Страница 88 из 109
Нона собралась с духом и потянулась за своим оружием. Чайник прислонилась спиной к стене, призывая тени. Меч, который Нона вытащила из-за веревочного пояса, показался ей незнакомым — клинок ной-гуин, немного короче, прямее и тяжелее тех мечей, которыми Сестра Сало обучала послушниц.
Йишт никогда не улыбалась, но сейчас улыбнулась, обнажив окровавленные зубы. Она вытащила тулар из ножен, вдоль бокового разреза, так как тулары почти в два раза шире на конце, чем у рукоятки. По справедливости, бояться должна была она, столкнувшись лицом к лицу с обученной мечу послушницей, чья скорость могла оставить ее качаться в воздухе.
Нона стояла на месте, делая пробные удары, чтобы почувствовать свое оружие. Позади нее темнота начала сгущаться и свертываться, когда Чайник сосредоточила свои силы, чтобы дать ночи когти.
Йишт наступала ровным шагом, держа перед собой меч и вытянув руку.
— Клера! — крикнула Нона вслед уходящей подруге. Йишт уже однажды победила их обоих, вместе с целым классом других послушниц, но тогда они были детьми.
— Друзья — это слабость, — сказала Йишт. — Я преподала этот урок Зоул.
Говоря это, она атаковала, и при первом же ударе меч Ноны был почти вырван из ее рук. Лед-женщина обладала невероятной силой. Нона нанесла ответный удар, начав ослепляющую последовательность ударов, двигаясь так быстро, как никогда. Йишт идеально парировала каждый из них. Нона попыталась перенести свои дефект-клинки через выдвинутый тулар, но Йишт каким-то образом вывернула ее клинок, чтобы остановить такие движения, почти обезоружив ее.
Яростный удар на уровне живота заставил Нону отскочить назад, втянув бедра и живот, когда конец тулара Йишт просвистел на ширину пальца от него.
Как ты можешь проигрывать? Кеот взвыл.
Она знает все, что я собираюсь сделать! Нона с трудом отвела выпад от своей груди. Она может видеть будущее.
Она не может видеть только то, что ты и твои друзья собираетесь сделать дальше, потому что вы — примитивные существа. Она не может предсказать бросок костей или увидеть, что сделаю я.
Ну, тогда сделай хоть что-нибудь! Нона отразила еще одну атаку, чувствуя, как рябь ветра от тулара Йишт проносится мимо ее лица. Не только болтай! Но она знала, что разговоры — это все, что есть у Кеота.
Это просто, сказал Кеот. Сделай что-нибудь такое, что она не сможет остановить, даже если знает, что это произойдет!
Нона отступила еще на шаг и в следующее мгновение прыгнула. Она ударила по голове Йишт слева, и их клинки встретились с резким треском. Нона отдернула меч и начала поворачиваться. Она ускорила движение, повернувшись спиной к Йишт, полагаясь только на нехватку времени, которая должна была не дать женщине разрезать ее сверху донизу. Меч Йишт находился высоко справа от воина, он все еще сотрясался от эха последнего удара. Если Нона сможет развернуться и нанести низкий удар слева, Йишт физически не сможет его перехватить.
Каблук ботинка Йишт врезался в зад Ноны, когда она, вращаясь, прошла пол круга. Женщина, должно быть, начала удар до того, как Нона начала поворачиваться, и это заставило Нону растянуться на животе. Ей едва удалось избежать следующего удара, который пригвоздил бы ее к полу. Она перекатилась под опускающийся клинок Йишт с запасом в дюйм.
Тени Чайник бросились на Йишт через распростертое тело Ноны. Нона увидела, как лед-женщина отступила перед массой раздирающей тьмы, точно так же, как она когда-то отступила перед собственной мстительной тенью Ноны.
Мгновение спустя кошмар с когтями и зубами развалился, превратившись в волну тьмы. Нона перекатилась как раз вовремя, чтобы увидеть, как кусок камня и штукатурки, ударивший Чайник, упал в одну сторону, а монахиня безвольно повалилась в другую. Йишт, должно быть, использовала свою камень-работу, чтобы вырвать кусок. Нона видела место, откуда упал кусок, высоко над Чайник, где стена соединялась с потолком. Но удар получился скользящим. В последний момент Чайник почувствовала его и сумела отпрянуть достаточно далеко, чтобы спасти череп.
