Страница 1 из 2
========== - ==========
Свадебные гуляния не могли длиться слишком долго, пусть у бесчисленной родни Тьелпэ и были такие намерения. Ауле пускал свежеизобретенные салюты, гости пускались в пляс и пели песни, а новобрачные искали повода, чтобы наконец уединиться.
Мастер Мастеров такой проблемы не испытывал, ведь его дражайшая жена до ужаса боялась этих взрывающихся мерцающих штук. Поэтому он сидел на пригорочке{?}[там пааарень! где, где парень? на пригооорочке!], да зажигал новые и новые салюты искрами из пальцев, поглядывая на происходящее внизу с доброй отцовской улыбкой.
— Нихрена ты тут устроил!
Ауле развернулся и разглядел в темноте, подсвеченный небесными огнями, наглый силуэт во всё той же странной кожаной одежде.
— Я уж решил, что отче тебя восвояси вернул.
— Раааано, я еще не успел облажаться.
Моргот сел рядом и вытащил из внутреннего кармана куртки заныканую с празденства бутылку медовухи.
— Ну как сказать… Судя по всему, Феанор про тебя вспомнил и всё еще выискивает в толпе.
— Пусть ищет, в его возрасте полезна физическая нагрузка.
— Мелькор!
— Что?
— Ничего, но стоило бы вести себя поучтивее.
Вала выхватил из темных лап бутылку и отхлебнул добрую половину.
— Мне стоило взять всю бочку. И чего это ты разнервничался, на церемонии ты был куда дружелюбнее?
— Тебе действительно интересно?
— Валяй, мне некуда торопиться!
Ауле всмотрелся в толпу и рассмотрел необычно беззаботное лицо Саурона, что любовно держал своего супруга под локоток.
— После того как… С тобой всё кончилось и ученик вернулся ко мне, мы стали вновь работать вместе. Видел бы ты, какие чудеса выходили из-под наших рук. А теперь… Теперь, похоже, я снова буду раздувать меха в одиночестве.
— Да не переживай ты так. А как же Йаванна? Она вроде стала куда мягче.
— Ну… Это другое… Одно дело жена, а другое — кто-то близкий.
Моргот, почувствовав необычные нотки в голосе собрата, заинтересованно приблизился.
— Кто-то… ближе, чем жена?
— Прекрати, Майрон мне как сын! Что это на тебя вдруг нашло?
— Ну, не похоже, что ты сильно привязан к госпоже Кементари.
— Тоже правда… Но такова воля творца, и я связан священным долгом.
— Если ты так из-за этого переживаешь… — искаженец роскошно сбросил распущенные волосы на плечо — …То, если твой протеже будет реже появляться в кузнице, ты всегда можешь позвать меня. И так делать нехрен, может и найду, чем заняться.
— Ты серьезно? Мне опять готовить цепи?
— Не торопись ты, сейчас мне действительно незачем тебя подставлять. К тому же… вообще, ты сегодня был со мной дружелюбнее, чем кто-либо за последние эпохи.
— Прекрати. Мне противны твои намеки, Илуватар не простит мне нарушенной клятвы.
— Илуватар или ты? Скажи честно, ты хочешь моей компании?
Допив остатки напитка, вала выдержал паузу и ответил:
— Да. Я буду рад тебе. Ты… действительно изменился.
— А может и не изменился. Закрой глаза.
Ауле, к большому удивлению для себя, поддался терпкой магии голоса Мелькора и прикрыл веки. Дальше он слышал лишь тихий шепот.
— …Скажи, и я остановлюсь сразу же.
Вала было понял, что будет дальше, но не успел ничего сказать, как в его огненные, пропитанные сладкой медовухой губы впились другие, холодные, едва отдающие мятой. Моргот целовал медленно и неторопливо, смакуя каждое мгновение и секунду, что ему были дарованы. И если сначала Мастер Мастеров хотел было отстраниться, то затем крепко прижал к себе несносного искаженца.
Никто из них не пошел к утру домой. Но кажется, они положили начало чему-то новому, как это сделали Тьелпэ и Майрон.
***
В Валиноре время течет, как песок сквозь пальцы. Невозможно сказать, прошли минуты, часы или целые эпохи. Илуватар вновь всех удивил очередным своим решением, отпустив, наконец, Йаванну на вольные хлеба, но обручив узами брака других своих детей на закрытой церемонии. И если Тьелпэ был рад тому, что у него появился новый родственник, то Майрон подобных чувств не испытывал.
