Территория души. Книга 2

– Вот Веру так обнимать не советую, – повела она плечами. Хватка ослабла. – Капельницы пообрываешь. Успокойся, все нормально. Ждет... И здравствуйте, Николай Степанович.

Дербенев отстранился, оторопело посмотрел на нее и снова прижал к себе, но уже гораздо мягче.

– Здравствуй, здравствуй, дорогая Аня, – произнес он поверх ее головы. – Ты как ангел. Всю дорогу думал: ну почему ты всегда появляешься в моей жизни в самый трудный момент?

– Судьба у вас такая, Николай Степанович, – устало ответила та и, поймав теплый взгляд Кости, улыбнулась ему из-за широкого плеча Дербенева.

– Э! Так не годится, – не выдержал он и перетянул ее к себе. – Разве за ним успеешь? – поцеловал он ее в лоб. – И ты хороша. Вроде как не глуп, а до сих пор не знаю, куда же тебя занесет: в Минск, Нью-Йорк, Киев? Ты почему не позвонила? – мягко пожурил он.

– Ты просил написать, я и написала, – Анна подняла взгляд и, заметив искорки смешинок в его глазах, снова улыбнулась. – А теперь спокойно переодеваешься, – обратилась она к Николаю, – и тихо, как мышь, идешь следом за Ольгой. И запомни, ты здесь не начальник, здесь чужая территория и лучше здесь не скандалить.

Ольга достала из шкафа халат, пододвинула большие кожаные тапочки и благодарно посмотрела на Анну. Покорно, точно маленький ребенок, Николай переобулся в растоптанную обувь, просунул руки в халат и напялил медицинскую шапочку, которая из-за маленького размера стояла на голове как кастрюля.

– Нет, ты не врач, ты – повар! – рассмеялся Костя. – Иди. Мы тебя здесь подождем.

– Нет, я не могу ждать, – произнесла Анна озабоченно, когда закрылась дверь за Дербеневым. – Мне надо ехать.

– Я могу поехать с тобой? Все равно к Вере меня сегодня не пропустят.

Анна заколебалась.

– Хорошо.

Петр ждал в условленном месте, у выхода из приемного покоя.

– Теперь за мальчиком, – устало попросила его Анна и пояснила Косте: – За сыном Николая... и Галины. Я с няней минут сорок назад разговаривала, и было слышно, что он просто задыхается от кашля. Такой маленький и такой больной. Смотришь на него, и сердце просто разрывается. Да еще ни отца, ни матери... скоро не будет...

«Как же ее на всех хватает? – подумал в машине Костя. – Совершенно чужой для нее ребенок! И это не просто материнский инстинкт. Она никогда не сможет пройти мимо чужого горя, будь то больной внебрачный ребенок Дербенева, будь то Саша со схватившим ее в поликлинике сердечным приступом...»

Почувствовав прилив нежности, он придвинулся ближе и привлек ее к себе. Анна покорно склонила голову ему на плечо.

– Мать Тереза ты моя, – погладил он ее по волосам и поцеловал в макушку.

– Ты здесь надолго? – поинтересовалась она и вдруг встревожилась: – А где Олег? Ты ведь с ним собирался в горы?

– Остался в Австрии со Светланой. Селиваны уже третью неделю в Европе. В субботу Светлана полетит в Минск и привезет Олега, – разъяснил он спокойным голосом. – Она его мать, пусть побудут вместе пару дней.

«Как все переменилось, – грустно подумала Анна. – Четыре года назад он и слышать не хотел о том, что у Олега есть мать, а когда я попыталась доказать обратное, все и завертелось».

Каким-то неведомым чувством Костя уловил ее мысли и, прижавшись губами к ее виску, обнял еще крепче.

– Не думай ни о чем, пожалуйста, – прошептал он ей на ухо, заметив, как повлажнели ее глаза. – Сегодня я в первую очередь летел к тебе. Для меня это намного важнее и сильнее, чем страх, что Светлана увезет Олега с собой.

– Приехали, – раздался голос Петра.

Анна и не заметила, как машина подъехала к знакомому подъезду.

– Я с тобой, – первым вышел из машины Костя.