Йишт быстро появилась, аккуратно обойдя нож, летевший по коридору. Нона едва успела вскочить на ноги, чтобы встретить атаку. Она встала между Чайник и лед-женщиной, они обменялись ударами. Хотя ее скорость удерживала Йишт в обороне, каждое столкновение клинков грозило вырвать меч Ноны из пальцев. Рука болела, и она быстро устала. От Клеры не осталось и следа, кроме ножа.
Убей ее! В голосе Кеота прозвучало отчаяние. Дьявол переместился в правую руку Ноны, усиливая ее хватку на рукояти меча.
Убей ее!
Внутри Йишт тебе будет слишком тесно, а? Не хочешь делиться?
Нона продолжала бороться. Боковым зрением она заметила, как Чайник зашевелилась. Ее рука поднялась к голове. Последовал стон.
Йишт споткнулась после трудного парирования, шагнула неправильно, один ботинок заскользил по разбросанной штукатурке потолка. Увидев возможность, Нона воспользовалась преимуществом, но внезапно обнаружила, что ее меч украли из руки каким-то движением запястья, которое оставалось нераскрытым до тех пор, пока результат не стал неизбежным. Йишт бросилась в атаку, ее спотыкание было уловкой, и Нона, теперь позволявшая ускользать лишь мельчайшим долям времени, вдруг осознала, что на нее рушится несколько квадратных футов потолочной штукатурки. Падающая масса уже покрыла больше половины расстояния до пола.
Нона нырнула назад, вывернувшись от удара клинка Йишт, и повернулась плечом к штукатурке, когда та обрушилась на нее. Она тяжело ударилась о землю в белом облаке пыли и осколков, перекатилась и покатилась дальше, зная, что в любой момент из пыли выскочит острый как бритва тулар.
Однако, он так и не появился.
Воздух очистился, открыв Йишт, ее черная одежда стала белой, медленные цвет-приливы под кожей побледнели, покрытые измельченной штукатуркой. Она стояла, одной ногой прижимая голову Чайник к половицам, а лезвие меча — к бледному горлу монахини. То, что смотрело на Нону ее глазами, не было похоже на человека.
— Друзья — это слабость, — повторила Йишт. — Тебе следовало бы сейчас убежать... но ты этого не сделаешь. — Она чуть шевельнула мечом, и Нона вскрикнула. Йишт улыбнулась, дьяволы сражались за ее язык. — Ты должна была позволить мне убить тебя еще в монастыре. Тогда я была другой. Не доброй, но и не жестокой. Теперь все изменилось. Теперь я жестока.
Беги, сказал Кеот. Монахиня обречена. В любом случае, она просто обуза.
— Я перережу ей горло на счет три. Один...
Нет! Беги! взвизгнул Кеот. Беги, идиотка... Его голос стал слабым и тонким.
Нона бросилась вперед с пустыми руками. Йишт идеально рассчитала свой ход, подняв меч с брызгами крови как раз в тот момент, когда ноги Ноны оторвались от земли, направляя ее по нужной траектории.
Тулар потянулся к Ноне, когда она добралась до него, готовый ее пронзить. Она ударила своими дефект-клинками, ее пальцы были алыми там, где Кеот вторгся в них. Клинки встретились со сталью, рассекая оружие на яркие кувыркающиеся куски, но Йишт видела, что произойдет, и видела, как последняя часть ее меча, отклоненная от груди Ноны, вместо этого пронзит верхнюю часть бедра девушки и заскрежещет по кости.
Йишт шагнула в сторону, избегая оружия Ноны, и девушка с криком упала на землю рядом с Чайник, ее нога была охвачена горячей и влажной болью. Остатки тулара Йишт упали рядом с ней, вырванные из рук женщины.
— Я могу оставить вас обоих истекать кровью. Сомневаюсь, что вы продержитесь до тех пор, пока вас не найдут стражники Шерзал. — Йишт отступила назад, вне пределов досягаемости, на случай, если у Ноны хватит сил замахнуться на нее.
Кровь хлестала из раны на ноге Ноны с пугающей скоростью. Если бы ей не пришлось резать свиней по указанию Сестры Сало, она бы не поверила, сколько в ней крови и как быстро она может уйти. Конечно, она наносила другим раны и похуже, но в пылу битвы не было ни времени, ни желания наблюдать за последствиями.