Страница 56 из 72
А вот “Le Monde”, один из столпов классической, серьёзной прессы, в конце марта пишет об Украине и Белоруссии. О, тут есть где развернуться; а упомянутая схема, не то что не отмеченная “острым галльским смыслом”, но “простая, как мычание”, являет себя в полной обнажённости. Подумать только: две, по европейским меркам, больших, сравнимых с самой Францией страны, каждая со своей историей и особенностями, — непростая работа для аналитика, который хочет всё-таки что-то объяснить, пусть даже и с чуждых для нас позиций. Но нет: ни следов высшей математики, ни даже алгебры на уровне средней школы — всё просто, как дважды два.
Украина, едва освободившаяся от “советского ига” (понятно, больше нас ничто не связывает — это вам не “камни Алжира”), устремилась на Запад — умница, молодец, правильной дорогой шагает. Не без затруднений, конечно, ну так тут долг Запада помочь перспективной неофитке освободиться от остатков влияния “русской империи”.
С Белоруссией же дело обстоит много хуже: она “отвергла демократическую эволюцию, которой ожидали от неё европейцы” и “предпочла остаться тесно связанной с Россией”. Ну посудите сами: можно ли совершить более страшное преступление, нежели обмануть ожидания европейцев? Виноват же во всём “режим (!) президента Александра Лукашенко”*, который “поставил своей целью вывести Белоруссию из-под западного влияния во имя славянского национализма, более близкого русской культуре, чем западные ценности”. (Курсив мой. — К. М.)
Что ж, дважды два, как видим, на поверку не так просто. Нелегитимными, обладающими сомнительным правом на существование предстают каждая страна, каждый лидер и каждый народ, которые не признают априорной приоритетности западных ценностей. Подозрительна, при всём её блеске, и русская культура, отмеченная, как видим, родовым пороком “славянского национализма”. А вот это уже серьёзно и выводит нас на тему, возраст которой — по меньшей мере тысяча лет, роковое значение которой видели такие разные в остальном Пушкин и Мицкевич, которую исследовал Данилевский и не обошёл вниманием Достоевский.
Впрочем, перечислять славные имена можно долго, но главное всё-таки не они, а реальная история взаимоотношений славян и Европы. История трагическая, жестокая и кровавая. Но я не стала бы касаться здесь темы столь сложной*, если бы она не соотносилась напрямую с тем соблазном “белого легионерства”, оно же “паладинство”, который уже не одного парня привёл прямиком на тюремные нары. И кабы за правое дело, во имя защиты своего народа, как, может быть, полагают иные из тех, кто выходит на улицы “мочить чёрных”.
Но именно своему народу они наносят чудовищный вред, подыгрывая прячущемуся за ширмой кукольнику. Он (а может быть, и они — думаю, “имя им легион”), наверняка потирает руки, наслаждаясь своей хорошо проделанной работой. Ещё бы! Требовалось доказать, что русский фашизм существует — и вот, пожалуйста, на лотке с патриотической литературой сочиненьице, где даже само это слово почтительно написано с заглавной буквы. Где оплакивается гибель в Берлине в 1945 году великой идеи и “христомученика” Адольфа Гитлера. Где доходчиво объясняется, что никогда “Святая Европа”, и тем более Германия, не чинила славянам никакого зла, а если что и было, так это отдельные эксцессы. О них следует как можно скорее забыть во имя великого общего дела противостояния той самой “цветной нелюди”.
Написано ярко, живо, с намёками на какую-то “катакомбную”, “тайную” Европу, которая ждёт избавителя. С отсылками к авторам, имена которых ничего не говорят подростку из “бетонных джунглей” спальных районов, но от речей которых может закружиться голова. А когда ты не понаслышке знаешь жестокость жизни в этих джунглях, знаешь, что такое “с прибоем рынка поединок” и что такое беспощадная этническая конкуренция…
И вот дудочка крысолова играет, поёт с завлекательными переливами. А на другом берегу (вот только вправду ли другом?) уже сгрудились либеральные журналисты, телеведущие, политологи и прочая, и прочая, готовые — и надо сказать, умеющие — любую, даже сугубо криминальную разборку представить как выброс страшного русского фашизма. Берегись, “цивилизованный мир”! И порочный круг замыкается.
