Страница 29 из 74
— Но… этот так на неё не похоже, — прошептала Рэйчел. — Дженни была умной, я была уверена, что у неё всё хорошо с учёбой.
— Возможно, она бы и окончила университет, если бы действительно уделяла время учёбе, но это было далеко не так.
— О чём ты?
— Как я говорила, у неё больше не было якоря в виде тебя, которая бы говорила, когда стоит остановиться в нужный момент. Дженни стала слишком много времени уделять развлечениям. Она гуляла до поздней ночи, общалась с друзьями, ходила на вечеринки и тому подобное. Как ты понимаешь, она прожигала свою жизнь.
— Она что-то употребляла? — выдавила из себя Рэйчел.
Алана оставила сковородку в покое и обернулась обратно к дочери, впервые взглянув ей в глаза. На загорелом лице как никогда теперь были видны морщинки, которые Рэйчел не заметила по приезду. Её мать была уже немолода, и, если Дженни действительно вела разгульную жизнь в последнее время, Рэйчел представляла, сколько нервов было потрачено. Она задержала дыхание, боясь услышать ответ матери, ведь это бы всё поменяло.
— Да, — ответила хриплым голосом Алана. — Сначала это был алкоголь. Потом, я так полагаю, была трава и лёгкие наркотики.
Рэйчел выдохнула так резко, будто её ударили в живот. Она опустилась на стул и прикрыла рот рукой, во все глаза смотря на свою мать. У неё и в голове не укладывалось, что Дженни могла ступить на этот путь. Её сестра, которая никогда бы так не поступила. Это было просто немыслимо, и самое ужасное было то, что от неё всё это время скрывали.
— Как такое возможно?!
— Мне жаль, — выдохнула Алана. — Дженни скрывала это, а я не могла достучаться до неё. Она уверяла меня, что мне это только кажется, но я же не слепая. Я догадывалась обо всём. Спустя время, я виню себя за то, что оказалась плохой матерью. Я не должна была допустить всего этого. Думаю, это и стало виной того, что у неё появился рак.
— Рак может появиться и у здорового человека, — выдавила из себя Рэйчел.
— Я понимаю, дорогая, — прошептала Алана дрогнувшим голосом. — Просто…
Её плечи поникли, и она отодвинула стул, рухнув на него без сил. Трясущиеся руки потянулись к лицу и закрыли глаза, которые наполнились слезами. Рэйчел будто контуженая сидела на месте, не в силах подняться и успокоить свою мать. Она смотрела, как Алана справляется со своим горем сама, и от этого появился ком в горле. Рэйчел хотела уже найти в себе силы и заговорить с матерью, когда та резко утёрла слёзы и взяла себя в руки.
— Теперь ты знаешь всю правду.
— Этого бы не произошло, если бы я не уехала, — прошептала Рэйчел, чувствуя поднимающийся холод по телу.
— Не говори так, — оборвала её мать. — В этом нет твоей вины. У вас разные жизни, и каждый должен был отвечать за свои поступки. Вы обе выбрали свой путь, и Дженни просто пошла не той дорогой. Какой бы она ни стала, она всё равно будет в наших сердцах, и ты должна её помнить всё тем же светлым человеком, каким она была.
Утерев нос, Алана поднялась на ноги и вернулась к плите, чтобы разложить ужин на тарелки. Рэйчел очнулась будто ото сна, когда перед ней поставили тарелку. От соуса исходил приятный аромат, но желудок скручивался так, будто собирался вывернуть всё наружу. Как бы Рэйчел ни хотела есть, она просто не могла заставить себя что-то взять в рот. Ком по-прежнему стоял у неё в горле.
— Я, наверное, пропущу ужин, — тихо призналась Рэйчел, поднимаясь на ноги. — Уже довольно поздно, поэтому я думаю остаться у тебя на ночь. Мне нужно всё переосмыслить. Ты не против?
— Конечно, оставайся, — проговорила мать, не поднимая на неё взгляда. — Я не трогала ваши комнаты, там всё осталось прежним.
— Я уеду завтра утром. Спокойной ночи.
Не замечая того, как она шатается, Рэйчел поспешила на второй этаж, где были их спальни. В маленьком коридоре находились только три двери, и её старая комната располагалась за самой дальней из дверей. Стараясь не глядеть на первую дверь, Рэйчел прошла мимо закрытой комнаты, которая принадлежала Дженни. Она хотела заглянуть внутрь, но теперь думала, что просто не выдержит всего этого. Для одного дня было слишком много информации, и она боялась, что это было не всё, что ей требовалось знать.
