Страница 14 из 24
Один из детективов вынул из кармана сложенный лист бумаги, развернул его и протянул Шэннон.
– Вам что-нибудь известно о перечисленных здесь драгоценностях?
Шэннон взяла листок и бегло его просмотрела. Это был список ее драгоценностей. Не всех, но самых ценных из тех, что дарил ей Алан.
– Это мои украшения, – тихо сказала она.
– Вы можете доказать, что вы владеете ими на законных основаниях? – спросил детектив.
– Я не знаю, как это сделать. Мне их дарил муж. Как женщины доказывают, что они владелицы подарков своих мужей? – спросила Шэннон.
Мужчины переглянулись.
– Дин хочет получить их обратно, не так ли? – Шэннон вздохнула.
– Дин Моррис заявил о пропаже этих вещей и предположил, что вы можете знать, где они находятся, – осторожно сказал детектив.
– Они не исчезли, их подарил мне муж. Он был братом Дина. Алан умер, и Дин пытается вернуть каждый цент, которые мой муж истратил из семейного траста. Но Алан не сделал ничего плохого. Он имел такое же право на деньги и собственность, как Дин. Должна ли его вдова доказывать, что она – владелица драгоценностей, которые он ей дарил?
Надо найти способ остановить Дина. Как он смеет намекать, что я украла драгоценности! Шэннон встала.
– Мне больше нечего сказать. Можете сообщить Дину, что я собираюсь оставить драгоценности у себя. Они много для меня значат, потому что это подарки моего покойного мужа.
– Он утверждает, что они пропали, возможно, украдены, – сказал детектив.
– Тогда ему лучше обратиться с заявлением. А потом я подам на него в суд за причиненное мне беспокойство и клевету. Я ничего не украла. Муж подарил мне эти украшения, и я не собираюсь отдавать их его брату.
– Какая-то проблема? – спросил Джейс, стоя в дверях. У него за спиной застыла Мэриэллен.
Детективы встали и обернулись.
– Вы? – спросил один из них.
– Джейсон Пембрук, деловой партнер Шэннон. Что за проблема?
– Дин обвиняет меня в краже, – сказала Шэннон. Она так рассердилась, что ее удивляло, почему у нее не дрожит голос. – Он говорит, я украла семейные драгоценности Моррисов…
Она схватила список и протянула его Джейсу.
Джейс подошел к столу, взял список и прочел его.
– До своей смерти Алан Моррис был моим партнером. Когда он умер, его жена унаследовала его акции. Кроме того, Алан был моим другом, – сказал Джейс, протягивая список обратно детективу. – Он часто рассказывал мне о подарках, которые он покупал для Шэннон. Я помню бриллиантовые серьги… – он взглянул на Шэннон, – по-моему, на пятую годовщину вашей свадьбы.
Она кивнула.
– Мы только пытаемся собрать факты, – сказал детектив.
– По-моему, не надо прикладывать особых усилий, чтобы выяснить, что у Шэннон не было доступа к семейным счетам или к банковским ячейкам Моррисов. Доступ был только у Алана и Дина. Если человек хочет подарить своей жене украшение, он имеет право это сделать.
– Ваши разъяснения несколько меняют дело, – сказал один из детективов, взглянув на своего напарника.
– Может быть, – сказал второй. – Мы знаем, где вас найти, если нам снова понадобится с вами поговорить, – сказал он Шэннон.
Детективы ушли. Джейс поблагодарил Мэриэллен за то, что она его вызвала, и закрыл дверь кабинета.
– Я сердита до того, что хочется плюнуть! – сказала Шэннон. – Как смеет Дин обвинять меня в краже! Алан сам подарил мне эти драгоценности, последним было ожерелье. Тогда он знал, что его дни сочтены, и полагал, что я смогу продать украшения, если мне понадобятся деньги. Но я не буду! Мне дорого все, что осталось после Алана. И я не стану покорно возвращать это Дину!
Джейс прислонился к двери, наблюдая, как она расхаживает по своему маленькому кабинету.
– Я знаю, что он покупал тебе некоторые из этих драгоценностей, и, если ты утверждаешь, что он подарил тебе их все, охотно верю. Только проверь еще раз, а вдруг некоторые из этих драгоценностей Алан взял на время?
– На чьей ты стороне?
– Всегда на твоей, – мягко сказал Джейс.
