Страница 11 из 22
– Не плачь. Может, у тебя с Кириллом ещё не всё потеряно?
Яна подняла голову, посмотрела на неё сухими глазами, саркастично засмеялась.
– Я на себя злюсь. Угораздило же меня так вляпаться. Это мне ответка за всё, что проворачивала раньше, но пусть бы это оказался кто-то другой, только не Кирилл. Не было бы так обидно. Я сама не сразу поняла: у меня к нему иное отношение, не просто лёгкая влюблённость, а что-то более серьёзное. Идиотка! Вознамерилась встречаться с ним по-настоящему. Думала, он чувствует то же, что и я. Но как же я ошибалась. Как-то после занятий я получила короткое видео. Кто-то снял Кирилла, сидящего в кафе с девушкой. В тот день он сказал, что занят и не может встретиться со мной. Получается, на вечер у него имелись совсем другие планы. В этом видео он обнимал девушку и пару раз её поцеловал. На следующий день он пригласил меня на свидание, я решила пригрозить ему расставанием, чтобы он одумался или сделал выбор. – Яна фыркнула. – Он и сделал его. Послал меня куда подальше. Это меня просто убило. Я так разозлилась, что решила залить своё горе и несколько переборщила с заливанием. – Она подняла на Лилю свои янтарные глаза, в которых плескалось отчаяние. – Кнопка, прости, что принесла тебе столько неприятностей.
– Неприятностей? Да ты перепугала меня насмерть. Я думала: коньки отбросишь. Как вспомню, так сердце сразу начинает колотиться. Янка, пожалуйста, не поступай так больше. Как ты могла не почувствовать, что у тебя температура?
– Анестезия, матушка. Ты в курсе, что в старину пьяным людям, находящимся в отключке, операции делали, даже ноги отрезали.
– Прекрати, – поморщилась Лиля. – И завязывай уже с выпивкой.
– Считай завязала. Давай сюда свои фрукты и чеши домой, а то на улице уже вечереет. Маленьким девочкам одним опасно бродить в ночную пору.
Лиля взяла под воображаемый козырёк.
– Слушаюсь, товарищ алкашка.
– Ах ты!
Лиля, уворачиваясь от брошенной в неё подушки, вскочила с кровати.
– Пока и не вредничай, слушайся докторов.
– Вали уже отсюда. И позвони мне, как доберёшься до общежития.
Только выйдя из здания больницы, Лиля смогла вздохнуть полной грудью. И хотя в вечернем воздухе, будто пыль, висела взвесь мелкого дождя, слегка подгоняемая ветерком, на улице стоял горьковато-терпкий аромат от распускающихся почек на деревьях и кустарниках. Корпуса больницы, утопающие летом в зелени, сейчас окружали ещё голые платаны, липы, пирамидальные тополя и тонкие рябинки. Постояв немного под бетонным козырьком над входной дверью, Лиля припустила к остановке маршрутного такси. Когда-то большинство остановок в городе были просто фундаментальными, их стены строили из крепкого кирпича или блоков, крыли шифером или просто заливали крышу бетоном, но сейчас их все заменили на эстетично-красивые из железа. Подумав о красоте, никто не озаботился об удобстве. Теперь небольшие остановки, насквозь продуваемые ветром, не могли спасти пассажиров ни от снега, ни от дождя. Лиля, спрятавшись под узкую крышу железного навеса, стряхнула капли влаги с куртки. Закрыв глаза, она прислушалась к шуму города: где-то далеко лязгал проезжающий трамвай, сигналили клаксоны, ревели моторы автомобилей, а тут возле больницы стояла тишина. Дождь припустил сильнее. Порывами ветра водную взвесь заносило внутрь остановки, теперь только на спине куртка не промокла окончательно. Фонарь, стоящий неподалёку, сквозь мутную, туманную пелену светил тусклым жёлтым огнём. Позади Лили раздались странные звуки, будто кто-то громко причмокивал во время еды, постанывая от удовольствия. Обернувшись, она увидела парочку, сидящую в самом углу остановки на скамейке. Совершенно не обращая внимания на то, что рядом находятся посторонние, девушка самозабвенно целовала парня. А он, абсолютно не принимая участия в процессе, чуть отклонившись назад, позволял ей это делать. Посмотрев на парочку и поймав на себе внимательный взгляд парня, Лиля едва держала смех. Всё выглядело несколько странно: получалось, пока его целовали, мужчина проявлял к ней любопытство. Его лицо, наполовину скрытое головой спутницы, разглядеть не удалось, но то, что он смотрел на неё в упор, Лиля ошибиться не могла. Это подтвердило и его следующее действие. Отстранившись от партнёрши, парень подмигнул Лиле. Она, округлив глаза и послав в ответ презрительную полуулыбку, отвернулась. Маршрутка как назло задерживалась.
