Страница 90 из 96
– Ты говоришь, она в Америку собралась?
– Ну да. Танька, дурочка, еще ей свой адрес американский дала, телефоны. Да я бы ее на порог не пустила! А она уважает. За то, что не воспользовалась ситуацией, семью сохранила. Глупая. Я ей так и сказала.
– Балайзер его фамилия, – со вздохом произнесла Александра.
– Кого? – чуть не подавилась пирожком Ирина.
– Американца этого фамилия Балайзер. Роберт Балайзер, – и, вздохнув еще раз, пояснила: – И девушка эта у нас работала. Анна Круглова.
– Да ты что? Вот это да! – воскликнула женщина. – И вправду мир тесен! И что, действительно в ней что-то есть, что мужики с ума сходят?
– Есть, Ира. Есть. Пошли спать, поздно уже.
– Так ты хоть расскажи мне про нее! – прокричала вслед вышедшей из кухни сестре Ирина.
– Завтра, Ир, хорошо? Ты-то выспишься, а мне вставать рано, – донесся в ответ голос.
– Ну, ладно, – согласилась та. – Завтра так завтра. Ой, я же у тебя почти все пирожки съела! А как же фигура?
Назавтра, промучившись полдня, Александра Андреевна решилась пойти к Крылову. Но опоздала. Константин Петрович, как сказала Алла Ивановна, уехал по делам и больше сегодня не вернется.
– Если у вас что-то срочное, можете ему позвонить на мобильный, – подсказала она.
– Нет. Это подождет, – успокоила ее Ларина и пошла обратно к своему кабинету.
Уже дотронувшись до ручки двери, она неожиданно повернулась и снова подошла к секретарше.
– У вас случайно не сохранилось адреса Кругловой или телефона?
– А что случилось? – удивленно спросила Алла Ивановна.
– Да так. В бухгалтерии в ведомостях не расписалась. Пропустили, – на ходу придумала Александра Андреевна.
– Понятно, – кивнула головой секретарша, принявшись искать телефон и адрес. – Сохранилось, конечно. Жалко ее. Хорошая она. Зря только с начальством вздумала роман крутить. Начальники, они как флюгер на крыше дома. Никогда не знаешь, куда ветер подует и когда настроение переменится.
– Так ведь ваш тоже начальник? – удивилась ее рассуждениям Ларина.
– Так мой – муж, и все под контролем. А она ему кто? То-то и оно. Вот, нашла, – она быстро переписала адрес на лист бумаги. – Только вы поторопитесь, она не иначе как в Штаты собралась. Вчера утром из американского посольства звонили, спрашивали, работала ли здесь такая. Проверяют.
– А Крылову вы говорили об этом? – насторожилась Ларина.
– Сообщила сегодня. Пожал плечами, сказал, что знает.
– Спасибо, – поблагодарила секретаршу Александра Андреевна.
«Если он знает, что она уезжает, и ему все равно, что я скажу нового? – думала она, сидя у себя в кабинете. – Но с Анной я все равно должна встретиться и извиниться. Я ведь действительно поверила всем этим сплетням».
– Ты что? Что с тобой? – Володя Смыслов, несмотря на нежелание Анны с ним видеться, измучившись, решил заехать к ней по пути на работу.
И предлог нашелся. Анна давала ему послушать свои любимые диски.
«Надо бы вернуть», – решил он.
Анна успела отвести дочку к автобусу и быстро вернулась обратно. По утрам ее сильно тошнило, особенно если приходилось, опаздывая, резко вставать с постели.
Смыслову долго никто не открывал. Наконец, когда он уже решил уходить, дверь открылась, и он просто остолбенел от увиденного. Вместо былой веселой и симпатичной девушки на него смотрела изможденная женщина с огромными синими кругами под глазами.
Едва увидев его, Анна пошатнулась и стала падать.
Володя успел подхватить ее на руки и внести в квартиру.
– Что с тобой? – испуганно принялся он тормошить ее за плечо.
Затем, осмотревшись по сторонам, увидел телефон и набрал номер.
– «Скорая?» – заорал он. – «Скорая», девушке плохо! Сознание потеряла!
Очнувшись от его громкого возбужденного голоса, Анна едва слышно попросила:
– Володя, не звони. Положи трубку.
– Адрес? Сейчас, – не расслышал он слова Анны. – Сухаревская...