Одним днем, Моргот чернил клинки маслом, явно задумывая что-то в своем темном уме, как его думы прервал породнившийся с ним эльф.
— Ваше велико!
— И тебе не хворать, зятёк. Ауле сейчас занят, лучше зайди попозже.
— А, понятно…
— Слушай, ты завтра сильно занят?
— Не слишком, а вы что-то хотели?
— Да, видишь ли, пасынка я своего знаю даже лучше, чем хотелось бы, а вот про тебя я не знаю ровным счётом ничего. Ну, кроме той истории, не сердись. Надо бы это исправлять, так что оденься попроще, и жди меня завтра на тропе к хребтам.
— А… А зачем?
— Позже объясню, извини, мне надо вернуться к работе.
— Ну. Ну ладно, спасибо чтоль…
***
— Ты серьезно? Хочешь пойти с ним… в горы?
— Анната… Майрон, а что ты имеешь против этого? Он вроде изменился, да и работает много. К тому же, он теперь твой отец, а родственников нужно уважать.
— Отец? Отец??? Отчим он мне, а не отец! Я был очень рад, что Илуватар отпустил его на свадьбу, но не думал, что он продолжит разрушать мою жизнь и здесь.
Келебримбор подошел к сидящему на стуле майа со спины и стал бережно массировать напряженные плечи.
— Дорогой, я понимаю, что ты его недолюбливаешь. Но родственников не выбирают, и со всеми ними нужно ладить. Может, я пошел на это только ради тебя?
— Ты серьезно?
— Возможно. К тому же я знаю о нем только с рассказов отца и дяди. Хотелось бы увидеть, так ли страшен Враг, как его малюют.
— Ну раз так… Иди, но чуть что — сразу подай знак. Вот, возьми.
Саурон протянул супругу свиток, обернутый красной лентой.
— Развернешь его — я сразу же окажусь рядом. Я надеюсь, ты не ошибаешься.
— Я тоже…
Эльф бережно взял майа за руку и спустился на его колени, вслушиваясь в биение родного сердца и стрекот сверчков за окном.
***
Когда Тьелпэ добрался до тропы, его уже встретил нагруженный огромными сумками Моргот.
— О, я думал ты и не придешь. Видишь ли, я повидал многое, находясь в пустоте, и отчетливо помню мысль, что лучший способ узнать кого-то — отправиться с ним в поход. Так что предлагаю тебе умопомрачительное путешествие по Валинорским горам!
— А это… не слишком ли?
— Не слииишком, пойдем. Хоть будет, что внукам рассказать!
— Ой…
— Бля, прошу прощения. Ну да не важно, вперед!
Вала, может, и говорил уверенно и громко, но тащился медленно. Видимо, груз ответственности и запас спиртного в сумках не слишком облегчали его путь.
— Может… Может я понесу что-то?
— Еще чего, мне твой друг сердечный голову оторвет, если с тобой что-то случится.
— И всё же я настаиваю!
— Нет!
Эльф, явно припоминая старые трюки, забрался на поклажу и сбросил одну из сумок на землю, после чего гордо забросил ее себе на плечо и понес вперед.
— Ну и наглец! Одобряяяю!
— Не ждал услышать этого от… вас.
— По правде сказать, я к вашей братии и ненависти никакой не питаю. Еще правдивее — я и имен ничьих не помню, кроме тебя, Келя. Так что не жди ненависти, мне скорее обидно, что вы моих ребят вырезали. Но чему быть, того не миновать.
— Это вы об орках? И не называйте меня Келя, пожалуйста.
— Об орках… и да, хорошо, Келя.
Дорога обещала быть долгой.
Пейзажи одних скал сменялись другими, и время быстро спешило за ними. Сделав скидку на нужду компаньона во сне, свекр и зять остановились на привал в одной из пещер.
— Я не могу понять, почему вы попытались оседлать того осла? И почему именно поход, а не рыбалка или там… пикник?
— Насчет последнего — давай не раскрывать все карты, так не интересно. А осел меня полюбил, нужно было просто дать ему яблочко.
— Оххх…
— Ты так же вздыхаешь, когда Грот… Майрон начинает нотации читать?
— Нотации?
— Ну… дооолгие занудные речи о нерациональном поведении и все такое.
— Не припомню такого…