Страница 15 из 107
Глава 4
Пятница, 14.03.1975 г.
В фойе дворца всё было подготовлено к матчу. Шахматные столики стояли с уже расставленными на них фигурами. Возле них, а также в буфете постепенно накапливались участники будущих сражений и их почитатели, чинно приветствуя друг друга и лакомясь местными фирменными пирожками с повидлом.
Встретился учитель Мезенцев и обрадовался мне, как родному. Поведал с кривой улыбкой о своём неудачливом опыте в составе нашей команды — три нуля в трёх матчах — и признался, что ему лучше оставаться в любителях. Я постарался подбодрить хорошего человека:
— Вам просто не повезло по игре. Соперники оказались более сильными.
Удовлетворил интерес Николая Трофимовича к срокам моего появления в школе:
— Дел по горло. Рассчитываю на понимание у Марка Ефимовича и педагогического коллектива того факта, что я полностью образован в объёме курса средней школы и даже сверх того. Намерен просить режим свободного посещения с обязательствами плодотворно участвовать во всевозможных конкурсах и олимпиадах. Чтобы доказать свой уровень подготовки готов пройти любые тесты.
— Занятно, занятно…, - почесал свою бородёнку математик, — А Колдопский в курсе ваших намерений?
— Не успел рассказать. Закрутился тогда, — развёл руками я и напомнил свой триумфальный визит в его школу.
Учитель хитро ухмыльнулся и повлёк меня к буфету. У входа обнаружилось место с деревянной панелью для навешивания всяких объявлений и плакатов, выкрашенное тёмно-синим цветом, а в руках Николая Трофимовича мел. Он, что, в карманах эту шнягу таскает?! Учитель быстро и правильно нарисовал на доске два вписанных друг в друга круга, касающихся сбоку в определённой точке А. Провёл от неё линию общего диаметра АВ и параллельную хорду СD, касательную к меньшему кругу. Хорда оказалась равной 24 см. Требовалось найти площадь фигуры между кругами.
Меня даже обидело такое пренебрежение учителя. Задачка публиковалась в разделе «Квант для младших школьников». Надо всего лишь поместить малый круг в центр большого. Возникнет тогда прямоугольный треугольник с известным косинусным катетом в половину хорды. Второй катет — радиус меньшего круга, а гипотенуза — радиус большего. Далее через отношения определил синус и косинус угла при точке С. Составил сумму квадратов синуса и косинуса, всегда равной единице. Получилось, что квадрат большого радиуса равен сумме квадрата малого радиуса и числа 144. Умножаем это безобразие на число пи и обнаруживаем искомую разницу площадей кругов — 144 пи. Алес! Цветы и аплодисменты, пжалста.
Математик так разулыбался, словно выловил из пруда рыбёшку-неберушку, но тут же ошарашил новой задачкой:
— Ученик стоит в центре круглой лужайки диаметром 100 метров. Каждую минуту он делает шаг в 1 метр. Перед каждым шагом он объясняет направление, в котором хочет шагнуть. Злой учитель имеет право заставить его сменить направление на противоположное. Сможет ли ученик действовать так, чтобы выйти с лужайки?
— Хорошо, — отреагировал я, — Решу и эту вашу задачку. Но в диспутах принято участвовать обеим сторонам. Предлагаю вам также принять мой вызов. Допишите между цифрами нужные символы действия, чтобы получился результат.
Начертал на стене: «2 2 2 2 = 9». Нас, усердно малюющих стенку формулами, уже окружала приличного размера толпа, состоящая и из участников турнира, и болельщиков. Мои гаврики там тоже проглядывались с ухмыляющимися рожами. Высоколобые интеллектуалы глубокомысленно таращились на надпись и категорично заявляли, пока я рисовал путь ученика к краю лужайки:
— Задача нерешаема!
Принцип нащупался интуитивно. Каждый следующий шаг ученика должен производиться в направлении, строго перпендикулярном отрезку от места до центра. И ничего тогда злыдень-педагог с несчастным школяром сделать не сможет. Николай Трофимович грустно похвалил меня за правильное решение и с искажённым тяжёлыми раздумьями лицом погрузился в решение моей задачи.
Неожиданно толпа зрителей заколыхалась, как-то задвигалась и куда-то устремилась. Причина волнения обнаружилась очень скоро. Пришёл посмотреть игру и сразу был узнан почитателями знаменитый Тигран Петросян. Он растерянно улыбался, пожимал протянутые руки и подписывал автографы. Показалось, что Шумилов не слишком обрадовался приезду именитых гостей. Когда ажиотаж понемногу начал спадать, шахматистов позвали занимать свои места.
По-прежнему пришлось играть на второй доске под чужой личиной «Николаев Ю. А., 1 р.». Напротив уселся представительный такой лысоватый мужчина лет под пятьдесят, в сером добротном пиджаке и с переливающимся оттенками синего галстуком. Перворазрядник Круглов В. И. Лицо такое приятственное, умное. Поприветствовали друг друга рукопожатиями. Лапищи у него оказались неожиданно здоровые, как у сельского механизатора, в полном диссонансе с интеллигентной внешностью.
Начал я ходом королевской пешки. Возникла защита Уфимцева. Механизатор играл уверенно, но маленькие его ляпы постепенно накапливались. Пожертвовав пешку на семнадцатом ходу, я получил инициативу на ферзевом фланге.
Два гроссмейстера тусовались поначалу возле столика Шумилова, потом подошли к нашему. Экс-чемпион наблюдал ход игры молча, зато стоящий рядом Суэтин зудел, как стадо беременных комариных самок, к тому же оголодавших. Возможно, по этой причине у механизатора последовали ошибки. На двадцать шестом ходу я выиграл ладью за коня, и позиция чёрных просто развалилась. Соперник ещё побарахтался ходов десять и капитулировал. Поздравив меня с победой, он ушёл в жутком раздражении.
— Ещё один перспективный кадр появился. Надо будет запомнить фамилию, — донёсся шепоток Суэтина на мой счёт.
Парочка шахматных знаменитостей отчалила к другим столикам. Стоит предупредить дядю, чтобы не палил меня своим друзьям. Хотя, он сам вполне разберётся, без моих подсказов. Когда надо у него хитрая резьба в нужном месте всегда отыскивается.
Шумилов, озабоченно поглядывавший на мою доску, резко стартанул из-за своего стола, изобразил приглашающий жест мне и моментально испарился. Напротив меня теперь оказался чем-то похожий на только что побеждённого соперника и с такой же фамилией игрок, немного худощавей и со степенью кандидата в мастера. На меня он смотрел кровожадно, собираясь расквитаться за поражение своего не то родственника, не то просто однофамильца.