабинета нарушает  наше рваное дыхание.  Он в кресле, абсолютно голый. И я на нем. Лука прижимает меня к груди, водит пальцами по обнаженной коже спины, и я растворяюсь в этих незатейливых, неторопливых движениях.

- Ослик... – тихий нежный голос.

- М-м-м, - вдыхаю носом его аромат, утыкаюсь в твердость груди.

- Ну так где подарок? -  улыбается, пытаясь заглянуть мне в лицо.

Я хочу подняться, но он еще крепче сцепляет руки.

- Если ты выпустишь, то покажу, - бурчу ему в грудь.

Лука целует мои волосы, смеется.

- Давай уже дари...

Спрыгиваю с его колен. Голова немного едет. Принимаюсь поднимать вещи с пола.

- Эй, мы так не договаривались! Ты чего это делаешь? – раздается за спиной его ворчание. А я смеюсь. Подхватив с пола его футболку, швыряю в Варламова.

- Зайдут и увидят нас. Не дури.

Приведя себя в порядок, забираю сумочку со стола и достаю оттуда белую пластиковую коробку. Когда я оборачиваюсь, Варламов уже в джинсах. Но его торс все еще оголен, и мне нужно несколько секунд, чтобы взять себя в руки.

- Знаю, что у Нейманов есть свои традиции перед боем. А это.. пусть будет твой талисман – протягиваю ему подарок.

Лука забирает его. Осторожно раскрывает и смотрит на капу.  Уголок его губ ползет вверх. И несколько секунд ожидания кажутся мне адовой вечностью.

- Она охеренная, Ослик, – произносит довольно, доставая защиту.  У меня сердце вскачь от восторга.

Лука  надевает на зубы капу, и, оскалившись, рычит.

- Тебе идет, - любуюсь им. А он, стянув их с зубов, убирает обратно в коробку.

Не успеваю понять, как его рука оказывается на моем затылке. Лука упирается лбом в мой, в глаза мне смотрит и молчит. А мне и слов не надо. В  его омутах голубых тону, в любви его бесконечно глубокой. И я знаю, Варламов победит.   Хотя, главный бой уже за его плечами. Я – его. От кончиков волос до пальцев.  Душа моя и сердце – все ему на ладони. Забирай, Лука. Забирай и береги. А я уж точно буду рядом.

Глава 28. На щите или со щитом

- Ослик, - его шепот на ухо посылает колкие мурашки по сонному телу.

Потянувшись сладко под теплым одеялом, переворачиваюсь   на спину, и смотрю  в глаза его голубые.

Он мокрый после душа. Значит, с раннего утра тренируется. А может и не спал вовсе.  Угробит себя перед боем, упрямец.

Вчера Лука сам не свой был. Сушка всегда дается ему тяжело, даже если нужно сбросить всего пару килограмм. А перед этим боем  он нервничает как никогда.

- М-м-м, - потянувшись, обхватываю его шею и притягиваю к себе, касаюсь губ своими.  Лука углубляет поцелуй, буквально врезаясь в мой рот языком.  От него пахнет жвачкой и гелем для душа, и я хочу его прямо сейчас. С утра.  Растрепанной, с нечищеными зубами  и сонным лицом. Мне плевать, как я выгляжу. Главное то, как видит меня он, и кем  я ощущаю себя в его руках.

- Эй, тигрица, после боя, - смеется, когда я запускаю руку ему в штаны. Перехватывает запястье и возвращает обратно.  Отстранившись, нависает надо мной, опираясь руками по обе стороны от моей головы.

- Ты со мной поедешь? Или доберешься с Марикой?

Касаюсь ладонью его щеки колючей, по голове веду, царапая кожу о ежик волос. Он заставил меня его подстричь. С ума сойти, и как я могла согласиться? Ни разу в руках машинку не держала, но он так уверенно всучил ее мне. Опомнилась только когда Варламов оказался с коротким ежиком волос, а на полу ковер из его волос.

Не хочу его отпускать. Ни на секунду. Мы так мало видимся, последние дни он пропадал на тренировках, готовился к бою. А я в ресторане с Марикой. Но если днем мы далеко друг от друга, то ночи были нашими. Каждая из них -бессонная, наполненная страстью и горячим сексом. Сегодня Марика устроила нам выходной. Весь ресторан идет на бой, болеть за ребят. За обоих.

- Мне придется заехать в ресторан. Твоя сестра просила проверить все ли там в порядке. Мы встретимся с ней и вместе приедем к октагону.

Он целует мои губы.

- Только не опоздай. Я буду ждать в раздевалке.  Не хочу идти на бой, не поцеловав своего ослика.

Подмигнув, поднимается с кровати,  направляясь в гардеробную. А я глаз от него не отвожу. Смотрю на то, как переодевается, как застегивает манжеты на рубашке. В груди волнение тугой спиралью крутит. Не знаю, чем закончится этот день. Победа любого из них станет для каждого трагедией.