Страница 4 из 10
– Вы врете мне! – Сама не знала, почему продолжала упорствовать, хотя вроде бы уже решила, что, возможно, все дело в скорой смерти и том, что мне уже нечего терять и бояться – самое страшное произошло.
– Клянусь тремя светлыми, я не вру вам.
В воздухе засияла яркая светлая вспышка, тут же скручиваясь спиралями с темной магией герцога, подтверждая его слова.
Я нахмурилась. Так это все же я? Может, мне провериться у целителя или это папенька как-то хитро решил сделать что-то со мной, чтобы я не сопротивлялась этому мужчине?.. Да нет. Он, конечно, подписал этот договор, не спросив даже моего мнения, но чтобы так мудрить… Да и к чему? У меня все равно не было права отказаться.
И пока думала о том, что же со мной произошло после прикосновения герцога карета остановилась. Высокие шпили храма были видны в окно.
– Нам следует торопиться, леди. Храмовник не будет ждать, пока вы поборете свои женские капризы, – неожиданно жестко сказал Даниэль.
В груди моментально поднялась злость. Капризы. Ах, капризы, значит. Ну я тебе устрою, муженек… Вовек такой жены, как я, не забудешь!
Глава 4. Адское бракосочетание
Стены храма навевали уже не то чтобы скуку, а самую настоящую неприязнь. Я ненавидел такие моменты, когда держишь супругу за руку, в очередной раз рассчитывая на чудо, а потом стоишь над свежей могилой и не знаешь, куда себя деть от снедающей душу тоски и вины. Это ведь я обрекал несчастных на верную смерть, беря в жены. И знал это…
А сейчас рядом со мной стоял нежный цветок. Невинная роза, едва-едва налившаяся бутоном. И я ничего не мог с этим сделать. Совершенно ничего. Приказ, пусть и довольно мягкий, но все же приказ императора давил и не давал отказаться от этой затеи с браком.
К слову сказать, высокий мужчина в светлой рясе, помеченной знаком самого бога, даже не сбился с шага, двигаясь нам навстречу, хотя я видел его взгляд…
Храмовник уже почти даже не удивился, увидев меня вновь, а вот мою жену он явно не ожидал лицезреть. Леди Тривьера… нежная, утонченная и едва вошедшая в брачный возраст девушка явно не подходила мне, тому, кто старше ее на десять лет и похоронившему уже восемь жен. Она была красива той незамутненной красотой девичьей невинности, что так красиво воспевают в любовных романах и одах. Длинные рыжие волосы, сейчас заплетенные в простую косу, чуть вздернутый носик, пухлые губы, так и молившие о поцелуях, длинные ресницы… Леди явно еще не осознавала до конца, насколько она красива. И ее магия, только-только начинавшая раскрываться в силу юного возраста, безусловно, лишь красила ее гибкий стан.
– Что угодно молодым людям в столь прекрасный час? – Мужчина ласково улыбнулся нам обоим, поглядывая на меня несколько неодобрительно. Губить эту розу богохульство, согласен. Но я не могу поступить иначе. Клятва не даст мне ослушаться. Вместо этого я просто сделаю все, чтобы сохранить эту девушку в живых.
Роуз остановилась рядом со мной, продолжая чему-то хмуриться. Я в который раз словно бы мимолетно кинул на нее взгляд из-под ресниц. Даже эта ее милая краснота носика и глаз от слез ее не портили. Она была безумно симпатична даже заплаканной. И это заставляло меня проклинать самого себя изнутри. Эта девушка не должна была плакать никогда в жизни!
– Мы желаем вписать наши имена в книгу бракосочетаний. – Я достал заверенный двумя сторонами брачный контракт и передал его храмовнику в светлом обличии.
Мужчина уже успел взять себя в руки и спокойно перечитал скупые формальные строки. Я же с тревогой ожидал момента, когда все будет сделано и настанет пора ехать домой.