– Я так сердита на Дина… Почему он не может оставить меня в покое?
– Я всегда догадывался, что у него фанатичный интерес к вещам, а не к семье. Кажется, он хочет вернуть в семейный траст все, что когда-либо брал Алан, будь то деньги или драгоценности. Тебе понадобится снова проконсультироваться у юриста, чтобы узнать, сколько он действительно должен был вернуть… если вообще должен, – посоветовал Джейс.
– Алан не подарил бы мне ничего, если бы не был уверен, что это разрешено условиями траста. Муж знал, что я не нравлюсь Дину. Он защитил бы меня, – настаивала Шэннон.
– Я тебе верю, но проверка не повредит.
Она взглянула на Джейса.
– Когда ты вернулся из командировки?
– Я только вошел, и Мэриэллен сразу же попросила меня подойти в твой кабинет, сказала, что произошел непредвиденный случай. Но мне кажется, ты отлично справлялась и без меня.
– Может быть. Спасибо, что прибежал ко мне на помощь.
Джейс не ответил, у него был усталый вид.
– Ты должен поехать домой, и отдохнуть, – сказала Шэннон.
– Я собирался сначала прочитать почту.
– Ее, наверное, немало накопилось, ведь тебя не было пять недель и два дня… но кто считал?
– Я всегда много путешествую. – Джейс повернулся и открыл дверь, затем остановился и снова взглянул на Шэннон. – Если не считать визита полицейских, как у тебя дела?
– Отлично. Когда ты наверстаешь упущенное, мы сможем обсудить работу моего отдела. По-моему, тебе понравятся результаты.
Джейс кивнул и направился в свой кабинет. Он едва сдержался, чтобы не расспросить, Шэннон сейчас же, так ему хотелось знать обо всех сторонах ее жизни. Нравится ли ей в Сан-Франциско? Что она делает в свободное время?
И, конечно, есть ли у нее друзья?
Он пообещал Алану заботиться о Шэннон. Если он и мечтал о ее поцелуях, это не имело отношения к делу. По крайней мере, пока.
Джейс сел за свой письменный стол, обвел взглядом почту, доклады и папки и устало откинулся на спинку стула. Мужчина старался отогнать непрошеные мысли. Труднее всего было по ночам. Если он не падал от усталости, он вспоминал о сладком аромате Шэннон, ее мягкой коже, поцелуе в губы… Эти воспоминания доводили его до безумия.
Джейс стоял перед выбором: завести с Шэннон роман, воспользовавшись ее ранимостью, вызванной смертью Алана, или поступить благородно и оставить ее в покое.
Его недавняя поездка была лишь попыткой не думать о Шэннон – с глаз долой, из сердца вон. Только из этого ничего не вышло – обедая в битком набитом ресторане, Джейс воображал, что Шэннон сидит рядом с ним, проезжая в такси по оживленной городской улице, он представлял себе, как она прокомментировала бы индустриальный пейзаж…
Черт возьми, скверно.
Джейс придвинул к себе телефон и набрал номер.
– Салина? Это Джейс Пембрук. Как дела? Меня не было в городе, но я вернулся на некоторое время. Кстати, можно ли тебя пригласить на обед в субботу вечером?
Его жизни пора войти в прежнюю колею. Необходимо оказаться в обществе какой-нибудь красотки и перестать постоянно думать о вдове своего партнера.
После визита полицейских Шэннон долго не могла прийти в себя. Ей хотелось поговорить с юристом на свежую голову. Она чуть было не подняла телефонную трубку, собираясь позвонить Дину, чтобы попросить его оставить ее в покое. Однако рассудительность восторжествовала, и Шэннон передумала.
Вечером она обсудила произошедшее с мистером Смитом. Он собирался получить полную копию устава семейного траста Моррисов и изучить ее, чтобы узнать, стоит ли Шэннон беспокоиться.
Юрист заверил молодую женщину в том, что ее муж наверняка знал все тонкости и никогда не поставил бы ее в неловкое положение.
Собираясь, домой, Шэннон навела порядок на письменном столе.
Дни становились короче, воздух – прохладнее… Скоро она будет уходить с работы в темноте. Вообще-то, если она еще задержится, то стемнеет.
Но Шэннон колебалась. Не то чтобы ей не нравилась ее квартира… Там было очень уютно.