Страница 15 из 24
Проблема заключалась в том, что там ее никто не ждал.
Интересно, Джейс все еще на работе? Ему надо было просмотреть почту…
Шэннон потянулась за своей сумочкой и огляделась. Она работала не покладая рук, чтобы соответствовать своей должности в офисе Сан-Франциско, ставшим главным после того, как закрылось отделение в Вашингтоне. Чувство, что ее старания не проходят даром, придавало Шэннон уверенности в себе.
Она направилась в кабинет партнера.
Дверь приоткрыта, но свет выключен. Должно быть, он уже ушел…
Шэннон почувствовала разочарование. Она так надеялась застать Джейса… Но зачем?
Пообедать? Вместе провести время?
Снова поцеловаться?
Эта мысль появилась внезапно и удивила Шэннон, пытавшуюся забыть тот поцелуй. Она уже была замужем, любила своего мужа, а теперь осталась одна. Может, когда-нибудь она сможет найти человека, с которым проживет оставшуюся жизнь…
Шэннон собиралась пойти домой пешком. Темнело, но на улице было много народу, и она решила пройтись пешком для моциона, а заодно отвлечься. Вскоре она уже поднималась по склону холма. Оставалось пройти еще два квартала и повернуть направо.
Ее квартирка постепенно становилась все более уютной, особенно после того, как привезли оставшуюся мебель; по сравнению с ней жилище Джейса казалось Шэннон слишком современным и чуть ли не аскетичным. Она пока еще никого не приглашала к себе – разумеется, за исключением Джейса. В Виргинии в их с Аланом дом нередко приходили гости, но это были по большей части знакомые мужа – семейные люди, как правило, на десять или двадцать лет старше Шэннон, со взрослыми детьми. Тогда Шэннон как-то не обращала на это внимания, но теперь осознала, что редко приглашала в дом своих друзей.
Может, позвонить Мэриан? Или Джил?
Или, может, Джейсу?..
Войдя в квартиру, Шэннон бросилась к телефону.
– Пембрук, – ответил знакомый голос.
– Привет. Ты ушел с работы раньше, чем я ожидала…
– Извини, тебе что-нибудь понадобилось? Я приехал домой и отключился. Смена часовых поясов и так далее…
Я его разбудила.
Шэннон чувствовала, что ведет себя как полная дура.
– Извини, ничего важного. Можешь снова заснуть. Поговорим утром.
– Я уже проснулся.
– Пустяки. – Нельзя же признаться: я позвонила только для того, чтобы не чувствовать себя такой одинокой. – Увидимся завтра.
Она нажала на рычаг.
Тут же раздался телефонный звонок. Шэннон покорно подняла трубку.
– Алло.
– Как твой новый проект?
– Отлично.
Шэннон села на диван, сбросила туфли и с восторгом заговорила о работе своего отдела.
Несколько минут спустя она заметила, что Джеке никак не комментирует услышанное.
– Эй, ты еще там?
– Гм! Хорошая работа.
– Действительно, Джейс, тебе нужно поспать. Ты наверняка очень устал, а не то придрался бы к какой-нибудь мелочи.
– Я никогда не придираюсь к мелочам, – возразил мужчина.
Шэннон рассмеялась. Ей было приятно слушать голос Джейса, хотелось расспросить его обо всем, чем он занимался, пока был в отъезде. Но она понимала – ему необходимо отдохнуть.
– Мне пора, так что можешь снова лечь спать. Спасибо, что выслушал.
– В любое время, Шэннон, ты это знаешь.
Она неохотно повесила трубку, жалея о том, что разговор так скоро закончился.
Шэннон тихонько вздохнула. Ну что ж, сейчас она приготовит себе легкий ужин и посмотрит, покажется ли ей интересным детективный роман, купленный в книжном киоске по пути с работы.
Внезапный оглушительный вой сирен так напугал задремавшую над книгой Шэннон, что она чуть не упала с дивана. Молодая женщина села и огляделась. В коридоре послышались шаги, и кто-то постучал в дверь.
– Эй! В квартире кто-нибудь есть?
Шэннон торопливо открыла дверь. Перед ней стоял мужчина в форме пожарного.
– Верхние этажи в огне, вам нужно выйти из здания. В квартире есть кто-нибудь еще?
