Страница 69 из 110
– Если бы я знал, все могло бы сложиться иначе, – механически произнес Костя.
– А ты хотел об этом знать? – уже почти без слез, как-то обреченно спросила она. – Ты не хотел меня видеть, не желал слушать... А знаешь, когда он был зачат? – горько усмехнулась она. – В последний день, когда мы с тобой виделись в офисе... И несмотря на все, что там произошло, я успела его полюбить и перенести свою любовь к тебе на него... Тебя не было рядом, и я любила его.
– Я был рядом! – неожиданно повысил он голос. – Я был в ста метрах от тебя! Если ты не желала встречаться со мной, ты могла дать знать хоть кому угодно! Саше, Лене Хориной, Вере! Ведь могла же?!
– Могла, – без эмоций в голосе согласилась Анна. – Только я устала от неопределенности, от непонимания... Я хотела сохранить свою любовь хотя бы в ребенке, а в результате не получила ничего. Прости.
– Ты об этом хотела мне вчера рассказать? – спросил он после паузы.
– Да.
Крылов тяжело встал с кресла и, прихватив вещи, молча вышел за дверь.
Закусив губу, Анна подошла к окну. Почувствовав, что слезы вот-вот снова вырвутся на волю, она обхватила плечи руками, подняла вверх голову и закрыла глаза...
...Костя ехал от гостиницы куда глаза глядят, словно на автопилоте. Обнаружив среди припаркованных к обочине машин свободное место, он остановился и, откинувшись на сиденье, долго бесцельно смотрел в потолок. На душе было больно. В голове не было ни одной более-менее сформулированной мысли, только обрывки фраз. «Сильный токсикоз... Я был в ста метрах... Беременность перестала развиваться... Не получила ничего...»
«Но как она могла?! – сверлило в мозгу. – В ее слабости и умении прощать и была ее сила!.. – скользнув взглядом по панели, он вдруг спохватился и, не поверив таймеру, поднял руку с часами. – Черт! Самолет!»
С тех пор как он покинул номер Анны, прошло более полутора часов. Пытаясь выбраться из лабиринта улиц, в который попал, неосознанно двигаясь вперед, он постоянно натыкался на знаки одностороннего движения, тупики, и чем больше торопился, тем больше делал ошибок. Подъехав, наконец, к гостинице, он не сразу смог подняться на лифте на нужный этаж: не было с собой карточки гостя, а без этого тот ни в какую не желал двигаться вверх. Сделав шаг к стойке reception, он заметил, как в соседний лифт вошли пассажиры с вожделенной пластиковой карточкой и, сменив направление движения, успел вскочить в проем задвигавшейся двери.
В номере Анны и в номере напротив убирались горничные.
– Девушка, которая здесь жила, давно ушла? – испугал он вопросом стоявшую спиной к раскрытой двери женщину.
– Не знаю, – растерянно ответила та. – Мне час назад сообщили, что комната освободилась.
Для спуска вниз никакой карточки не требовалось. Крылов проскочил холл, впрыгнул в свою «Вольво», стоявшую у входа, съехал с тротуара и влился в поток машин. Дорогу в Бориспольский аэропорт он знал хорошо.
«Успею, – лихорадочно подсчитывал он время. – Надо ей позвонить, чтобы не спешила проходить паспортный контроль». Спустя пару секунд после того, как он набрал записанный в памяти телефона номер, из сумки, стоявшей на пассажирском сиденье, раздался странный звук, напоминавший... мелодию телефона Кругловой.
«Черт! – сообразил он, в чем дело. – Зачем я забрал этот проклятый телефон!»
Прибавив газ, он выскочил на набережную и понесся в направлении моста. Снова зазвонил телефон, но теперь уже его собственный.
– Костя, привет. Виктор, – донеслось из динамика громкой связи. – У нас тут ЧП... Семчуков ночью умер.
– А мне какое дело? – бросил Крылов и осекся. – ...Как умер?
– Инфаркт. Сидел, закрывшись, в кабинете, жена легла спать, среди ночи проснулась и обнаружила... Шухер, конечно, поднялся... Алину не могут разыскать, телефон не отвечает. Она до сих пор в Киеве, ты не знаешь?
– Утром была здесь, но где она сейчас, я не знаю. Два часа назад я отправил ее на вокзал.
– Костя, ее надо разыскать. Похороны завтра, сам понимаешь...
– Витя, я спешу в аэропорт, Анна улетает... Ладно, сейчас что-нибудь придумаю. Перезвоню.
