Страница 5 из 6
– Хотя бы потому, что я никуда сбегать отсюда не собираюсь. Галина Алексеевна, это главный психиатр, знает об этом, так что вполне мне доверяет. И, да, я ещё не настолько съехал с катушек, чтобы звонить в NASA. Понимаешь, терпеть не могу, когда меня игнорируют, а с такими компаниями мне разговаривать не о чем.
– Я не понимаю! – искренне возмутился Миша, – Ты же вроде не припадочный. И никто тебя сюда, как некоторых, насильно не запихивал и не держит. Как псих ты со мной, здоровым человеком, тоже не разговариваешь. Даже вон с психиатром какие-то договоренности имеешь. Что ты здесь делаешь?!
Свое личное пространство Артём любил. Любил страстно и ревностно и готов был глотки за него всем и каждому рвать. Так что Мише повезло, что три на два действовали безотказно. Не надо. Они не друзья, они друг другу никто. Просто случайные соседи.
Артём остановил свой готовый дернуться глаз и быстро, чтобы враг не успел сориентироваться, проговорил:
– Ты не докапываешься до меня, я не докапываюсь до тебя, идет? Звучит как отличная сделка, так что договорились. Спокойной ночи.
3. Пришельцы и последствия
Интернет-серфинг не был любимым Мишиным занятием, даже в десятку не входил. А уж теперь, когда за доступ к интернету фактически шли бои, перспектива вообще вызывала тоску. Но не зря же потрачено столько сил на пароль от wi-fi! Так что теперь, сидя в пустом холле, Миша чувствовал себя почти победителем над этим местом. Раннее утро обеспечило ему работающий роутер и свободное мягкое кресло, в которое он забрался и начал сбор информации.
Пока страницы лениво грузились, Миша подумал, что можно кому-то позвонить. Например, маме. «Алло, мам, привет! Да все хорошо! Где я? Да т-а-а-а-а-к. Ну, понимаешь… в санатории для душевнобольных… нет, что ты! Да это не психушка! Нет, Сибирь здесь ни при чем! Какой Обнинск, мама?!» Интересный вышел бы диалог…. Миша побарабанил пальцами по подлокотнику. Может, зря он все это делает? Стоит ли это того? Follow your dreams, значит?
– Привет, зайчик. Скучаешь?
Томный голос прозвучал совсем близко от уха, так что Миша инстинктивно дернулся. Он лишь чуть повернул голову на источник звука и тут же чуть не уткнулся носом в чью-то щёку.
– Эм… здрасте, – постарался он сохранить спокойствие, вжимаясь как можно глубже в кресло.
Женщину ведьмовского вида это нисколько не смутило. Напротив, она широко улыбнулась, сверкнула чрезвычайно круглыми глазами и приблизилась, запихивая Мишу в обшарпанную ткань ещё глубже.
– Как насчет провести со мной этот томный вечерок? Возьму недорого, – подмигнуло существо, упёрло худющие руки в подлокотники и не оставило Мише ни одного пути к отступлению.
– Сейчас восемь утра, уважаемая, так что…
У Миши глаза повыскакивали из орбит. Так дерзко, нахально и пугающе ещё ничья рука не оказывалась там.
«О Господи, она меня сейчас изнасилует! Мамочка, спаси!»
И эти мысли он даже признал без стыда.
– Уберите руку, уважаемая, – стараясь не выдать первородного страха остаться без мужского, во всех смыслах, достоинства, делано спокойно попросил он.
– Ну чего мы стесняемся, зайчик? – потрескавшиеся губы оказались прямо возле его лица. – Всего сто долларов.
Мишу обдало дыханием смерти. Смерти его как человека, способного жить половой жизнью.
– Не стоит.
Он, конечно, считал себя воспитанным человеком, но жизнь дороже. Так что уперся в нависшую над ним костлявую грудь и отодвинул от себя настолько, насколько мог.
– Ай, ай, какой дерзкий!
Это он думал, что у него есть шанс. Но теперь отчетливо понял, что ошибался. Либо она его сейчас изнасилует, либо просто оторвет все, что её интересует.
– Договоримся?..
– Чур я сверху. Тогда, так и быть, договоримся на восемьдесят. Какой ты проказник!
– Людмила Васильевна, вы что, не видите? Он же импотент, по глазам понятно. Может, вам лучше Лёшку спросить? У него как раз недавно зарплата была. Авось и согласится.