– Володя, прекрати, – громче сказала Анна. – Я беременна.
До Смыслова не сразу дошли ее слова. Он растерянно опустил трубку, из которой были слышны вопросительные слова диспетчера «Скорой помощи».
– Адрес, адрес? Молодой человек, куда вы пропали?
Анна молча взяла телефон из его рук и отключила связь.
– Это Крылов? – наконец спросил он.
– Какая теперь разница, – безразлично ответила Анна, продолжая лежать, закрыв глаза.
– Гад, какой же он гад! – воскликнул Смыслов после паузы. – Я его убью!
– Володя, если ты хочешь, чтобы я продолжала с тобой общаться, не говори мне больше таких слов, – не открывая глаза, твердо произнесла Анна.
– И ты все еще его защищаешь? – боясь услышать правду, решился задать трудный вопрос Смыслов. – Ты его любишь?
– Да, – ответила Анна. – Но это тоже не имеет никакого значения. Через две недели мы с Катей улетаем.
– Куда?
– В Америку.
– А как же я? – растерянно спросил он.
– Володя, – по-матерински промолвила Анна. – Ты младше меня на два года. Ты молод, у тебя хорошие перспективы. Чем раньше ты все забудешь, тем лучше...
– Я не хочу. Я не хочу тебя отпускать! – возмущенно воскликнул он.
– Мы уезжаем, Володя. Это уже решено. Вчера я получила визы. Пока еще не подтвердили билеты на самолет из Минска. Но на двадцать девятое декабря уже забронированы билеты из Франкфурта. Позже, чем я планировала. Но ничего. Придется у кого-то пожить четыре дня.
– Как – у кого-то пожить? – не понял Смыслов.
– Квартиру и машину я должна отдать до двадцать пятого своему бывшему мужу. Взамен он подписал все бумаги для беспрепятственного отъезда Кати.
– Ты что? Это правда?! – остолбенел он.
– Только не говори, что ты его тоже убьешь.
– Ну, я не знаю... – растерянно ответил он.
Анна медленно встала с дивана.
– Володя, езжай на работу. И единственная просьба. О моем состоянии никто, кроме тебя, я подчеркиваю, никто не знает. Так что единственный источник информации – это ты. Очень прошу, никто не должен об этом узнать. Особенно Константин Петрович.
– А вот ему-то как раз и не мешало бы! – негодовал Владимир.
– Дети должны рождаться от любви, – грустно перебила Анна. – В том, что случилось, как правило, виновата женщина – для мужчины. А Костя ясно дал мне понять, что не хочет больше иметь детей. Так что на сегодняшний день это только мое решение. Езжай, мне тоже нужно ехать.
Смыслов подошел к двери и, повернувшись, нерешительно спросил:
– Можно, я буду заезжать к тебе эти дни? Помогу чем-нибудь.
– Хорошо, – согласилась Анна. – Только помни о моей просьбе.
Пока Смыслов добирался до работы на своем потрепанном «гольфике», он, не переставая думать о сногсшибательной новости, твердо решил для себя:
«Сегодня или никогда! Хватит разговоров. Если женщина с ребенком может все бросить и уехать в таком положении, что держит здесь меня? Тем более, я не смогу больше работать с Крыловым. В один прекрасный день я сорвусь и выдам ему все. В том числе и Анину тайну. Хватит!»
Прямо с порога, не раздеваясь, он сел за стол и быстро написал заявление. Затем, оставив на стуле верхнюю одежду, отправился к секретарше.
– Алла Ивановна, кто-нибудь из руководства на месте?
– Константин Петрович. Хорин уехал.
– Я зайду?
– Минуточку, – она соединилась с Крыловым. – К вам Смыслов.
– Заходите, – кивнула она Владимиру.
Молодой человек зашел в кабинет к шефу вальяжной расслабленной походкой и, поздоровавшись, положил на стол заявление. Затем уселся на стул и демонстративно закинул ногу на ногу.
Крылов молча пробежал глазами заявление и, не поднимая глаз, заметил:
– Сядь нормально, ты не в баре.
Володя нехотя снял ногу, затем поднял другую и, осмотрев подошву, закинул ее еще выше, ухватившись пальцами за задник ботинка.
– И что ты хочешь этим доказать? – Константин Петрович начинал заводиться.