Страница 89 из 96
Выслушав трезвые мужские рассуждения, Вера только вздохнула в ответ. Скорее всего, на этот раз он прав.
В ожидании отъезда Анна решила встретиться на прощание со многими из тех, кого давно не видела. Первой в импровизированном списке значилась Татьяна Артюхина.
Вернувшись в Минск, та еще летом приглашала ее в гости, передавая приглашения через мужа. Но, чувствуя неловкость, Анна никак не могла заставить себя с ней встретиться. Но теперь откладывать визит дальше было некуда.
Купив подарок для малышки, в один из многих теперь свободных дней она, заранее созвонившись, поехала в загородный дом Артюхиных.
Девочке исполнилось десять месяцев, и она уже сама топала ножками. Преодолев первоначальную неловкость и смущение, женщины с улыбкой наблюдали за ее несмелыми шагами.
– Какой радостный ребенок! Тьфу-тьфу-тьфу, – Анна поплевала в сторону, чтоб не сглазить. – Какие вы счастливые!
– Весночка, пора спать, заюшка, – Татьяна взяла ребенка на руки и, поцеловав в головку, передала няне.
– Выпьем что-нибудь? – спросила она.
– Нет, спасибо, Татьяна. Я за рулем.
– Я могу предложить водителя. Давай?
– Нет, – ответила Анна, опустив глаза. – У меня еще много дел. Не хочется никого утруждать. Мы ведь с Катей скоро уезжаем. В Америку.
– Как?! – поразилась Татьяна. – Володя ничего не рассказывал.
– Он не знает, – успокоила ее Анна и добавила: – Просто так сложились обстоятельства. Здесь меня ничего не держит, а там отыскался человек, который был рядом с моими родителями почти до самой их смерти. Обещал им найти и заботиться обо мне. Вот и все.
– Постой, постой, – напряглась женщина. – И кто это, если не секрет?
– Очень известный человек, – произнесла Анна. – Таня, помнишь нашу встречу тогда, полтора года назад, в машине? Мы практически не были знакомы, и то, как ты со мной разговаривала в тот непростой момент, было для меня большим уроком. На всю жизнь.
– Да, но...
– Не перебивай меня, пожалуйста. Мы ведь и сейчас с тобой не самые близкие подруги. Но я очень тебя уважаю, и, может быть, поэтому мне хочется многое тебе рассказать. Так уж получилось, что больше некому.
– Откровенность за откровенность? – поняла ее Татьяна, слегка насторожившись.
– Можно сказать, – согласилась Анна. – И еще потому, что, кроме Владимира Анатольевича, у нас нет общих знакомых.
– Тебе только так кажется. На самом деле мир тесен. Как ни странно, я это особенно сильно в Штатах ощутила. Оказалось, мой тамошний преподаватель английского языка учил многих знакомых мне людей.
– И мне предстоит заняться английским, – вздохнула Анна.
– Ты же его знаешь! – удивилась Татьяна.
– Не тот уровень. Я хочу найти серьезную работу.
– Ну, если так... Мне практически с нуля пришлось начинать, – поделилась она впечатлениями. – И то есть результат.
– А Владимир Анатольевич?
– Он сказал, что ему язык не нужен. Для этого есть переводчики. Ленится просто, – улыбнулась женщина. – Да что ты его все по имени-отчеству?
– Я никогда не называла его по-другому, – улыбнулась Анна. – Хотя многие думали иначе.
Татьяна внимательно на нее посмотрела и, присев рядом, сказала:
– Я тоже думала иначе.
– Я знаю.
– Как же у тебя нашлись силы ему отказать?
– Самое сложное было не обидеть его. Сильные люди бывают обидчивыми, как дети. У одних это проявляется в депрессии и апатии, у других – в гневных вспышках, сметающих все на своем пути. И то, и другое состояние длится достаточно долго.
Выслушав ее, Татьяна вновь задумалась. «Ей действительно дано все тонко чувствовать. Неудивительно, что она так понравилась Володе».
– Так к кому вы едете? – спросила она, вернув разговор к прежней теме.
– Не поверишь... – начала рассказ Анна.
– Лучше я сама все запишу, – Татьяна, взяв из рук девушки блокнот, принялась переписывать туда адреса и телефоны.