Дёрнув за ручку, дверь поддалась и открылась, и Рэйчел очутилась в своей старой комнате, в которой действительно было всё так, как в тот день, когда она съехала отсюда. Её кровать была заправлена и покрыта покрывалом, старый стол с синим стулом по-прежнему стояли в углу у широкого окна. Даже картины и плакаты до сих пор висели на стене, а на полу лежал огромный белый плюшевый медведь.
Не в силах больше стоять на ногах, Рэйчел опустилась на кровать и откинулась назад, раскинув руки в стороны. Её взгляд упёрся в потолок, усыпанный маленькими звёздами, которые она наклеила самостоятельно ещё в средней школе. На тот момент ей казалось это классным, просыпаться и засыпать, смотря на эти звёзды, и она знала, что в комнате у Дженни они так же есть на потолке. У них часто было что-то одно на двоих, и если что-то появлялось у одной, то вторая так же требовала это себе. В детстве они были невыносимы, пытаясь копировать друг друга, но с возрастом они стали меняться и находить себя.
Понимая, что всё это произошло из-за неё, Рэйчел отвернулась от звёзд и повернулась на бок. От такого положения телефон неприятно упирался в ногу, и Рэйчел достала его. С минуты она смотрела на дисплей, гипнотизируя время, а затем ощутила острое желание кому-то выговориться. У неё был единственный человек, который готов был её выслушать, поэтому она нашла его номер и начала набирать сообщение.
«Мне кажется, что это именно я убила Дженни. Я просто отвратительна.»
Отправив сообщение Спасителю, Рэйчел откинула телефон в сторону и закрыла глаза. Она хотела плакать, но слёзы будто высохли. Она чувствовала себя виноватой перед Дженни, ведь, если бы она не уехала и осталась с ней, всего этого бы не произошло. Она совершенно не думала, что чувствует её сестра, когда она бросала их с матерью и уезжала в новую жизнь, желая изменить всё.
Рэйчел готова была и дальше копаться в себе и угнетать, если бы телефон не завибрировал, оповещая о входящем сообщении. Разомкнув глаза, она посмотрела на экран и резко вскочила с кровати, заметив всего лишь два слова. Её сердце пропустило удар, а затем рухнуло куда-то вниз. Не понимая, действительно ли эти слова были написаны, она снова прочла сообщение.
«Выгляни в окно.»
Сердце ускорилось и забилось так быстро и сильно, что, казалось, оно выскочит из груди. Вскочив с кровати, она побежала к окну, не веря в то, что Спаситель мог такое написать. Неужели он знал, где она находится? Неужели он приехал к ней? Множество вопросов пролетали у неё в голове, и она с предвкушением подбежала к окну, раздвинув резким движением шторы в разные стороны.
Её взгляд зацепился за машину, стоящую перед домом в темноте. Рядом с машиной стоял человек, но его было сложно разглядеть в темноте. Рэйчел испустила удивлённый вздох и положила руку на сердце, пытаясь разглядеть человека перед домом. Она напряглась и придвинулась к окну вплотную, смотря на то, как человек сделал шаг вперёд, выходя на свет от фонаря. Её улыбка померкла, когда она разглядела Ролана, который поднял руку и помахал ей, подзывая и прося, чтобы она открыла окно и выглянула наружу.
Опустив взгляд на телефон, Рэйчел ещё раз взглянула на полученное сообщение, и только сейчас заметила, что оно было не от Спасителя, а от неизвестного номера. Глупо было надеяться, что Спаситель действительно мог приехать к ней, но, видимо, эта надежда находилась где-то глубоко в ней. Разочарование наполнило её, и она не смогла скрыть этого, когда открыла окно и крикнула Ролану, который с улыбкой смотрел на неё.
— Я сейчас выйду, подожди минуту.
========== Глава седьмая ==========
Деревянные ступени противно заскрипели в тишине, в которую погрузился дом. Рэйчел не боялась быть пойманной, ведь она была уже взрослой, но лишнее внимание всё равно не хотела привлекать. Будто назло, услышав скрип на лестнице, из кухни выглянула Алана, с интересом смотря на свою дочь. Рэйчел ничего не оставалось, кроме как объяснить своё появление внизу, ведь несколькими минутами ранее она отказалась от ужина и скрылась в своей старой комнате.