– Нет, я живу одна. Я возьму…
– Ничего не брать, нет времени. Вы должны немедленно эвакуироваться! Быстрее, быстрее, быстрее!
– Ну, хоть сумочку… – Шэннон схватила свою сумочку и выбежала в коридор.
Мужчина захлопнул дверь и приклеил на нее полоску бумаги.
У Шэннон колотилось сердце. Вместе с еще двумя своими соседями она побежала вниз по лестнице.
Оказавшись на первом этаже, Шэннон вдохнула прохладный вечерний воздух, жалея, что не захватила куртку. Ее соседи – многие из них были одеты лишь в пижамы и халаты – столпились на другой стороне улицы. Шэннон подошла к ним и увидела пламя, вырывающееся из окон верхнего этажа.
Рядом с Шэннон всхлипывала какая-то женщина. Семейная пара постарше смотрела на огонь молча, с безнадежным выражением. Шэннон снова взглянула на верхний этаж. Неужели пожар все разгорается? Люди продолжали выходить из здания. Шэннон надеялась, что в горящей квартире никого нет. Она глядела наверх, не отрываясь, зачарованная пламенем.
Под напором воды из шлангов разбилось несколько стекол, и осколки посыпались на тротуар перед зданием. Пожар продолжал распространяться.
– Там все, что у меня есть, – сказала одна женщина.
– И у меня тоже, – ответила другая.
– Как это началось? – спросил кто-то. Никто ничего не знал.
Шэннон поняла, что замерзла, только когда у нее застучали зубы. Сначала молодая женщина надеялась, что пожар быстро потушат, то теперь она уже спрашивала себя, справятся ли пожарные с пламенем раньше, чем сгорит все здание.
Начинало темнеть. Огонь, казалось, был уже не таким ярким, но он успел охватить две трети здания, а этажи, которых он не коснулся, повредили дым и вода.
– Вы можете поехать в одну из местных школ. Вот автобус. Идите за мной, – сказал жильцам один из пожарных.
Они направились к муниципальному автобусу. Шэннон оглянулась. Ее квартира выглядела так, словно пламя ее не задело, но она наверняка пострадала от воды. Интересно, когда можно будет вернуться, чтобы посмотреть, в каком она состоянии? Там находились все бумаги Шэннон, одежда, мебель, включая новую кровать и комод с зеркалом в спальне… Наверняка вещи просто намокли и их еще можно спасти.
Шэннон выделили кровать в школьном гимнастическом зале. Пожилая женщина, жившая с ней на одном этаже, сидела на соседней койке и смотрела прямо перед собой.
– У вас все в порядке? – спросила Шэннон.
Она подошла к женщине и обняла ее.
– Не могу поверить, что мы потеряли наш дом. Мы прожили в этой квартире тридцать три года! Там все, что у нас есть, – печально сказала соседка.
– По-моему, пожар не повредил наш этаж. Если он пострадал только от воды, мы спасем большую часть вещей, – сказала Шэннон, надеясь, что это правда.
Она никогда не чувствовала себя такой беспомощной – если не считать того дня, когда Алан сказал ей, что умирает.
Как бы ей хотелось все изменить – чтобы не было пожара, чтобы Алан не заболел… Но жизнь есть жизнь, и она идет своим чередом.
– У Эдварда все в порядке? – спросила пожилая женщина, оглядываясь по сторонам.
– У вашего мужа? – спросила Шэннон. Та кивнула, и Шэннон оглянулась. – Мужчинам выделили койки на другом конце зала… Я вижу вашего мужа, вон он, с краю. Наверное, вы можете подойти к нему и пожелать спокойной ночи.
– Вряд ли я засну сегодня ночью. Что мы будем теперь делать?..
Шэннон и сама не знала, как поступать дальше. Из-за чего возник пожар? Почему не сработала дымовая сигнализация? Или она сработала, но не на всех этажах? Шэннон пожалела о том, что никогда не снимала копий с важных бумаг. Она не представляла, как восстановить свидетельство о браке или получить еще один экземпляр справки о смерти Алана…
Ценные украшения тоже остались в квартире – в футляре на комоде рядом с зеркалом…
Освещение в огромном гимнастическом зале стало тускнеть, это означало, что пора ложиться спать. Но Шэннон направилась к дверям. Несколько соцработников сидели за столом, о чем-то тихо переговариваясь.
– Известно, когда мы сможем вернуться домой? – спросила их Шэннон.