«Людмила Васильевна» стрельнула в Мишу резким взглядом. У бедняги мурашки прошли по всей спине и собрались где-то у лопаток. Он даже дышать перестал. «Надо помолиться».
Совковая Банши пристально вглядывалась в его глаза ещё добрых полминуты, а потом резко отпрянула.
– Да, Артёмушка, ты прав. И что же вы все такие, голубчик мой? – с сожалением покачала она головой. Миша ее перестал интересовать так же резко, как и начал недавно.
– Что поделаешь? – развел руками Артём, – Такое поколение. Вот Лёшка – другое дело. Он в интернете не сидит, так что у него все работает как часы.
– Эх, – махнула рукой барышня, – да что мне Лешка-то? Я ему и скидочки, и все на свете, а он мне: «Спать, Людмила Васильевна, спать». Даже Людочкой не назвал. Ай, ладно, голубчики.
Миша провожал существо взглядом так долго, как только мог. Только бы она не обернулась! И даже когда она скрылась за поворотом, он все ещё с ошалелыми глазами смотрел ей вслед.
– Расслабься! – хихикнул Артём и плюхнулся в соседнее кресло, – ты её больше не интересуешь. Почему-то она в импотенцию очень легко верит. Наверное, травмирующий опыт.
– Травмирующий опыт?! Это у меня только что был травмирующий опыт! На всю жизнь!
– Ха-ха, ну ты и впечатлительная натура, конечно.
– Впечатлительная?! Кажется, ты спас мне жизнь. – Миша все ещё не решался расслабиться, продолжая намертво впиваться ногтями в подлокотники кресла. – Что за чудовище?
– Это Людмила Васильевна. Она нимфоманка, как ты заметил, – Артём хмыкнул, вспоминая, как в первый раз познакомился с ней. А хорошо, что его хотя бы предупредили об этом чуде, – а ещё, прикинь, она русский язык в школе преподавала. Потом у неё сдвиг какой-то случился, и она в проститутки подалась. Так и работала на два поста, пока какой-то ученик её на этом сайте не спалил. Весело, да?
– Безумно.
– Доброе утро, кстати.
Миша скривился и вздохнул так тяжело, как никогда в жизни.
– Наверное, мне стоило предупредить тебя вчера, – рассудил Артём, пока они оба шли по коридору, – принимайте извинения.
– Да уж! – в очередной раз подпрыгнул Миша.
– Ну а что, тебе не понравилось? – Артём очевидно веселился, – или ты настолько не обделён женским вниманием, что такие предложения только надоедают?
– Дело не в этом!
– Ай-ай, какие мы привередливые!
В их тандеме Артём определенно занимал позицию кота, и Мише ничего не оставалось, кроме как согласиться с ролью мышки.
– Просто у меня есть инстинкт самосохранения.
Это больничное утро понравилось Мише меньше, чем предыдущее. Он в очередной раз удивился, как согласился на всё, что привело его в эту точку пространства. Чтобы ещё одна такая авантюра? Да никогда!
А вот у его спутника настроение, похоже, было лучше некуда: Артём снова скакал по коридору, улыбался и шутил. Перед входом в столовую он остановился поговорить с каким-то невзрачным санитаром. У высокого и в целом привлекательного молодца, которого сюда явно занесла нелегкая, на лице застыла тоска, как только Артём произнес заветное «Людочка». Хотя после обсуждения насущного они весело поболтали и даже посмеялись. Миша предпочел воздержаться от разговора: мало ли, Людмила Васильевна активизируется при упоминании имени. Может, она демон?
– Доброе утро! – поздоровался Артём с посетителями столовой. Они посмотрели на него полными боли и сомнения глазами. Кто-то взглядом и вскинутой бровью предупредил, что лучше не стоит.
– Смотрю, ты сегодня в хорошем расположении духа, – набрав побольше воздуха, коснулся Миша щекотливой темы.
– Да? Зачем грустить, дружище, если всё хорошо? Глупо и бесполезно, – подмигнул ему Артём и сделал ещё глоток сомнительной жидкости из стакана, – ненавижу кофе! Как хорошо, что от этого напитка здесь только название, да?
– Предпочел бы не проверять, – Миша кисло побултыхал серое содержимое своего стакана, – так ты… не злишься?
Артём поднял на Мишу взгляд. В нём что-то блеснуло, но Миша не решился бы сказать, что именно.