Страница 111 из 115
Мы со Змеем и примкнувшим Хвостом слегка зависли. Какой такой «не пришли»? Очень даже пришли. И даже в баньке попарились. Лёха в свою очередь завис. За каким чертом мы со своими бесстыжими рожами в библиотеку то сунулись? В других местах уже нечего ловить, что ли? Я тоже почему-то свой разум выключил. Надо было бы догадаться, что вряд ли советские пацаны станут нанимать библиотекарш для сексуальных утех. Тогда и учительниц можно смело оприходовать. Зачем далеко ходить?
В записке номер корпуса оказался не шестой, а восьмой. Цифра была плохо прописана. А я не нанимался распознавать лёхины каракули.
Само собой, поржали над нами, жеребцы подлые. Заметив, что я со своими подручными не злимся и даже удовлетворенно похмыкиваем, озадаченно смолкли. Не станешь ведь всем объяснять, как нам повезло. Мимо пронёсся озабоченным оленем дядя и постучал пальцем по наручным часам. Время осталось только раздеться в гардеробе и раскидать свои копчики по шахматным местам. Подошел Шумилов, ведя под ручку нашу хозяюшку в строгих очках. Он представил её команде и бережно усадил за четвертый столик.
Нашими противниками оказались каширцы, почти не оказавшие никакого сопротивления. Марина с блеском обыграла свою соперницу, обладавшей очень похожей внешностью. Или очки так нивелируют женские лица? Напротив меня сидел пожилой второразрядный мужичок в образе киношного деятеля общепита. Помня дядину разводку, я не пытался досрочно закончить игру, стараясь сыграть как можно слабее. Блин, где мужик свой разряд получил? В переходе, наверно, купил? Хотя, нет. Тут пока не научились жульничать с документами. Кажется, что если я даже в поддавки начну играть, то все равно обыграю. Короче, захапали себе сразу четыре очка, выскочив на первое место.
Зрителей сегодня было очень мало. Можно сказать, что почти и не были. Потом я выяснил, что дядя в шестом корпусе как раз обсуждал вопрос с переносом основного времени на вечер, а доигрывание на утро. Многие зрители слезно просили так сделать, но в понедельник решили пока ничего не менять. Повезло нам с Вованом, не то пришлось бы изворачиваться, чтобы попасть на хоккей с канадцами.
Не успел вылезти из-за шахматного столика, как около меня нарисовался Штирлиц. Он был в строгом темно-сером пиджаке и примерно такой же расцветки галстуке.
— Генерал Чебриков поручил мне срочно разыскать тебя и доставить к нему, — сообщил подполковник.
Что ещё понадобилось кегебешникам от меня? Значит, накрылась перспектива побыть на молодёжном матче с канадцами в Сокольниках. Пришлось позвать Змея. Передать в его распоряжение Хвоста и билет на матч с пояснениями:
— Если я до срока не появлюсь, то отдай этот билет, кому захочешь. А Хвосту скажешь, чтобы доставил тебя в Сокольники.
Проследовал за подполковником и загрузился на заднее сиденье чёрной новой Волги. Машина рванула и покатила в обратную сторону от Москвы. Оказалось, что рыжий генерал ожидал меня на квартире недавно упокоившейся подруги. Интересно, за каким таким хреном я ему понадобился. Поинтересовался здоровьем доченьки. По-прежнему температурит безбожно. Когда спросил о шурах-мурах с целительницей, подполковник выпучил глаза. Пришлось признаться, что видел его с цветами у авдотьиного дома.
— Виктор Михайлович абсолютно прав, когда считает тебя перспективным кадром для работы в наших структурах, — неожиданно высказался юлин отец.
Так вот почему я понадобился генералу Чебурекову. Будут, значит, склонять меня в чём-то поучаствовать. Кажется, моя Волга в заднем окне померещилась. Точно, это она чешет. Чёртов Хвост явно хочет получить проблемы для своих окороков. У подъезда дома стояла Чайка. Чебриков, значит, решил официально здесь появиться. Со Штирлицем поднялись в бывшую квартиру Таисии. Мне навстречу уважительно встал Виктор Михайлович в цивильном сером костюме и пожал руку.
— Вот при каких обстоятельствах пришлось снова нам встретиться, — грустно проговорил он.
Двое крепкотелых лейтенанта сноровисто рылись в таисиных вещах.
— Архив Орловых должны найти и забрать, — объяснил генерал, проследив за моим взглядом, — А ты читай это.