Роуз, несмотря на свой юный возраст, оказалась весьма острой на язык и уверенной в себе девушкой, что, безусловно, не могло не привлекать, но там, где невольный интерес, наступает привязанность, а именно этого мне бы хотелось избежать, чтобы не подвергать ее какой бы то ни было опасности. Мне следует остаться бесстрастным в этой истории. Пророк дала мне год, в течение которого девушка должна выжить, а после проклятие распадется само собой. Мне надо продержаться лишь немного. А потом… потом я готов дать этой девушке свободу, когда император сдержит свое слово и вернет данную ему клятву верности и беспрекословной службы. Думаю, половины моего состояния ей хватит на то, чтобы кавалеры не смотрели на нее как на порченый товар, а расценивали лишь как выгодную партию.
Пока я размышлял о будущем, которого могло и не наступить, храмовник уже успел не только внести новые сведения в свою книгу о заключенных браках, но и осенить нас знамением бога.
И я даже опешил, когда вместо привычного ничего тело неожиданно окутала волна теплого уюта и понимания, будто бы ко мне в душу на мгновение заглянул кто-то светлый и чистый, но ощущение как появилось, так быстро и спало. Стало даже жаль утраченных чувств. Я давно не ощущал такого тепла внутри…
И да… что это все значит? Меня восемь раз осеняли подобным знамением, но еще ни разу не происходило ничего подобного.
– Боги приняли ваш союз, – невозмутимо сообщил нам мужчина в белой рясе и протянул брачный мне контракт.
Леди, теперь уже точно Винзард, быстро его перехватила, пока я все еще пытался прийти в себя и понять, что только что случилось.
– Полагаю, я имею право знать, на каких условиях отец отдал меня, – смело сообщила девушка, стоявшая рядом, и чуть смущенно улыбнулась храмовнику. – Благодарю, Светлейший.
– Благодарю, – пробормотал и я ритуальную фразу, в целом не видя ничего страшного, если девушка посмотрит документы. Ничего такого в них не было. Обычный стандартный брак с разделом имущества в случае развода и передачей имущества в случае смерти одного из супругов. Причем отец давал за ней неплохое приданое, которое и послужит частью ее содержания, которое я буду обязан выделять ей ежемесячно на мелкие и не очень женские нужды.
Из храма мы выходили в такой же гробовой тишине, как и входили. Только теперь уже я думал о своем внутреннем мире, пытаясь понять, что это было за воздействие, а Роуз пыталась на ходу прочитать прыгавшие перед ее лицом строки контракта, словно в опаске, что я отберу.
– Вы можете прочитать его спокойно, как приедем домой, – посчитал своим долгом сообщить супруге, не желая, чтобы она заработала себе мигрень.
– Да? И вы не хотите положить столь ценный документ к себе в сейф или еще куда? – Зеленый взгляд выражал некоторые сомнения. Неужели она считает меня настолько властным тираном? Мне вроде пока нет нужды воевать с ней. Тем более если я собираюсь уехать надолго в ближайшие же пару часов.
– Полагаю, вступив в брак, вы разделили со мной все мое имущество и этот контракт. А также сейф теперь такой же мой, как и ваш. – Я не желал ссоры. Мне не хотелось бы напороться на острые шипы этой прекрасной розы. А я точно знал, что они есть.
– Потому что я все равно умру через пару месяцев. Понимаю. Должно быть, удобно каждый раз богатеть за счет приданого своих жен.
Я даже хмыкнул на эту реплику, впрочем, довольно быстро восстановив на лице полнейшую невозмутимость. Смела, остра на язык, красива… очень опасное сочетание. Год-другой, добавить чуть больше уверенности в себе, и эта роза покорит не одно мужское сердце, проткнув его шипами насквозь. Срочно надо уезжать! Но сначала все же представить мой дом и слуг в ее полное распоряжение.
– Не беспокойтесь, в случае вашей смерти все ваше приданое поступит на благотворительные счета столичных детских приютов. В контракте это подробно описано, – сообщил, помогая моей новой герцогине Винзард подняться по ступеньке в душное нутро кареты.
– Я надеюсь на вашу благовоспитанность, лорд Винзард. – Девушка села на свое место, но все равно продолжала упрямиться и пыталась ухватить суть контракта в сжатые строки, перелистывая страницы в поисках подвоха.
– Для вас я Даниэль, моя дорогая супруга, – улыбнулся, отворачиваясь к окну. На жену было приятно смотреть и еще приятнее думать о ней как о жене, и именно этого мне бы и хотелось избежать в этом браке. Так что следует вести себя более холодно.