– Куда поедём? У тебя есть хата на примете? Может у друзей? Или к себе домой пригласишь? – сбивающимся голосом поинтересовалась спутница у парня.
– Сегодня никак. Просто провожу тебя.
Девушка помолчала, а потом капризным тоном протянула:
– Но я ещё не хочу прощаться. Ты слепой? Желание крупными буквами написано у меня на лице. Ты не пожалеешь…
Парень прервал её на полуслове.
– Ничего не получится. Я должен к половине восьмого вернуться домой. Родители сегодня отмечают серебряную свадьбу.
– Жаль. Я так настроилась на продолжение вечера. Обидно.
Парень засмеялся.
– Чем больше ждёшь, тем слаще…
Девушка фыркнула и с обидой в голосе произнесла:
– Но в последнее время я только и делаю что жду.
– Не будь такой нетерпеливой.
Лиля обрадовалась, заметив маршрутку, которая будто лодка выплыла из пелены тумана и дождя. Она уже продрогла, зубы невольно начали выстукивать мелкую дробь. Забравшись в теплое нутро автомобиля, Лиля обхватила себя руками. К её удивлению парочка, последовав за ней в маршрутку, уселась на сиденье сразу позади неё, хотя вокруг было полно свободных мест. Она не была расположена слушать девушку, которая громким шепотом сообщала парню о своих чувствах, её мнение, как и мнение других пассажиров, совершенно не волновало эту парочку.
Лиля подумала: девица сексуально озабочена, если позволяет себе такие откровенные высказывания и буквально навязывается своему спутнику. Со стороны это выглядело довольно неприлично и вызывающе. Лиля почувствовала, что у неё загорелось лицо, огнём занялись уши. Они так пылали, что она накрыла их ладонями, согревая озябшие пальцы. Неужели стыдно только ей? Судя по продолжающемуся разговору, так и было.
Фары маршрутки едва пробивали туман, освещая дорогу впереди не дальше, чем на десять метров. Лиля едва не пропустила свою остановку. Услышав от водителя: улица Ставропольская, она вскочила на ноги.
– Остановите, пожалуйста. Я здесь выйду.
Лиля, спрыгнув с подножки, попала в неглубокий поток, струящийся по асфальту. Стараясь не набрать в полусапожки воды, она на носочках выбралась на тротуар. За спиной раздались звуки шлёпанья ног по воде. Оглянувшись, Лиля увидела, что беззастенчивая парочка топает за ней следом. Оказалось: им в одну сторону. Преследуемая ими буквально по пятам, Лиля за десять минут добежала до общежития. Перед тем как открыть дверь, она оглянулась ещё раз и сразу наткнулась на чуть насмешливый взгляд парня. Лампы ярко освещали пятачок перед входом, и Лиля невольно смогла разглядеть парочку. Несмотря на косметику, слегка подпорченную дождём, девушка выглядела симпатичной и ухоженной, но какой-то невыразительной, будто черты её лица стирали ластиком. Парень производил впечатление самоуверенного и волевого человека. Его смоляного цвета волосы припорошило капельками влаги, которые под искусственным светом ламп сверкали, как прозрачные стеклянные бусинки. В карих глазах, скорее всего из-за этого же света, горели странные огоньки. В его красивом лице было столько мужской притягательности и шарма, что Лиля невольно посочувствовала девушке. Угораздило же несчастной попасться на удочку такого высокомерного и нахального самца. Правда, судя по её развязному поведению, в расставленные силки она шла с радостью и большим удовольствием. Уже отворачиваясь, Лиля заметила, что незнакомец снова подмигнул ей.
«Вот же бессовестный!» – промелькнуло в её голове.
Лиля, распахнув дверь, зашла в вестибюль. Поднимаясь по ступенькам, она с улыбкой вспоминала слова любвеобильной незнакомки.
«Когда мы останемся одни, я буду пуговку за пуговкой расстёгивать на тебе рубашку. Так медленно, что ты сам этого не выдержишь…»