– Как хорошо, что вы приехали! – встретила их у порога пожилая женщина-няня. – Полчаса назад приходил врач из поликлиники, вызвал «скорую». Те хотели забрать мальчика с собой, но я не разрешила! Ему сделали укол, вроде успокоился и уснул, но дышит так тяжело, страшно слушать! Врач приказал дождаться матери и, если снова начнется кашель, тут же ехать в больницу: ему под капельницу надо, бронхоспазм снимать... А мать-то сама в больнице! – почти причитала женщина. – Ну, все. Я поехала, а вы уж тут сами решайте, что делать. Вещички мы с Машей утром собрали, новый адрес у меня записан, завтра к девяти приеду, мне туда даже ближе от дома. Ну, а если, – она посмотрела в сторону комнаты, где за закрытой дверью спал ребенок, – если в больницу попадете, пусть меня Машенька предупредит. Бедное дитятко! Спокойной ночи.

– Спокойной ночи. Спасибо вам, – поблагодарила Анна и закрыла за женщиной дверь.

Разувшись, она подошла к спальне, прислушалась и заглянула внутрь: в свете ночника в углу была заметна детская кроватка. Анна на цыпочках подошла поближе и замерла. Хрип, доносившийся из тельца мальчика, был таким шумным и тяжелым, что ей стало страшно.

– Это он так дышит? – не поверил Костя, незаметно оказавшийся у нее за спиной.

– Он, – кивнула она головой и, поправив одеяло, потянула его за рукав. – Ничего не получится, – произнесла она за дверью. – Я даже не представляю, как его в таком состоянии перевозить, ничего подобного не видела! Снова вызывать «скорую»? – ища совета, спросила она у него.

– Не спеши. Пусть пока спит, а там посмотрим.

– Пошли чаю выпьем, что ли?

– Пошли. Честно говоря, есть хочется.

– Мне тоже, но, по-моему, в этой квартире, кроме детского питания, ничего съедобного нет.

– Согласен на манную кашу, – пошутил Костя. – Нас кто-нибудь сменит?

– Боюсь, что нет. Мы с Машей договорились, что я привезу Ваню к ним. Сейчас Петру позвоню, пусть домой едет. Может, тебя в магазин отправить?

– Это идея. А где он есть поблизости?

– Если бы я знала!

В этот момент из спальни донесся странный звук. Толкнув дверь, Анна в один момент подлетела к детской кроватке. Сидя посредине матрасика, малыш заходился в приступе кашля и одновременно судорожно плакал. Подхватив его на руки, она беспомощно оглянулась на Костю.

– «Скорую»! Звони в «скорую», иначе он задохнется!

Крылов заметался по квартире в поисках телефона. Нигде его не обнаружив, он бросился в прихожую к мобильнику, который тут же зазвонил в его руках.

– Вы где? – услышал он голос Николая.

– Коля! Давай срочно сюда! Ну, на квартиру к Галине. Ваня серьезно болен, мы собрались «скорую» вызывать!

– Не понял...

– Да что ты не понял?! – разозлился Крылов. – Ребенок болен, Галя сам знаешь где! Теперь понял?!

– Что с ним? – после паузы глухо спросил Дербенев.

– Не знаю! Если бы я разбирался в детских болезнях, не был бы кандидатом технических наук! Кашель сильный, задыхается и плачет все время! Ну, чего молчишь, папаша хренов?!

– Не наезжай... Значит так, «скорую» я сейчас сам вызову, из своей санчасти, и приеду минут через двадцать. Только... Только без меня мальчика не отдавайте.

Пятнадцать минут, пока приехала бригада врачей, показались Анне с Костей вечностью: передавая ребенка из рук в руки, они пытались его успокоить, напоить, согреть, завлечь чем-нибудь. Но малыш не унимался, широко открыв рот, пытался дышать и продолжал из последних силенок хрипло плакать.

Долгий звонок в дверь показался им самым желанным на свете.

– Вы родители? – уточнил врач, едва переступив порог и сразу оценив состояние больного ребенка. – Как же вы могли довести его до такого состояния?

Костя с Анной растерянно переглянулись.

– Мы не родители, – отрицательно ответила она. – Его мать в больнице, а меня... меня попросили посмотреть.

– Нашли кому доверить! – врач быстро заглянул в ванную и вышел оттуда с полотенцем. – Свои дети-то есть?

– Есть, дочка, десять лет.

– Ясно. Все забыли... Держите, мне надо его послушать... Врача днем вызывали?

– Да, няня сказала, что приходил врач из поликлиники. Вызывали «скорую», делали укол.

– Наши приезжали? – удивленно посмотрел он на зашедшую вместе с ним девушку в белом халате.