Продолжая мчаться вперед, Крылов набрал Дербенева, у которого, к счастью, оказался перерыв в заседании. Кратко обрисовав ему ситуацию с Алиной, он услышал от друга то, что рассчитывал услышать.
– Сейчас организуем, не волнуйся. Пошлю кого-нибудь из своих, объявят по громкой связи, найдут. Главное, чтобы она на вокзале была, а не болталась по городу, – успокоил его Николай и удивленно спросил: – Слушай, а почему ты не с Анной?
– Она уехала в аэропорт, – коротко ответил Костя.
– Пять минут назад я попрощался с ней по телефону, а потом подумал: почему она у Веры и без тебя?
– Она ничего не сказала?
– А что она должна была сказать?.. Постой, вы что, поссорились? – догадался Дербенев. – Из-за чего? Вы же вчера...
– Долго объяснять, – перестроившись на левую полосу и выискивая взглядом место для разворота, ответил Костя.
– А кто ее повез в аэропорт? У Петра сегодня выходной.
– Скорее всего, такси. Ты же знаешь, она у нас самостоятельная. Только мне эта ее самостоятельность... – резко крутанув руль, он развернулся через двойную сплошную линию и снова нажал на газ. – Короче, я звоню Вере, чтобы ее задержала...
– Костя, но она уже уехала, я это точно знаю! Я уже в дверях ее звонком застал.
– Черт! – Крылов резко затормозил и, заметив появившуюся невесть откуда машину с мигалками, съехал на обочину. – ГАИ тормозит. Все, пока. Жду звонка.
«Как в кино! – подумал он, когда после долгого разбирательства с местными ментами ему все же удалось уговорить их взять штраф на месте. – Три года назад я спешил в аэропорт, и стражи порядка были тут как тут!»
Отъехав, он набрал домашний номер Дербеневых и долго ждал, пока снимут трубку, но на дисплее высветилось: «Нет ответа».
– Вера, Аня еще у тебя? – быстро спросил он, дозвонившись по мобильному.
– Уехала, мы с Ванькой ее провожать выходили... Что у вас произошло? – встревоженно поинтересовалась она.
– Спасибо, – оставил Костя ее вопрос без ответа.
Не рискуя снова нарушать правила, он доехал до ближайшего светофора и остановился в ожидании разрешающего сигнала, чтобы развернуться обратно на аэропорт. В салоне снова раздался звонок.
– Да, Николай, – ответил он, нетерпеливо поглядывая на красный зрачок светофора.
– Костя, тут такое дело... С твоей Алиной плохо.
– Что?! – заметил он загоревшуюся зеленую стрелку.
«Не хватало только, чтобы чего-нибудь с собой натворила!» – мелькнула леденящая душу мысль, когда, завершая разворот, он нажал на газ.
– Кравченко как раз был на железнодорожном вокзале и вдруг случайно услышал, что какой-то девушке в кассах стало плохо, сознание потеряла. Короче, оказалось, что это твоя Алина.
– И что с ней? – машинально включив аварийку, Крылов съехал на обочину и остановился.
– Откачали уже. Пока стояла в очереди, вытянули из сумки кошелек с паспортом и документами. Включила телефон, и тут ей сообщили о смерти отца...
– Доигралась девочка, – вздохнул он.
– В общем, я сейчас постараюсь разыскать вашего посла, чтобы ей срочно оформили какие-нибудь документы. Кравченко разбирается с милицией на вокзале, но тебе тоже надо там быть. Она в шоке, толком и сказать ничего не может. Ты единственный, кто знает ее лично... Короче, думай, как теперь тебе быть.
Переваривая услышанное, Костя растерянно сидел в машине. По совести, он, конечно, должен был сейчас снова развернуться и ехать на вокзал. Но Анна?
Рассеянно посмотрев по сторонам, он неожиданно обратил внимание на остановившийся впереди автомобиль, маркой и цветом как две капли воды похожий на его собственный. Вышедший из машины мужчина бросил взгляд в его сторону и улыбнулся. Обойдя автомобиль сзади, он открыл дверцу, взял на руки ребенка и, протянув руку в салон, помог выбраться женщине. Поставив на ноги одетого в яркий комбинезон малыша, они взяли его за руки и, поцеловавшись над его головой, направились в сторону лотков с фруктами. Похожий на маленького медвежонка, ребенок неуклюже переставлял ножки, и оба родителя неспешно шли рядом.