Не знаю, многие ли обратили внимание на статью П. Иванченко “Кто заказывает”, опубликованную в конце (20 декабря) прошлого года в “Дуэли”. Жаль, если не заметили — материал, как мне кажется, может помочь открыть глаза на адскую игру, в которую втягивается молодёжь. Особенно заинтересовал меня комментарий Сергея Пучковского, представленного газетой как сотрудник правозащитной организации “Порядок и Право”.
“Когда, — рассказывает он, — в соответствии с указаниями руководства мы начали активно собирать информацию обо всех националистических организациях и их лидерах, то обнаружили много интересного. Так, целый ряд “фашистских” партий — наиболее “раскрученные” и провозглашавшие самые экстремистские лозунги — получали финансирование из-за рубежа. Примечательно, что и практически все неправительственные организации, так сказать, “антифашистской” направленности, а также некоторые политики, учёные и журналисты, работающие по этой тематике, получают гранты из тех же самых рук. Исходя из этого мы пришли к выводу, что вполне конкретные силы за рубежом заинтересованы в том, чтобы Россия воспринималась во всём мире как страна, населённая фашистами и ксенофобами”. Звучит убедительно: и впрямь, слишком много политических трофеев позволяет добыть ударная кампания по борьбе с “русской ксенофобией”.
Сказал Пучковский и о том, что в правоохранительных органах формируется тенденция любые преступления против иммигрантов, даже совершённые их собственными соплеменниками, объявлять делом рук скинхедов. На них (а это чаще всего выходцы из бедных и неблагополучных семей, которые и хорошего адвоката нанять не могут) можно к тому же сбросить любой “висяк”. Хлопот меньше. И, добавлю, вполне согласуется с генеральной линией; я убеждена, что при всей плачевности нынешнего состояния правоохранительных органов и судопроизводства в России без соответствующей “указивки” тенденция вряд ли бы приобрела подобный размах.
Развитие событий вокруг взрыва на Черкизовском (Измайловском) рынке 21 августа не только подтверждает эти предположения. Оно, боюсь, подводит нас к водоразделу, за которым внятное обсуждение положения русских в РФ, да и всего комплекса проблем, связанных с захлёстывающим Россию потоком иммигрантов, станет вообще невозможным.
* * *
Я не знаю, кто, что и почему там взорвал. Выяснять это — дело следствия, тщательного и добросовестного. Но я знаю, что существует презумпция невиновности (формально существует и у нас), что преступником может назвать только суд. И что прокурору непозволительно, да ещё в самом начале следствия, в развязно-журналистской манере распространяться — по телевидению! — о мотивах преступления. Как если бы преступники были уже установлены. Но на начальном этапе следствия есть только подозреваемые. И версии преступления, каждая из которых должна рассматриваться с максимальной честностью и непредвзятостью. Однако скорость, с какой произошла — в течение дня! — селекция версий в пользу одной, заставляет предполагать иное.
22 августа (а это значит, что номер готовился накануне и опирался на имевшуюся к тому времени информацию) “Московская правда” сообщила: “…“Коммерческое соперничество” является наиболее вероятной версией взрыва на Измайловском рынке. Об этом, как передаёт ПРАЙМ-ТАСС, заявил прокурор Москвы Юрий Сёмин”. И чуть ниже: “Несмотря на то, что следствие продолжает отрабатывать все возможные версии взрыва, прокурор Москвы сообщил, что скорее всего причиной взрыва стали “либо банальные криминальные разборки, либо столкновения крупных коммерческих интересов”. Конкретных данных о теракте, по словам Сёмина, сейчас нет: “Мы пока не усматриваем мотивов, которые позволили бы говорить о том, что на рынке был совершён теракт”. (Курсив мой. — К. М.)
Итак — “не усматриваем мотивов”. Это мы прочитали утром. А вечером, если воспользоваться выражением Ивана Шмелёва, “случилось удивление”. И как раз тоже в “прайм-тайм”, ибо вечерние новостные программы донесли до нас удивительным образом изменившийся взгляд прокурора Москвы на случившееся. Теперь, оказывается, мотивы уже “усмотрены” — русско-националистические; конечно, мол, они (то есть подозреваемые. — К. М.) сочли, что слишком много на рынке “лиц не той национальности”, — а версия криминально-коммерческая отброшена, видимо, за внезапно обнаружившейся ненадобностью.