Мне вручили исписанный красивым каллиграфическим почерком Степановны лист в клеточку. Глазами сразу же зацепился за то место, где она просит генерала Витю поспособствовать передаче её квартиры со всеми ценными вещами мне. Нихрена себе оборот! В принципе, старушка правильно рассудила, что в материной двухкомнатке поселится Люба со всей своей семьёй, и я там окажусь на положении приживалки. Не пришей к кобыле амортизатор. Она же не знала, что я уже выиграл на конкурсе для себя квартирку в «Красном Луче».
— У меня даже паспорта нет, — как-то само собой вякнулось.
— Вот по этой причине у меня с Максимом Макаровичем будет к тебе одна необычная просьба, — высказался генерал, — Квартиру эту для тебя выбить будет несложно. Есть такое понятие — госрезерв. Это когда для нужд органов резервируется в нашем государстве любое движимое и недвижимое имущество. Пока ты будешь подрастать, квартира эта будет тебя ожидать под нашей крышей. Чтобы она не простаивала, можно ли поселить в ней временно дочку Максима Макаровича? Она в этом посёлке учительницей работает и живёт в общежитии. Там условия не очень благоприятны для здоровья. Сырость. Болеет часто.
— Я буду только рад, — проговорил, не отойдя ещё от шока.
Штирлиц благодарно пожал мне руку. Посидел ещё малость с безопасниками на кухне, поминая бывшую хозяйку коньячком. В голове промелькнула и погасла мысль, что Таисия, если хотела отдать свой архив другу Вите, то указала бы его место расположения. В общем, не моё это дело. Пусть контора бурит себе как можно глубже, в меру своей испорченности.
В своей квартире немного прибрался после заячьего налёта, повалялся на диване, обдумывая свалившиеся на меня блага от Степановны. До матча в Сокольниках оставалась куча времени. Вспомнил визит призрака Таисии, достал и разложил на столе надыбанные у бандитов сокровища. Призраки, когда проявляются перед теми, кем желают, обычно теряют на такое дело часть своей энергии. Решил исполнить обещание, и раздать ворованные вещи наследникам призраков. Касался какой-либо вещи и выслушивал от тут же появляющегося призрака координаты и данные будущего обладателя этой ценности, записывая всё в блокнот. Убил на протоколирование около часа времени. Из окна было видно, как Хвост терпеливо дожидался меня внизу у машины. Классный малый. Хорошо, что меня не послушался.
Забрался в нашу машину и позволил себе немного поизгаляться:
— Хвост, что мне с тобой сделать за то, что ты кладёшь свой болт на мои приказы?
— Выпороть и простить, — подумав, деловито предложил парень.
Мда… Вспомнился анекдот про Вовочку, у которого родители нашли набор садомазо: — «Ну, я так понимаю, пороть тебя теперь бесполезно…, - заявил вовочкин отец».
— Чё лыбишься, злыдень? Давай, гони тачку в Берёзовую Рощу, — рякнул на него.
Змея, как договаривались, надо было забрать на хоккейный матч. Проведали заодно в санаторном корпусе зайцев. Сидят, уткнувшись носами в телик и хрумкают печенюшки. Набрали где-то дохрена этой шняги и хрустят. Зайцы — одно слово. Договорился с администратором о продлении срока их проживания ещё на пару дней. До хоккея надо будет в Москве заскочить к своим музыкальным коллегам. Как цивилизованный человек, предварительно предупредил их звонком. Гена Торчинский будет ждать меня на своей работе, что на улице Качалова, а с вахты звякнуть по внутреннему телефону. Получил согласие на визит и от Таривердиева радостным, хоть и малость простуженным голосом.
Переться к выдающемуся челу, в смысле, к композитору с пустыми руками, было как-то не комильфо. Решил по этой теме заскочить в обитель Зурабыча. Звезду общепита выловил в недрах ресторана по характерно звучащим распоряжениям. Проникнувшись моей проблемой, тот моментально пришёл в неистовый восторг и снабдил из своих закромов супердефицитным и оттого не менее дорогим коньяком «Двин». Я сразу же начал вибрировать, но директор ресторана замахал руками, успокаивая, что сие изделие станет лично для меня абсолютно бесплатным, как только я для него выпрошу всего лишь автограф у гения музыки. По этой причине бутыль к моему ужасу была безжалостно вскрыта и пролилась в два коньячных фужера уже в директорском кабинете под закусь ломтиками горького шоколада. Ощущения накрыли после глотка, как от доверчивых обещаний красивой женщины. Высокий градус под пятьдесят совсем не ощущался, приглушаемый умеренно сладкими эклектическими нотками чего-то восточного. После чего девятым валом накатывало крепким мужским послевкусием в облаке ароматов знойного лета.