В это время в огромной прихожей раздался звонок. Сняв трубку домофона и выслушав говорившего, женщина нажала кнопку и прокричала кому-то невидимому:
– Игорь, впустите, пожалуйста, это ко мне, – и пояснила Анне: – Однокурсница. Десять лет не виделись. Приехала к сестре погостить.
– Я пойду, – заторопилась Анна. – Боюсь к автобусу, что Катю привозит, опоздать.
– Жаль, – искренне расстроилась Татьяна. – Жаль, что времени мало. Придется встретиться в Штатах. Мы к православному Рождеству будем там.
– Я планирую раньше. Если с билетом получится.
В это время в прихожей появилась весьма интересная высокая женщина.
– Ирка?! – воскликнула Татьяна.
– Танюха! – вторая женщина раскинула в стороны огромные руки и, бросив на пол сумку, принялась обнимать Артюхину.
– Я поеду, – робко напомнила о себе Анна.
– Анна, познакомься. Это – Ира. Аня, – представила она их друг другу.
– Рада познакомиться, – улыбнулась Анна. – И до свидания.
– До встречи, – поправила ее Татьяна.
– Нет, Сашка, представляешь, эта Танька как была великодушной дурехой, такой и осталась, – вернувшись к сестре около полуночи, затараторила Ирина. – У нее чуть мужа из-под носа не увели, а она еще дома эту женщину принимает!
– Ты есть будешь? – спросила у сестры Александра Андреевна.
Та была младше ее на десять лет, но на голову выше и раза в два крупнее. Еще когда жива была мать, то не раз повторяла, глядя на тонкую, как былинка, невысокую старшую дочь и крупную во всех отношениях младшую, что их бы вместе и пополам. Глядишь, всем бы поровну досталось!
Правда, благодаря росту и спортивным достижениям Ирина окончила вуз. И несмотря на то что родила без мужа на третьем курсе ребенка и распределилась в сибирскую тьмутаракань, назло всем удачно вышла там замуж.
Теперь, с тремя детьми и мужем, крупным местным чиновником, жила в большом уральском городе и могла позволить себе вовсе не работать. Но, обладая неуемным темпераментом, все равно занималась тренерской работой. Так, ради удовольствия. И весьма успешно.
– Да ты что? Уже поздно. Как же фигура? Меня, конечно, трудно чем-то удивить, но Артюхина!
– Артюхина? – удивилась Александра.
– Ну да! Танькина фамилия-то теперь – Артюхина. Двадцать два года уже. Ты что, не знала?
– Знала. Только позабыла, – женщина задумалась. – Ты что-то начала о ней рассказывать?
– Ну да. Володька ее два года назад или даже больше влюбился в молоденькую сотрудницу. Ну, не совсем молоденькую, уже успела развестись, с ребенком. Не знаю, чем она его там покорила, только крыша у него совсем поехала.
– И что дальше? – не на шутку заинтересовалась Александра Андреевна.
– Дальше как в кино. Он признается ей в любви, а она дает ему от ворот поворот, узнав, что Танька беременная.
– Так прямо и отказала? – не поверила сестра.
– Ну да, – увлекшись рассказом, Ирина не замечала, что съела уже три больших пирожка с повидлом. – Отказала, с работы уволилась. А Артюхины в Штаты съехали, чтобы успокоиться. Сын у них уже там учился, они и девочку себе родили. Танька говорит, что Володя и вправду успокоился. Остыл то есть. А может, дочка так повлияла. Они ведь давно хотели второго ребенка.
Александра Андреевна, задумавшись, опустилась на соседний стул и тоже откусила пирожок.
– А девушка?
– Полгода нигде не работала, потом устроилась на какую-то фирму, сродни вашей. Только сейчас она в Америку собирается. Ее родители давно погибли, но отыскался один американец, который им обещал в случае чего заботиться об их дочери. Двадцать пять лет ее разыскивал. Представляешь, как повезло? Жутко богатый и известный. Как же она фамилию называла? – Ирина наморщила лоб: – То ли Базилио, то ли Балайзио. Не помню.
– А как девушку зовут?
– Анна, – ответила Ирина, не заметив, как вздрогнула сестра. – Так самое интересное то, что я с ней у Татьяны встретилась! Она прощаться заезжала. С виду – обычная. Уставшая только, синяки под глазами. Ну, не знаю, что Володя в ней нашел? – пожала огромными плечами Ирина. – На мой взгляд, Танька во сто раз лучше!